Патриот (пер. С.Увбарх под ред. А.Жикаренцева)
Шрифт:
– Что ж, уверен, это вам пойдет, сэр.
В сказанном он раскаялся еще до того, как закончил фразу.
– В мои планы вовсе не входило, чтобы костюм пошел МНЕ, – спокойно ответил патриций. – Будьте так любезны вашу фаску, капрал Бети.
Над пустыней заколыхался бледный, обманчивый рассвет-перед-рассветом, и командира клатчского отряда это вовсе не радовало.
Д'рыги обыкновенно атакуют на рассвете. Все д'рыги. При этом не важно, сколько их и сколько вас. Просто все племя кидается в атаку. Включая не только женщин и детей, но и верблюдов, баранов, овец, а также кур. Ты их, само собой, ждешь, и стрелами можно уложить многих, вот только… они всегда появляются внезапно, как будто выплюнутые пустыней. Не сумеешь вовремя оценить обстановку, замешкаешься чуть – и тебя зарубят, зарежут, запинают, забодают, заклюют и утопят в слюне.
Войска залегли в засаде. Если, конечно, их можно было назвать ВОЙСКАМИ. А он ведь ПРЕДУПРЕЖДАЛ, что армией их можно назвать только с большой натяжкой… ну, не то чтобы он так прямо и сказал – когда служишь в армии ЭТОГО человека, привыкаешь помалкивать, если хочешь сохранить свою шкуру, – но он так изо всех сил думал. Половина солдат – мальчишки, воображающие, что стоит ринуться в бой, выкрикивая лозунги и размахивая мечами, как враг сразу побежит. Эх, не видела эта зелень д'рыгскую курицу, когда та идет на таран прямо тебе в лоб.
А уж что до остального… ночью возникла какая-то суета, так эти мальчишки решили, что на них напал враг, и принялись драться друг с дружкой – полночи пробегали, а теперь трясутся, как горошины в барабане. Один потерял меч, а потом клялся, что вонзил его во врага, а тот так с клинком и удрал, будто ходячий цыпленок на вертеле. А какой-то кусок скалы расхаживал и дубасил кого ни попадя… кем ни попадя.
Солнце поднялось уже довольно высоко.
– Вот так вот ждать – хуже нет, – заметил рядом с ним сержант.
– Как посмотреть… – откликнулся командир. – А кое-кто считает, что хуже всего – это когда неизвестно откуда выскакивает какой-нибудь д'рыг и разрубает тебя на две ровные половинки. – Он скорбно уставился в предательскую пустоту песка. – Или когда обезумевшая от воинственности коза отгрызает тебе нос. В общем, если подумать обо всем, что может случиться, когда тебя окружит орда вопящих д'рыгов, приходишь к выводу, что когда их нет или хотя бы даже еще нет – это не худшая, а лучшая часть из всего того, что нас ждет.
Данные размышления оказались слишком сложными для тренированного сержантского ума. Поэтому после некоторых размышлений сержант просто констатировал:
– Их все нет и нет.
– Ну и хорошо. Лучше пусть не будет их, чем не станет нас.
– Но, сэр, солнце ведь уже взошло.
Командир посмотрел на свою тень. День в самом разгаре, а песок, по загадочному милосердию судьбы, все еще не пропитан его, командирской, кровью. Командир достаточно долго занимался умиротворением непокорных клатчских племен, и последнее время его терзал один простой вопрос: почему всякое умиротворение неизменно сопровождается кровопролитием? А еще на собственном горьком опыте он научился никогда не произносить фраз навроде «Слишком все спокойно, не нравится мне это». Слишком спокойно быть не может.
– А вдруг, они снялись с лагеря ночью? – предположил сержант.
– Это не похоже на д'рыгов. Они никогда не бегут. И кстати, вон их шатры.
– Так почему бы нам на них не напасть, сэр?
– Ты ведь прежде никогда не воевал с д'рыгами, а, сержант?
– Никогда, сэр. Но я участвовал в умиротворении чокнутых саватаров в Ухистане, так вот они…
– Д'рыги куда хуже, сержант. В ответ они могут так тебя умиротворить, что мало не покажется.
– Но я даже не успел рассказать, какими чокнутыми эти саватары были, сэр.
– Поверь мне, по сравнению с д'рыгами они просто слегка неуравновешенные.
Сержант почувствовал, что его репутация и опыт ставятся под сомнение.
– Может, я возьму несколько человек и разведаю обстановку, сэр?
Командир еще раз посмотрел на солнце. От жары уже трудно было дышать.
– Ну что ж, ОТЛИЧНО. Идем.
Клатчцы двинулись к лагерю. Вот шатры, вот потухшие костры. Но ни верблюдов, ни лошадей – одна лишь длинная утрамбованная тропа, вьющаяся среди дюн и уходящая прочь.
Боевой дух несколько поднялся. Нападение на опасного врага в его отсутствие – одна из наиболее привлекательных форм ведения войны. Можно вволю порассуждать на тему везучести д'рыгов, которые вовремя смылись, и дать волю фантазии, представляя себе, «что бы мы с ними сделали, попадись они нам »…
– А это что такое? – прервал размышления командира сержант.
Среди дюн показалась фигура на верблюде. Белые одежды человека хлопали на ветру.
Поравнявшись с клатчцами, человек соскочил с верблюда и приветственно помахал рукой.
– Доброе утро, господа! Могу я предложить вам сдаться?
– А ты кто такой?
– Капитан Моркоу, сэр. Но если вы будете столько любезны и сложите оружие, никто не пострадает.
Командир посмотрел за спину говорящего. Вершины дюн топорщились разной формы холмиками. Затем на вид неживые холмики распрямились и оказались очень даже живыми людьми.
– Это… д'рыги, сэр! – воскликнул сержант.
– Нет. Д'рыги уже давно бросились бы в атаку, сержант.
– О, прошу прощения. Сказать им, чтобы бросились в атаку? – вежливо предложил Моркоу. – Вы это предпочитаете?
Теперь уже д'рыгами были усеяны все дюны. Восходящее все выше солнце ярко отражалось от начищенных клинков.
– Ты хочешь сказать, – медленно начал командир, – что ты убедил д'рыгов не атаковать?
– Задача была не из легких, но в итоге, мне кажется, они уловили мою мысль, – кивнул Моркоу.
Командир трезво оценил обстановку. Д'рыги повсюду. Окруженный ими, его отряд представляет собой жалкую кучку жмущихся друг к другу людей. А этот рыжий голубоглазый человек дружески ему улыбается.
– А как они смотрят на милосердное обращение с пленными? – отважился поинтересоваться он.
– Полагаю, в случае достаточной настойчивости с моей стороны они поймут и это.
Командир опять бросил взгляд на молчаливых д'рыгов.
– Но почему? – вдруг спросил он. – ПОЧЕМУ они не вступают в бой?
– Мой шеф считает, что лишние потери нам ни к чему, сэр, – ответил Моркоу. – Это командор Ваймс, сэр. Вон на той дюне.
– Ты можешь уговорить д'рыгов не нападать, и ты здесь не самый главный?