Чтение онлайн

Быстро спрятав тела в кусты, мы погрузились в БТР, Тучка сел за руль, Феникс за орудие, а мы с Макаром сели сзади, по задумке, когда, и если, обнаружат, что мы не свободовцы, Феникс откроет огонь, а мы откроем задний люк и начнем обстрел. Пока я вспоминал подобие плана, мы приближались с закрытыми люками к повороту у здания штаба, за которым шел мост, когда раздалось шипение в рации одного из убитых, которые мы прихватили с собой и послышалось:

— Группа, на связь! — настойчиво потребовал голос в динамике рации, — Отвечайте, мать вашу!

— Это не они, — сказал другой голос, — вижу кровь на месте поста!

Пока свободовцы спорили, мы молча подъехали к повороту, но Стас не хотел продолжать режим радиомолчания, от которого уже не было никакого смысла.

— Пламенный привет тебе, — разорвал тишину голос Макара, — и спокойной ночи тебе в…

Окончание фразы потонуло в выстрелах крупнокалиберного орудия, мы раскрыли створку люка и открыли огонь по всем, кого видели, стараясь при этом не высовываться за сантиметры брони, которая имелась вокруг проема, от которого разило кровью и порохом. Вообще часто смерть и запах сгоревшего пороха с кровью шли рядом, в Зоне это один из самых распространенных способов сокращения населения. Пули бились о броню, иногда залетая в люк, Макара ранило по касательной в руку, но он продолжил вести огонь, Тучка выжимал из мощного двигателя все, что только было возможно. Послышался треск шлагбаума, и мы выехали за пределы базы, сразу начав спуск со склона. Как только звук пуль затих, я перевязал Стаса.

— Ну что, все живы?

— Мы то да, — ответил я, — а вот Макар не до конца. подранили немного.

— Я цел. — ответил Феникс.

— Сейчас будем проезжать блокпост, но он почему-то пуст.

Мы подъезжали к долговскому хутору, нас разделяло метров пятнадцать, я собрался уже захлопнуть люк, высунулся из борта, пытаясь дотянуться до открытой створки, успел заметить что-то странное на периферии поля зрения, как раздался оглушительный взрыв и ударной волной меня выбросило из транспорта.

Отступление 1

Свобода в ночной тишине.

Пробуждение из бессознательного состояния было болезненным и отнюдь не приятным. В Зоне вообще это не самая приятная вещь, ведь просыпаешься не в уютной, теплой постели, а на старом матрасе, и то, если повезет, но сейчас вообще нельзя сказать о приятности. Его, Стаса, сильно поколотили, и бросили в клетку. Причем били особенно сильно по ногам, чтобы передвигаться было труднее. Вот уж кому не везет…Голова начинала работать, и потихоньку в неё пришли воспоминания о недавних событиях. Интересно, как долго он пролежал в отключке? Ладно, об этом он не узнает. Кто ему скажет, если за решеткой никого, даже луна за тучами, из которого льет как из ведра, почти не светит. Так, нужно от сюда выбираться, вот только как? Одежду с него не сняли, но обыскали тщательно. Вот только в правом каблуке была простенькая отмычка. Макар ей практически не умел пользоваться, но что-то все же знал. Теперь нужно дождаться удобного момента.

Момент подвернулся через пару минут. Охранник склада не спеша вышел из помещения и предложил тем, кто сторожил вход покурить. Стас тут же приступил ко взлому двери, ему это, удалось. С удивлением, он немного оттолкнул дверь, она поддалась, и даже не скрипнула, пролез в узкую щель, в которую еле пролез, но дальше открывать не стоит, вдруг все же скрипнет. Тихо прикрыв дверь, он перешёл в соседнюю комнату и прислушался.

— Может сходим на продуктовый склад? Возьмем тушенки немного, а то так жрать охота.

— Вечно ты есть хочешь. Кто нас на него пустит?

— Да там Вася сегодня караулит, он пустит, парой банок больше, парой меньше.

— Ладно, только нужно кого-нибудь все же оставить. Левша, останься, и сходи на второй, принеси еще два стула, чтобы было на что тушенку горячую ставить, да задницу приземлить, мы ее на костре разогреем как раз, тушенку.

— Ладно, идите, все равно делать нечего.

Двое охранников удалились, а оставшийся встал, скрипнув стулом, да поднялся по лестнице на верх. Стас тихо двинулся к выходу, сначала ставя ступню, а потом перенося на нее вес, что делало шаг не таким быстрым, но тихим. Вышедшего из штаба Макара никто не увидел, и он спрятался за углом здания, лежащим по правую руку.

Здесь все было гораздо спокойнее: пространство не так сильно освещено, людей меньше, вернее их нет, кроме патруля, медленно приближающегося к Стасу, фонарики освещали пространство перед ними, это хорошо. Значит, их глаза не так хорошо приспособлены к ночной темноте. Макар успел спрятаться за несколько секунд до того, как патруль ответил место прежнего местонахождения. Один из лучей скользнул прямо над головой, пришлось вжаться в неприятную, холодную и вязкую грязь. Дождь поутих, и уже не так сильно шумел, из-за чего вероятность обнаружения увеличилась, зато грязь не будет так быстро размягчаться. Послышались отголоски разговора мокрых патрульных:

— …долговцы! Могли бы в другой день явиться! Тогда бы не пришлось бродить вторую ночь подряд, да еще и под дождем. Глава тоже молодец, зачем усиленные патрули выставлять, если никого не предвидится? Они ведь не вернутся.

— Правильно мыслишь, но спать от этого хочется не меньше. Эх, сейчас бы…

Дослушивать Макар не стал, теперь можно идти дальше.

Дальше дело пошло немного быстрее. Стас обходил базу по краю, двигаясь по грязной земле и мысленно проклинаю всех тех, кто устроил ему такое приключение. Иногда приходилось быстро залегать в грязь под вновь усилившимся дождем, ожидая прохода патруля, или спешно отползать с открытого места, собирая на себя всю грязь с окрестных земель. И все же осторожность оказалась, ибо он смог подобраться к мосту незамеченным. Самый опасный момент был тогда, когда он проползал у стены, неподалеку от кухни. Налобный фонарик зацепил его самым краем освещенной области, когда Макар был в движении, благо, он быстро с ориентировался и мгновенно замер. Тогда ему повезло, и его не заметили. Сейчас же он стоял на насыпи, внизу рельсы, впереди мост, и немного левее блокпост. Дождь прекратится, и тучи быстро уходили. Похоже придется ожидать здесь, лежа на углу. Однако же ждать не пришлось, на барьере расцвела канонада, выстрелы учащались с каждой секундой. Свободовцы быстро покинули надоевшую за ночь каморке, и дружно смотрели в бинокль, стоя на возвышенности в нескольких метрах от будки. Кто-то вбежал внутрь и начал докладывать по рации ситуацию. Похоже монолит опять пытается прорвать путь к югу. Этот момент Макар и выбрал для прохода. Ему удалось незаметно проскользнуть и, спрятавшись за кустами, он двинулся на юг, на базу, стараясь не шуметь. Ему это удалось, удалось уйти. Хоть все тело болит от побоев, хоть он весь в грязи и без оружия, зато живой!

***

Я открыл глаза и осознал, что лежу на асфальте, все тело болело, голова гудела, но особенно сильно болело место в правой части спины, нос почувствовал сильный запах горелого, сзади слышался звук большого костра. Возможно, меня спас артефакт, может быть и нет, неизвестно, но я выжил. Приложив немало усилий, я встал и глянул на догорающий БТР, охваченный крупным пламенем, да и сам я немного обгорел, вряд ли кто-то выжил. Сил почти не оставалось, в спине торчал довольно крупный осколок, видимо его почти остановила бронепластина, ибо она довольно сильно вмялась, но трогать его я не стал, выдерну-пойдет кровь и слабость за короткое время усилится. Оглянувшись в поиске противника, я со скоростью старой бабульки, побрел на юг по дороге, автомат бросил в ближайший куст, не до него сейчас, нужно было уходить как можно быстрее, свобода ведь не будет просто так сидеть, но слабость не позволяла идти быстрее. Я еще не знал, что свободовцы сочли меня за мертвого, а Стаса уволокли, да, именно уволокли, на базу. Я даже удивлялся откуда берутся силы на то, чтобы хоть как-то шевелить ногами, в глазах было темно как в полночь, голова гудела, слабость накатывала волнами, сознание пыталось уплыть, шел я на угад, подсознательно придерживаясь одного направления. Прошел так метров двадцать, войдя на блокпост упал и пополз, собирая остатки сил в кулак и обдирая руки и стирая комбинезон о шершавый бетон. Так я удалился еще метров на пятнадцать, когда услышал голоса, подходящие с той стороны, в которую я полз, и вытянул руку, из пересохших губ вырвался стон, сознание уплыло, и кисть стукнулась о землю.

Инквизитор со Стариком шел по приказу главы, нужно было осторожно проверить, что случилось на армейских складах, звуки перестрелки в которой они услышали, патрулируя северный переход. Сейчас они уже приближались к блокпосту, который был входом на территорию, подконтрольную группировке свобода.

— Инквизитор, — сказал Старик изумленно, — тут какой-то сталкер.

— Вижу…Ого, что же это здесь было, и откуда здесь горящий БТР?!Так, ты иди, осмотри место, хоть вряд ли там кто-то еще смог выжить, но вдруг, он тоже вряд ли бы выжил при взрыве, но живой ведь. А я, заберу этого хлопца и на базу, нужно быстрее его на базу доставить, ибо с такими ранениями, не факт, что долго протянет, судя по его виду, он из БТРа.

— Хорошо, я пошел. Только перевяжу его…

Инк, так его сокращенно называли друзья, взвалил на плечи сталкера, предварительно выдернув осколок и перебинтовав рану, и пошел на базу. Вид сталкера пугал, многое в Зоне можно повидать, но все же ему сильно не повезло, или наоборот повезло, ведь он остался жив, а пока мы живы у нас все впереди, и боль со страданиями, и счастье с радостью, а мертвым не дано больше ничего, кроме вечной пустоты или рая с адом, тут уже от веры зависит. У многих просыпается вера в высшие силы. Когда кругом творятся такие ужасы хочется побыть там, где тебя ничего из порождений Зоны не достанет, и желательно как можно дальше от этой самой Зоны.