Чтение онлайн

— Лежи и не шевелись!

— Чем… — Звук собственного голоса заставил его взвыть от боли. — Чем он напоил меня?

— Это снадобье мы раздобыли у аптекаря. Названия не знаю. Мы попросили дать нам средство, которое поможет усыпить диких животных, забредших на мой участок; причем объяснили, что не хотим их убивать, лишь перетащить. Аптекарь поднял на смех такой по-женски нерациональный подход и добавил, что отравить дешевле. Я заставила его поклясться, что животные не пострадают, и получила четкие разъяснения — это средство безопасно как для животных, так и для людей. Если его выпьет человек — потеряет сознание, затем у него начнется частая рвота, временная потеря ориентации, сильнейшая головная боль. Но он выживет.

Джейкоб застонал.

— На поверку выходит, — с усилием выговорил он, — что аптекарь прав по всем пунктам, кроме последнего. Я выживать не собираюсь.

— Не будь ребенком. Твой брат спас тебе жизнь.

Глаза Джейкоба наконец полностью открылись; он попытался сесть.

— Мне что, привязать тебя к кровати? — прикрикнула на него Абигайль.

— Я возвращаюсь в погреб.

Молодой человек попытался совладать с Абигайль. Безрезультатно.

— Исаак! — воззвала она. От этого крика в голове Джейкоба тяжело ударил молот.

У кровати появился негр-слуга; в руках он держал мушкет.

— До знакомства с тобой и твоим братом я не встречала таких упертых людей — вы готовы соперничать даже за смерть на эшафоте. А теперь, Джейкоб Морган, послушай меня! Ты уедешь в Бостон, даже если мне придется влить в твое горло все мое снадобье и переплатить проводникам!

Молодой человек затих, и вновь прилег на кровать.

Еще раз он попытался сбежать, когда чуть набрался сил. Поздняя ночь, Исаака не видно, Джейкоб почувствовал себя достаточно окрепшим, чтобы взять верх над Абигайль. Его поймали на лестнице — он спускался, Абигайль поднималась.

— Прочь с моего пути, Абигайль.

— И куда это ты собрался?

Молодой человек безмолвствовал.

Она презрительно покачала головой:

— Чем же вас с братом кормили, на чем взращивали, что вы стали такими непрошибаемыми?

— Последний раз прошу, отойди!

— Или что? Убьешь? Ну, так давай, вперед! Видно, умирать нынче модно.

Он двинулся вниз по лестнице.

— Чего ты добиваешься? — вдогонку закричала она.

Джейкоб остановился.

— Должно быть по-честному. Я не могу позволить Исаву умереть вместо себя.

— Будет лучше, если вы умрете оба?

— Умрет только один, и это буду я.

Абигайль вновь сердито покачала головой.

— Поздно! Если пойдешь туда, тебя повесят за шпионаж, а Исава за пособничество в побеге. Думаешь, кто-то поверит, будто у тебя обманом уволокли виселицу прямо из-под носа?

Она попала в точку. Джейкоб растерянно застыл на месте.

— После твоего ухода мне сжечь вашу фамильную Библию?

— Сжечь Библию?

— Разве не в ней причина? Будущее Морганов, наследие Морганов? Мертвые братья Морган не оставят сыновей, никого, кому бы она перешла по наследству. Лучше уж сразу бросить ее в огонь.

— Не в этом дело.

— Ошибаешься! — крикнула Абигайль, а потом безудержно заплакала. — В этом. Вся надежда на вас с Мерси, вы могли бы не дать роду Морганов угаснуть. Исав согласился пожертвовать собой ради будущего вашей семьи. Вернувшись назад, ты не только убьешь обоих сыновей Джареда и Энн Морган, ты перерубишь ветвь семейного древа.

Джейкоб обдумывал ее слова, грустно склонив голову.

— Библия у тебя? — наконец спросил он.

Она кивнула.

— Исав велел передать тебе на словах следующее. Ты должен отдать ее отцу с его извинениями.

— Как мне попасть к американцам?

Абигайль перевела дух и оперлась на перила.

— Все подготовлено. Выезжаем через час.

Последние наставления Абигайль давала Джейкобу в лесу. Молодому человеку предстояло пройти милю до фермерского дома, который стоял подле маленького белого мосточка. В задней части хлева есть несколько незакрепленных досок. Их можно отодвинуть и залезть внутрь. Утром придет доить коров хозяин; Джейкобу нужно сказать пароль: «Меня послал полковник». Фермер довезет его в стогу сена до парома, что ходит по реке Гудзон. Паромщик с готовностью берет любых пассажиров, лишь бы хорошо платили (Абигайль дала молодому человеку деньги). На другом берегу реки он отвечает за себя сам.

— Понял, — сказал Джейкоб.

Она улыбнулась:

— Удачи, — и повернулась, чтобы уйти. Джейкоб придержал ее за руку.

— Я сразу понял: ты особенная женщина.

Ее лицо тронул легкий румянец.

— Я не о том поцелуе, — исправил свою ошибку Джейкоб. — Ты рискуешь жизнью ради нашего общего дела. Почему ты не уходишь со мной?

— Не сейчас. Но вскоре.

Она отвела глаза.

— Ты же не собираешься идти на казнь? — догадался он.

Ответа не последовало.

— Абигайль, тебе не нужно помнить его таким.

— Прощай, Джейкоб. Когда доберешься до Бостона, передай Мерси и своим родителям, что пусть и недолгое время, но мы с Исавом были очень счастливы.

И она побежала по тропинке к дому.

С полчаса Джейкоб осторожно пробирался к ферме. Затем резко развернулся и пошел назад, в Нью-Йорк.

Будь у него такая возможность, для последней в своей жизни трапезы Исав выбрал бы кушанья со стола Вашингтона. Впрочем, генерал Клинтон прислал блюда, которые были много лучше привычной для Исава армейской еды. Когда-то, голодая в непролазных лесах Мэна, молодой человек пообещал себе — никаких жалоб на еду. Свое слово он сдержал.

А вот стылое сырое помещение — это разговор другой, здесь он никому ничего не обещал. Холод пронизывал его до костей, рана воспалилась. Исав был несказанно рад тому, что он может еще раз увидеть солнышко.

Для смертника Исав Морган был слишком бодр духом. На этот раз (в Таппане было иначе) он тихо радовался тому, как складно для него все обернулось. Впервые у него появилось чувство, что его жизнь имеет цель, и цель эта не эгоистична. Он и раньше ставил перед собой те или иные задачи: хотел получить образование и внести свою лепту в семейное дело, хотел, чтобы им гордился отец, мечтал о неуловимой Мерси, собирался поехать в Англию. Его жизненные проекты, как корабли без якорей и парусов, бесцельно носило по житейским волнам. И вот теперь у него есть другая цель, есть настоящий якорь. Он вносит свой вклад — и значительный — в будущее Морганов. При этом он, как Эндрю, Кристофер, Филип и его отец, остается верен традиции. Но если его предшественники даровали семье свои жизни, он дарует свою смерть. Пусть имя Джейкоба будет вписано в Библию — это всего лишь надпись чернилами. Но род Морганов продолжится благодаря его, Исава, самопожертвованию.

В Нью-Йорк был доставлен новенький американский мундир. Молодой человек с гордостью застегивал пуговицы. Хотя американский, английский — какая разница? В такой близости к Богу эти различия кажутся неуместными. Казнь назначена на полдень. Интересно, какую такую особую роль военные трибуналы отводят середине дня? Что значит середина дня для человека, готового ступить в бессмертие?

За ним пришли за четверть часа до назначенного срока. Приволакивая ногу, он поднялся по лестнице и вышел на залитую солнцем улицу. Осеннее солнце было по-доброму теплым, а воздух свежим и упоительным — особенно после затхлой промозглости погреба. По обеим сторонам улицы толпились зеваки. Бог им судья, пусть таращатся, глумятся, выкрикивают оскорбления. Он не тот, за кого его принимают; никто не знает о той великой миссии, что досталась ему на долю.