Чтение онлайн

«Все это мрак невежества, черный обман, нескончаемое заблуждение, неполное разумение, непроницаемое неверие» (Ермий. Осмеяние языческих философов. Гл. 10);

«Все вы ничто; хотя присвояете себе дар слова, но рассуждаете как слепой с глухим» (Татиан. Речь против эллинов. Гл. 26).

Важно понимать, что оба подхода не противоречат друг другу, но дополняют друг друга, как две грани одного целого. Являясь акцентами, они лишь обращают внимание на ту или другую сторону единой реальности. Апологетам важно было показать, что этот, окружающий их, античный мир идет ко Христу; в рамках этой задачи св. Иустином Мучеником и его школой и применяется икономический подход. Этой же цели, только иным образом, как бы через отрицание, через отвержение старого, служит и богословская акривия. Сама по себе она не могла оказать благотворного действия на язычников, однако в соединении с икономией сыграла свою роль в общем процессе.

Исторически подход богословской икономии окажется важнейшим и определяющим в миссионерском диалоге Церкви с языческим миром; именно на нем будут выстраивать свое учение александрийские учителя III века, исполняя дальнейшую, уже иную, миссионерскую задачу. Оба эти акцента, как каждый в отдельности, так и в органическом сочетании, оказываются актуальны и сегодня в отношении Церкви к внешнему миру и в диалоге с ним.

Общая схема богословия – см. приложение 2.

Богословие периода апологетов, как мы видим из представленной графической схемы, привязывает решение тех или иных конкретных вопросов к отношению Церкви с внешним миром; в этом состоит его принципиальное отличие от богословия предшествующего периода. Обе центральные задачи – и привлечение язычников, и отмежевание еретиков – в конечном итоге выявляют один круг вопросов. Внимание апологетов фокусируется на христологии, а точнее, на учении о Логосе – воплотившемся Сыне Божием, изреченном Слове неизреченного Отца.

Семена Логоса, рассеянные по всему миру, становятся опорами для шествия этого мира к Самому Логосу-Христу, точками соприкосновения языческого мира с христианством. Сам Логос выступает критерием всякой истины. Логос обнимает Собою историю, ее начало, середину и конец – эту важную мысль мы находим как в учении апологетов о Предании Церкви (развивающемся в эту эпоху от зачаточного состояния у свв. Иустина Мученика и Феофила Антиохийского до вполне сформировавшегося концепта у св. Иринея Лионского и Тертуллиана), так и в активно развивающейся сотериологии (прежде всего у свв. Мелитона Сардийского и Иринея Лионского). Зачатки антропологии и сотериологии видны также в учении о внутренней цельности христианской жизни – цельности и единстве слова, мысли и дела.

Активно развивается у апологетов и «вводно-догматическая» тематика – тот круг вопросов, который сегодня принято рассматривать во вводных разделах догматических курсов. Вместе с вышеозначенной темою Предания, здесь можно указать следующие темы:

– О богопознании;

– Апофатическое и катафатическое богословие;

– О Предании Церкви (а отчасти и о Писании, если иметь в виду Тертуллиана);

– О свойствах Божиих;

– О сущности и энергиях Божиих (пока без терминологической определенности);

– О единстве Бога.

Сюда же можно отнести зачатки триадологического учения (зарождается в первичных своих формулировках учение о Пресвятой Троице, свт. Феофилом Антиохийским вводится сам термин «Троица»), которое, впрочем, не имеет для II века какого-либо решающего значения, но впервые получит реальный импульс развития лишь в III столетии.

Святой Иустин Мученик, или Философ, – самый знаменитый из апологетов. Жизнь его замечательна и служит лучшей иллюстрацией к его богословию, чрезвычайно простому в своем существе, но ставшему знаковым и определяющим для развития магистрального течения богословской мысли Церкви в следующем III веке.

Родился святой около 100 года или немногим позднее, эта дата достаточно гипотетична. Местом рождения и, вероятно, юности св. Иустина был древний самарийский город Сихем, населенный в то время язычниками и переименованный ими в Флавианеаполис. Из языческой семьи, вероятно, римлян по национальности, происходил и святой Иустин; он получил соответствующее воспитание и образование, и, соответственно эллинско-римской культуре своего времени, высшей ценностью человеческого бытия почитал философию.

Именование святого Иустина Философом неслучайно. С ранних лет именно к философии проявилось у него сильнейшее влечение; поиск истины и путь к ней стал целью его жизни. Одна за другой все значимые античные философские школы становятся объектом внимания святого: стоицизм, аристотелизм, пифагореизм, платонизм. Никакая из них (даже платонизм, бывший последней вехою на пути Иустина ко Христу и надолго увлекший его) не оказывается способной удовлетворить пытливый ум и душу святого, каждая из античных систем становится лишь ступенькой на пути к истине, но не открывает ее. Наконец, встреча с безвестным старцем, учителем, философом, христианином совершает окончательный переворот в душе святого Иустина – Учение Христово открывается ему как истинная, высшая и совершенная философия, к которой ведут и на которой заканчиваются все пути, познавшие и проповедающие истину лишь отчасти. Этот переворот, совершившийся по молитвам старца и самого святого Иустина, обращенным ко Христу, делает святого Иустина христианином – подлинным философом, а собственный путь ко Христу становится в его глазах прообразом пути всего языческого античного мира – почитающего философию высшей ценностью, но не познавшего ее.

Так говорит о своем духовном перевороте сам св. Иустин Мученик:

«В сердце моем тотчас возгорелся огонь, и меня объяла любовь к пророкам и тем мужам, которые суть други Христовы; и, размышляя с самим собою о словах его [старца], я увидел, что эта философия есть единая, твердая и полезная. Таким-то образом сделался я философом» (Разговор с Трифоном иудеем. Гл. 8).

Предполагают, что обращение св. Иустина в христианство произошло в Ефесе. Он начинает с тех пор вести жизнь странствующего философа, проповедуя христианство, эту высшую философию, язычникам. Прибыв в Рим, святой открывает свою школу, по примеру многих учителей эллинской мудрости; его учениками – прямыми или по духу – становятся многие последующие апологеты.

Одним из первых (после Кодрата и Аристида, апологии которых не сохранились) св. Иустин становится на защиту Церкви перед языческим миром. Первая апология была написана святым Иустином в 139 году (по другой версии, около 150 года), в гонение императора Антонина, именно она стала образцом для многих последующих апологий. Вторая апология будет написана им намного позднее, после путешествия на Восток, в Малую Азию, и последующего возвращения в Рим; ее причиною стало новое гонение – императора Марка Аврелия (на это время, то есть на 160-е годы, приходится расцвет деятельности уже нового поколения апологетов, таких как свтт. Феофил Антиохийский и Мелитон Сардийский). В годы этого гонения, около 165 года, принял мученическую смерть через усекновение мечом и сам святой Иустин.

По свидетельству древних историков и писателей, Святым Иустином Мучеником было написано немало произведений, точное число их неизвестно. Сохранилось три, самые значительные из всего наследия святого: «Первая апология», «Вторая апология» и «Разговор с Трифоном Иудеем».

Апологии св. Иустина, особенно Первая, более обширная и концептуальная по своей структуре, станут образцом для апологетической письменности данной эпохи. Многие идеи, выраженные в этих апологиях, будут впоследствии повторены и развиты другими апологетами.