Чтение онлайн

Заметил Илья и других более или менее известных представителей правящей европейской элиты, в том числе и несколько персон, относящихся к русо-прусскому торговому и политическому истеблишменту. Но и помимо политиков, которых он терпеть не мог, Рассохин узнал, несмотря на шляпку с легкой вуалью, тем не менее почти полностью скрывавшую лицо, одну популярную в последнее время актрису — звезду новомодного синема, снимавшуюся во множестве картин. Вот только, фамилию ее, Илья, как ни старался, так и не припомнил. То ли Арина Ясенева, то ли Карина Тополева. В общем, было в той фамилии что-то лесное…

Он и не предполагал, корабль соберет на своем борту сразу столько звезд и богачей. Впрочем, в этом не было совершенно ничего удивительного. Престиж превыше всего!

Телохранители сопровождали почти каждого, кто мог себе это позволить. И за Розенштернами неотрывно следовала пара плечистых мужчин, и за некоторыми другими пассажирами тоже. Илья надеялся, что хотя бы оружия у них с собой нет. Конечно, деньги решали многие вопросы, но не в данном случае. «Звезда морей» — не частная яхта, тут правила одни для всех. По крайне мере, в теории. Да и вокруг не Руссо-Пруссия, где личный авторитет и толстый кошелек в некоторых городах до сих пор стоят выше любых законов, хотя, по слухам, молодой император Константин взялся искоренить этот древний порок.

Каюта, как и было обещано, оказалась двухъярусной. Сверху, стоило лишь подняться по изгибистой лестнице, находилась спальня, большую часть которой занимала широкая двуспальная кровать, зеркало в полстены и встроенный шкаф, а внизу — небольшая гостиная. Там стоял диванчик, рядом с ним журнальный столик, а напротив — два глубоких мягких кожаных кресла, в углу притулился стол для работы с бумагами, а на стене висело несколько картин.

Саквояж и чемоданы стояли сбоку у стенки. Одна из дверей внутри сьюта вела в туалетную комнату. Настя тут же распахнула вторую дверь, ведущую на балкончик, на котором нашлись еще один столик и пара кресел, на этот раз простых деревянных, как в уличном кафе, с брошенными поверх сидений подушками.

— Смотри, Илюша, тут интересно! — позвала она.

Илья бросил сумку на кресло, вышел следом за ней на балкончик и потянулся. Жаркое летнее солнце пекло с самого раннего утра, не переставая. Легкий ветерок больше обжигал кожу, чем освежал ее. Хотелось лежать в тени, потягивая прохладительный напиток из высокого стакана. Лучше, конечно, ледяное пиво, к коктейлям Рассохин так и не привык.

Настя, словно прочитав его мысли, вернулась в комнату, вытащила из барного шкафа бутылочку светлого пива, открыла ее, налила напиток в стакан и поднесла его Рассохину.

— Моему господину, — с шутливым полупоклоном произнесла девушка, передавая ему стакан, — за то, что исполнил мечту моего детства. Морское путешествие — что может быть прекрасней?!..

Илья, с недоверием относившийся к морю и предпочитавший традиционную твердую землю под ногами, чуть покачал головой, но пиво принял и отхлебнул большим глотком чуть не полстакана. Не имперское, но пить можно. По крайней мере, жажду напиток вполне утолял.

Он бросил взгляд вниз. Балкончик выходил на внутреннюю прогулочную палубу — Рассохин специально выбрал такой сьют. Океан прекрасен, но быстро утомляет, а вот за людьми следить не надоедает никогда. Некоторые пассажиры уже успели побывать в своих каютах и переодеться, а сейчас совершали первый пробный променад, неторопливо шествуя по дорожкам среди сотен цветущих растений и разглядывая изумительные красоты корабля.

Илья подумал, что эта точка — идеальная место для обзора и ведения наблюдений за пассажирами. Выше находилась лишь одна палуба, остальные же располагались под ними. Конечно, он не видел отсюда балкончики кают и их владельцев с его стороны, но вот тех, кто поселился напротив, он превосходно мог разглядеть даже без бинокля.

Многие из них так же выходили на балконы и глазели по сторонам, изучая обстановку и заводя первые знакомства с соседями по путешествию.

— Теперь две недели только мы и океан вокруг, — мечтательно сказала Настя, удобно устроившись в кресле. — Соленый воздух, морской бриз, храбрый кавалер рядом — о чем еще может мечтать простая девушка?

— Не уверен, что тебе так уж повезло с кавалером, — честно ответил Илья. — Видишь ли, он у тебя с темным прошлым и сомнительным будущим.

— Позволь мне самой решать, повезло мне или нет. По-поводу прошлого — так оно меня не касается, а уж будущее мы творим вместе, так что и я за него в ответе в той же степени, что и мой недоверчивый кавалер.

— Тем не менее, сейчас ты могла бы уже быть дома, в привычном мире, а вместо этого болтаешься неизвестно где, неизвестно с кем…

— Самый большой корабль на планете — это не неизвестно где, — звонко рассмеялась Настя. — А ты — вполне известно кто — мой храбрый рыцарь, господин Иль Наварро! Давай-ка, раз уж ты здесь инкогнито, я так и буду к тебе обращаться, пока не доберемся до места. Иль Наварро — авзонский подданный. Надо же мне начинать играть свою роль!

— Конечно, — согласился Рассохин, — ты права. Так меня и называй, даже наедине.

В дверь негромко постучали. Илья нехотя поставил стакан на столик и пошел открывать. На пороге стоял стюард — высокий юноша крепкого, лет двадцати — в белоснежном форменном костюме.

— Здравствуйте, господин Наварро, — бойко затараторил юноша по-бриттски, чуть поклонившись при этом. Рассохин бриттским владел вполне сносно, хотя сам говорил с сильным акцентом — авзонским, как он втайне надеялся. — Я ваш стюард на все время путешествия. Буду убирать помещение раз в день или чаще, если прикажете, а также приносить вам завтраки, обеды и ужины, если вы пожелаете питаться в каюте. Вы можете обращаться ко мне по любым вопросам. Меня зовут Генри, — он широко улыбнулся, сверкнув столь же ярко-белыми, как и его костюм, зубами. Илья решил, что этот молодой человек ему скорее нравится. Было в нем что-то лихое и бесшабашное.

— Привет, Генри, рад знакомству, — с радушным видом Рассохин протянул стюарду руку, с зажатой между пальцев купюрой. Тот поначалу удивился — видно не часто обитатели сьютов столь запросто общались с обслуживающим персоналом, но приметив купюру, тут же крепко пожал протянутую руку. Банкнота в процессе рукопожатия мгновенно сменила владельца. В этот момент Настя зашла в комнату и лейтенант тут же ее представил: — Моя подруга, госпожа Воробьева. Настя, это Генри, наш стюард.

Генри поклонился еще раз, но Рассохин успел приметить его восхищенный взгляд. Настя умела произвести на мужчин нужное впечатление.

— Очень приятно! Позвольте поинтересоваться, вы — имперские подданные?

— Что, так заметно? — улыбнулась Настя. Илья помрачнел. Конечно, акцент скрыть сложно, тем более такой заметный, как у него.

— Я всегда внимательно изучаю список с моими будущими клиентами, еще до того, как они поднимаются на борт. Это моя работа.

— Но ведь мы только несколько часов назад приобрели билеты! — удивилась Настя.

Генри лишь усмехнулся, чуть снисходительно, но тут же с удовольствием раскрыл перед непонятливой женщиной всю мощь передовых технологий:

— Как только вы купили билеты, посыльный из бюро тут же доставляет на борт лист с вашими именами и предпочтениями в еде, которые вы озвучивали в бюро. А уже тут на месте листы распределяются по стюардам и стюардессам, прикрепленным к определенным каютам. Поэтому, только лишь увидев вашу фамилию, я сразу понял, что вы, госпожа Воробьеффа, русо-прусская подданная. А вот судя по фамилии господина Наварро, я предположил, что он — авзонец, но сейчас вижу, что ошибся. Дело в том, что я полгода прожил в Фридрихсграде у друзей еще в прошлые времена, когда о иномирянских посольствах и слыхом не слыхивали, и за это время познакомился со многими представителями вашей славной империи. И теперь могу отличить русского и дойча с первого взгляда!