Чтение онлайн

Ответим им, что истинное учение Церкви греческой и нашей русской, православной, непринимающей Символа веры, измененного римлянами, есть следующее: никто прежде дня суда не наслаждается вполне небесными радостями, но только частью их, хотя и большою: «ибо насыщусь я вполне не только душою, но даже и телом, когда явится слава Того, Кто придет во славе Своей воздать вполне каждому по делам его». Так верует наша Церковь, толкуя слова псалма, и этому не противоречат свидетельства, почерпнутые из жизни этих святых. Воистину говорим и теперь, что души преп. отцов наших Печерских, как и души всех прочих святых, взошли на небо не для принятия сразу полной награды, взошли же для того, чтоб получить награду только отчасти. Впоследствии же, соединясь с телом своим, они получат награду полную. В учении этом наша Православная церковь следует не Риму, но св. Писанию, так как Сирах говорит: «легко для Господа в день смерти воздать человеку по делам его» (Сир. 11:26). Еще яснее дополняет это Екклезиаст, говоря: «возвратится прах в землю, чем он был, а дух возвратится к Богу, Который дал его» (Еккл. 12:7). Но и сам Господь это известнее всего сказал о Лазаре нищем: «Умер нищий, и отнесен был Ангелами на лоно Авраамово» (Лук. 16:22), также и разбойнику на кресте: «Ныне будешь со мною в раю» (Лук. 23:43), то есть в небе, как толкует св. Феофилакт. Потом и апостол говорит тоже: «Знаем, что когда земный наш дом разрушится, мы имеем от Бога жилище на небесах, дом нерукотворенный, вечный» (2 Кор. 1:5); и еще сам о себе: «Желание имею разрешиться и быть со Христом» (Флп. 1:23). Все это наша православная Церковь пояснила ярче солнца в тропарях и кондаках, стихирах и канонах, свидетельствуя в песнях, что святые предстоят Богу, и просят их молитв. Но есть у нас свидетельство и тому, что угодники Божии не получили еще от Него совершенной награды. Сам Господь показал в притче, что, по возвращении Своем или по втором пришествии на суд, Он воздаст рабам Своим, добросовестно употребившим данные им пять талантов, то есть пять телесных чувств. Также и св. Павел говорит о себе: «Готовится мне венец правды, который даст мне Господь, праведный Судия». Не иначе можно понимать и то, что написал св. Иоанн в Откровении: «Я увидел под жертвенником души убиенных за слово Божие и за свидетельство, которое они имели. И возопили они громким голосом, говоря: доколе, Владыко святый и истинный, не судишь и не мстишь живущим на земле за кровь нашу? И даны были каждому из них одежды белые, и сказано им, чтоб они успокоились еще на малое время, пока и сотрудники их и братия их, которые будут убиты, как и они, дополнят число» (Откр. 6:9-11). Напоследок же мы скажем, что особенно относится и к нашим святым, подвизавшимся в пещерах, это апостольское слово: «скитаясь по пустыням и горам, по пещерам и ущельям земли — не получили обещанного, (то есть окончательно), чтоб не без нас достигли совершенство» (Евр. 11:40).

Итак, уже пора исчезнуть и этой тьме богомерзкого хуления на православие святых и преподобных отцов наших Печерских, которая покушается помрачать мраком Запада те восточные светила наши, те утренние, прославляющие Бога звезды. И опять мы обращаемся к тебе, православный читатель, со словами псалма: «не ревнуй злодеям, не завидуй делающим беззаконие» (Пс. 36:1).

Ведь сам Господь узаконил, чтобы мы почитали своих преставившихся святых, то Сам устраивая так, что мощи их скрыты, как говорили мы о мощах Моисея пророка и Екатерины мученицы, и храня их нетленно, как говорит Давид: «хранит Господь все кости его, ни одна из них не сокрушится», — то вменяя их мощи за самые уста свои, подающие не только исцеления, но и дыхание жизни, как сделал Он чрез мощи Елисея пророка, воскресив ими мертвеца, так что псалмопевец возгласил о том: «честна пред Господом смерть преподобных Его». Как же ты не будешь вместе с прочими угодниками Божиими особенно почитать преподобных отцов наших Печерских, как поистине святых православных, равных тем, которые до принесения закона и после закона угодили Господу; не будешь покланяться с несомненною верою и нелицемерною любовью честным мощам их, хранимым нетленно Самим Господом и имеющим через Него дар исцеления, — и, лобзая их, не похвалишься иногда пред Господом, с пророком: «мне же зело честны быша друзи твои, Боже!» Особенно же подражай их житиям, описанным в этой книге, чтобы не сказали и они о лобзателях своих: «приближаются к нам людие сии устами своими, и языком чтут нас, сердце же их далече отстоит от нас, но тщетно чтут нас». Если премудрый Соломон посылает людей поучиться к земле, изрытой муравьями, говоря: поди к муравью, ленивец, посмотри на дела его и будь мудрым (Притч. Солом. 6:6), тем больше должны мы посылать тебя, православный читатель, для подражания, к земле пещерной, ископанной преподобными отцами нашими, говоря в книге этой:

«Иди, православный, к пещерам, иди, переходя сердечным восхождением из силы в силу, и возревнуй, увидав пути угодивших там Господу преподобных отцов — как прошли они жестокие степени добродетели, в каких пребывали трудах, какие возлагали на себя подвиги. Иди к пещерам, православный, и исполнись рвением, видя пути тех, которые в ископанной земле не пищу гибнущую с муравьями, но пребывающее для вечной жизни исполнение воли Божией собирали в летнее время этой жизни на зиму страшного суда, когда едва ли кто устоит пред лютым холодом его. Иди, православный, к пещерам и исполнись рвением, увидев пути таких первоначальников, ревнуя и следуя которым, никто не заблудился».

«Благодарение Богу за неисповедимый Его дар, что сподобил Он нас, недостойных жителей Русской земли, не лишиться той же благодати, которую Он, будучи во плоти, излил на землю, освященную стопами ног Его. Ибо, как мы там, во свете православной веры, увидели свет дел добрых, которым просияли святые первоначальники постнического жития, Антоний Великий Египетский и Феодосий, архимандрит иерусалимский, так же и здесь, в нашей Российской земле, вскоре по просвещении православною верою, тезоименитые первоначальники того же постнического по уставу жития, Антоний и Феодосий, просияли во тьме пещеры светом добрых дел своих, и свойственно им то, что написал в Откровении св. Иоанн: „это суть две маслины и два светильника, стоящия пред Богом земли“ (Откр. 11:4), потому что в доме Божией Матери они были плодовиты, как масличными ветвями, сынами своими, усыновленными им через Бога, и также горели и светили делами и учением. На похвалу их должно сказать нам еще: они суть два великие светила, просиявшие на небе пещерном и просветившие светом добрых дел своих безчисленное множество добродетельных звезд. Они, — приведшие нового Израиля к обетованной небесной земле, — два столпа, из которых один горел всегда рвением к Богу в ночи затворничества в пещере, другой же осенял смирением во дни устроения монастырского. Они — две скрижали Бога живого, которые изобразили закон Божий новому Израилю не изяществом писания, но красотою дел своих. Они — два херувима, покрывающие истинный кивот, храм Успения Пресвятой Богородицы, содержащий в себе не произведение из бездушного золота и дерева, но живую любовь к Богу и братии, и вразумившие многих жить по-ангельски. Они — два неусыпно хранящие ока Господни, и через них исполнились на русской нашей Церкви слова Господни: „вразумлю тебя, наставлю тебя на путь, по которому тебе идти; буду руководить тебя, око мое над тобою“ (Пс. 31:8). Они — два крыла голубиные, посеребренные чистотою и незлобием, вознесшие многих туда, где почивает Святый Дух, являющийся в образе голубином. Они же — и два крыла орлиных, данные Невесте Христовой — Церкви, на которых многие возлетели ко зрению Солнца правды. Они же, наконец, — и два мысленные сосца той же матери нашей, Церкви Христовой, сладостью, добродетелью которых, как истинным словесным молоком, многие возросли ко спасению и, наставленные их светозарностью, вошли в Царствие Божие воистину как бы путем млечным, который в небе, по объяснению ученых, образуется через соединение множества звезд. Ревновавшие путям этой достохвальной двоицы, во-первых, игумены святой чудотворной лавры Печерской, Стефан и Никон, и подвизавшийся еще до существования лавры Варлаам научат тебя, православный читатель, через эту книгу (кроме других, не столь удобных для тебя подвигов) терпению в напастях, потом Ефрем научит ревности ко святым местам, Исаия — умножению веры, Дамиан и также Прохор, Марк и Пимен — посту, Иеремия наставит пребыванию в монастыре, Матфий — стоянию в церкви, Исаий и Никита научат покаянию после искушения, Лаврентий — рвению к затворничеству, Алимпий — подвигу в рукоделиях, Агапит — служению больным, Григорий — обращению к покаянию, Моисей и Иоанн — страданиям за чистоту, Феофил — слезам, другой Пимен — терпению в болезни, Феодор и Василий — терпению в оклеветании, Спиридон и Никодим — псалмопению, Евстратий и Кукша — страданию за Христа, Никон Сухий — терпению в плену, Афанасий — послушанию, покаянию и вере к святому Печерскому монастырю, Святоша — пренебрежению славою, Эразм — украшению храмов, Арефа — благодарению за похищение имущества, Тит — любви, Нифонт — ревности о православии, наконец, Нестор, Симон и Поликарп научат тебя здесь, православный читатель, не только читать жития святых, преподобных и богоносных отцов наших Печерских, но также изображать их и на самом себе добрыми делами.

Усердно желаем, чтобы ты исполнил это и был вписан в книге жизни вечной».

Желающие твоему благочестию благой временной и вечной жизни, твои богомольцы иноки святой великой чудотворной лавры Печерской Киевской.

В ней помещены жития святых преподобных и богоносных отцов наших Печерских, написанные преподобным отцом нашим Нестором, летописцем Русским, а также Сказание о святой чудотворной Великой церкви Печерской, написанное блаженным Симоном, епископом Владимирским и Суздальским, которому принадлежит и прочее, здесь помещенное. К сему приложены и похвальные слова преподобным и богоносным отцам нашим первоначальникам Печерским Антонию и Феодосию.

Житие преподобного и богоносного отца нашего Антония, первоначальника Русских иноков, начавших подвизаться в пещерах

23 (10 - ст.ст) июля

Посланный Промыслом Божиим, он принес на Русь благословение святой Афонской горы, и положил в ней начало совершенному иноческому житию и основал при дивных чудесах святую Печерскую Лавру.

Благословен Бог, сотворивший все премудростью, Который хочет спасения и просвещения разумом истины всем людям. Благословен Он за то, что не оставил Русской нашей земли и не попустил ей помрачиться тьмой неведения, вдали от путей спасения.

Подобно тому, как в начале мира, когда вся земля была покрыта тьмой, находившейся над бездной, и Дух Святой носился над водами — прежде всего сотворил Бог свет для новосозданной земли, потом повелел Он солнцу воссиять над землей и дал солнцу во власть день, а луне и звездам назначил освещать ночью так, когда пришел конец назначенным годам, а наша Русская земля была помрачена адской тьмой, неведением спасения, тогда Дух Святой, носясь над крещением, преподанным нам через благоверного князя Владимира, просветил нас впервые светом веры. Потом открыл нам Солнце мысленное, светящее добрыми делами, чтоб сияло оно нам в дни спасения, давало свой свет также и мысленным луне и звездам, осеняющим помощью своей наш путь во тьме нерадения.

И избрал Он на то преподобного и богоносного отца нашего Антония, который вскоре по крещении русских, как второй Моисей после перехода израильтян через море, повинуясь призванию Божию, взошел на святую гору не Синайскую, дымящуюся огнем гнева Божия, но Афонскую, сияющую благодатью Богородицы, где принял благодатный закон, переданный с ангельской помощью святому иноческому чину. И, когда он пришел с Афона, посланный Богом на Русь, передать ей совершенный закон — явился он во всем подражателем израильского законодателя. Как тот, придя с заповедями к Израилю, явил на себе солнечные лучи и потому возложил на лицо свое покрывало, так и этот преподобный, наш русский законодатель, просветился добрыми делами, подобно светозарному солнцу, как и называет его Церковь, почему и поселился он в пещере, как бы возлагая на лицо свое покров. Но, как облако, покрывшее солнце, не может утаить его лучей и затмить дня, так и пещера не могла утаить принесенного преподобным отцом нашим Антонием закона, о котором говорит он, вместе с пророком, как о путеводном луче своем: «Закон твой светильник ногам моим и свет стезям моим!»

Подобно солнцу просветил преподобный законодатель нашу Русскую землю совершенным иноческим законом, сияющим в пещере добрыми делами, как светом, светящим и во тьме, и устроил ей благоприятный день спасения, в котором стали ходить те сыны Руси, принявшие благочинный иноческий образ, вопия с апостолом: «Се ныне время благоприятно, се ныне день спасения!» И, как весь круг земной, закрыв лицо солнцу, не может препятствовать ему бросать свет на властвующие в ночи светила — луну и звезды, так и преподобный отец наш Антоний, покрытый пещерной землей, как мысленное солнце, — невозбранно озарил на Руси своим светом мысленным светила, помогающие нам в ночи нашего нерадения о спасении.

Из них сияющего ярче всех — преподобного Феодосия Печерского называет Церковь Русской звездой, не простой, но такой, что она является вождем прочим звездам, то есть луной. (Подобно тому, семь первых светил небесных, имеющие собственное движение и называемые планетами, — в числе их не только луна, но и солнце, — называются у учителей церковных семью звездами, содержимыми в деснице Господней.) Прочие же бесчисленные Печерские святые, которые в законе, принесенном от преподобного Антония, последовали уставу преподобного Феодосия, просияли, как чистые звезды, умноженные на тверди небесной. И вот почему неложно святая чудотворная Печерская Лавра явилась небесам подобной.

Итак, вместе с преподобным Нестором, летописцем русским, просиявшим в то же время, начнем сказывать повесть о первом великом светильнике сего Русского неба.

В княжении благоверного великого князя Владимира Святославича, самодержца Русской земли, благоволил Бог явить светильника Церкви Своей и наставника иночествующим, приснопамятного мужа, преподобного и богоносного отца нашего Антония.

Он родился в городе Любече, с детства имел в душе страх Божий и желал облечься в иноческий образ. Человеколюбивый Господь положил ему на сердце идти в страну Греческую и там постричься. И он отправился в путь, странствуя ради странствовавшего и потрудившегося для нашего спасения Господа, достиг Царьграда, а за ним и Афонской горы. Там обошел он святые монастыри и видел быт святых отцов, выше человеческого естества, во плоти подражающих ангельскому житию. И еще более воспламенившись любовью ко Христу, желая поревновать житию тех отцов, пришел он в один из находящихся там монастырей и молил игумена возложить на него образ иноческого чина. Игумен, провидя будущие его добродетели, исполнил просьбу, постриг его и научил совершенному иноческому житию. Антоний же, угождая во всем Богу, подвизался и в прочих добродетелях, преуспевая в покорности и послушании, так что все радовались за него.