Чтение онлайн

Притих и Илья, млея от ее близости. Глупая, глупая Ева! Разве можно вот так просто забираться в постель к взрослому парню? Он же не железный. Мертвый немного, но точно не железный. И руку его она так удачно — или неудачно? — прижимает прямо к своей шикарной груди. Мягкая, горячая и одна лишь тоненькая ткань преграды.

И пошел Изя со своими нравоучениями! Сам бы попробовал рассуждать о морали, когда Ева тут всем телом прижимается и едва ли ни мурчит.

Так мило. Так невыразимо мило!

— Люблю тебя, — с накатившей нежностью прошептал он ей на ухо.

— И я тебя, — пробормотала Ева сквозь сон. И от ответа ее было болезненно сладко и чудовищно горько.

— Приглашения не жди, — насмешливо заявил Илья, открыв дверь Ною и, словно в подтверждение своим словам, прислонился к косяку и скрестил на груди руки. Гость ничего не ответил, но замешательства не скрыл. Илью это и позабавило, и вызвало недовольство: — Что? Думал, Ева одна поедет по твоим делам?

— Она рассказала, — понял Ной и вдруг сделал едва заметный вдох: — На тебе ее запах. Сильный.

— Да? — Илья поднял руку, принюхался и действительно уловил на себе аромат Евы, аромат ее тела — сладкий, почти осязаемый. Он перемешался с его собственным, и это пьянило, несло странную, сюрреалистичную уверенность в своем праве. Он пах ею, а она — им. И это было… правильно.

— Это создаст сложности в разговоре с князем, — мрачно констатировал Ной.

— Твои проблемы, — понизил голос Илья, потому как Ева вышла в коридор, на ходу поправляя распущенные волосы. Выглядела она все еще бледно, но куда более живой, чем в их с Ноем утреннюю встречу. И Ной чувствовал, что сегодня на ней еще не кормился ни один из братьев.

— Привет, — нервно улыбнулась ему девочка, обувая босоножки.

— Ты берешь с собой брата? — не стал скрывать тот недовольства. Ева остановилась, подняла на него обеспокоенный взгляд, посмотрела на Илью. Он весело ей подмигнул:

— Цепной песик должен быть всегда рядом. Не об этом ли говорил Измаил?

— Не надо себя так называть, — обернулась к нему девочка с возмущением, но брат со смехом обхватил ее за плечи и привлек к себе, подавляя легкое сопротивление.

— Как? Ты не хочешь посмотреть на меня в ошейнике?

— Шуточки у тебя, — поморщилась Ева, — дурацкие.

А Ной вдруг поймал себя на мысли, что взгляд Илии чудовищно напоминал в этот момент взгляд князя. Особенно, когда он вот так прижимал к себе свою сестру, склонившись над ней в собственническом жесте.

— Ну, хватит, отпусти! — проворчала Ева, выпутываясь из чужих рук.

— Только в этот раз, — ласково пообещал ей Илья. И в отличие от наивной девчонки Ной слышал в этих словах подступ безумия.

…

В центральную общину, располагавшуюся глубоко под храмом Святого Михаила, вело пять путей. Самый короткий Ева и Илья уже знали: прямой спуск прямо через храм. Четыре остальных находились в разных точках города. И в этот раз Ной воспользовался восточной дверью, что скрывалась под ночным клубом «Зов», принадлежащим вампирам.

Днем клуб был закрыт. Располагался он в старинном здании в три этажа, сохранившем свой изначальный вид с момента постройки: белоснежная побелка, флигели и круглые ниши-медальоны над окнами, украшенные искусной лепниной, портик с коринфскими капителями, декоративный кирпич, в лучших традициях классицизма сочетающийся с гладкими стенами, и черепичная, почти пологая крыша.

Подобных домов здесь, в старой «вампирской» части города, было много. Вампиры ценили старинные вещи и умели их сохранить. Даже вывеска клуба была сделана таким образом, что не бросалась в глаза. «Зов» не нуждался в пестрой рекламе, его и так знали.

— Никогда здесь не была, — зачем-то сказала Ева, с любопытством разглядывая клуб изнутри. В черных и красных тонах, в бесчисленных зеркалах с массивными рамами, мрачными, чугунными люстрами и светильниками — место даже днем производило угнетающее впечатление с привкусом порока и греха.

— У нас строгий контроль, — сообщил человек, что открыл им дверь. — Мы следим, чтобы к нам не пробрались несовершеннолетние.

— Тогда, наверно, я у вас никогда не побываю, — невесело улыбнулась Ева, задумавшись, как такое все-таки может быть, что она больше не повзрослеет. Не изменится. Вообще.

— Побываешь, если хочешь, — утешил ее рядом идущий Илья. — Какая разница, как ты выглядишь, если по паспорту будет восемнадцать? Хотя в тридцатник лучше сделать фальшивый — все равно не поверят.

Ева посмотрела на брата с одобрительной озадаченностью. Вот уж кто не умеет подолгу беспокоиться. Есть проблема — нечего беспокоиться, ее надо просто решить. Не решается — так тем более нечего переживать.

Паспорт сделать фальшивый в тридцать — это ж надо было выдумать. До того времени еще дожить бы как-то.

Еве всегда тяжело давался оптимизм. Потому, наверно, она так хорошо понимала Исаию и так тянулась к Илье. Иногда ничего, кроме веры в лучшее, вам и не нужно.

А глядя в темный проем в полу, у которого стояла парочка вампиров — брат и любимый парень — Ева признавала, что без капельки оптимизма давно бы рехнулась к чертям.

Здесь, как и на главном входе, вниз вела бетонная лестница, подсвечиваемая светодиодной лентой. На некоторых участках лампочки успели перегореть, впрочем, света было вполне достаточно. Потому, наверно, никто и не спешил с заменой.

Ной провел Брянцевых через пять пролетов и два коридора. Эта часть общины была им совершенно незнакома. По дороге то и дело встречались вампиры, вампиры и никого кроме вампиров. И если одни приветствовали Ноя, то многие, казалось, откровенно его игнорировали, если не сказать, нарывались на конфликт.

Вот мужчина с глубоким шрамом под правым глазом при виде Ноя оскалился и проговорил что-то на скандинавском. Ева не поняла ни слова, но тон у вампира источал злую насмешку.

Едва они его миновали, девочка немедленно поинтересовалась, в чем дело.

— У нас гости, — ровно сообщил Ной. Он не стал объяснять, что раньше времени приехала княгиня Мириам со всем своим ближним кругом, явно намериваясь наказать Измаила за смерть своего соглядатая — Вариса. И, разумеется, ее не оставила равнодушной весть о появлении Евы, истинного Источника, тринадцатого во всем мире. Мириам захочет прибрать к рукам столь ценный актив. И потому Ной не понимал, зачем Измаил приказал привести Еву сюда, в восточную часть общины, где расположился двор Мириам и она сама.