Паутина
Шрифт:
Из подъезда вышел человек в гражданке и тоже с папкой в руке. Федор сразу определил – следак. А другой рядом, с тяжелым кейсом, явно был криминалистом. Они негромко о чем-то разговаривали. Наверное, о преступлении. Подошли к милицейскому «Уазику». Сели. И громыхая на всю улицу, «Уазик», покатил догонять «скорую».
И собравшиеся жильцы, удовлетворив свое любопытство, как-то сразу исчезли, оставив Туманова в одиночестве простаивать у подъезда.
Федор хотел закурить, но сигарета тряслась в дрожащих руках, а пламя зажигалки как назло задувало ветром. В конце концов, ему надоело, и он выбросил сигарету. Не хотелось верить, что его Дашки больше нет на этом свете. Все казалось неестественным, нереальным. Весь этот окружающий мир. Да и он сам. Будто его уже нет тут. На минуту он представил ее молодое, красивое тело лежащее на столе в морге и скальпель патологоанатома, безжалостно рассекающий плоть. Теперь, проклинал себя за то, что уехал, оставил ее одну.
Он вошел в кабину лифта и нажал кнопку с цифрой шесть. Прислонившись к исцарапанной какими-то иероглифами стенке, он думал об убийцах. Кому понадобилось убивать Дашу? Неужели, он где-то допустил ошибку. Понадеялся на везение, а за ним элементарно следили. Но как они выбрали момент, что его не оказалось в квартире? Но тут же к нему пришла простая догадка. Убийцы ничего не выбирали. Скорее, наоборот, они искали встречи с ним. И Федора спасла случайность. Зато она не спасла Дашу. И опять почему-то перед глазами предстал стол, а на нем его Дашка. А еще лицо безумца патологоанатома, самодовольно потирающего руки при виде молодой красавицы с простреленной грудью. Конечно, с ней ему гораздо приятней иметь дело, чем с какой-нибудь старухой.
Федору захотелось заплакать. Никогда не сможет простить себе, что не сберег Дашу. Ох, Дашка, Дашка! Ну почему смерть выбрала тебя?
Зажмурившись, он ощущал легкое подрагивание кабины лифта, и хотел теперь одного, чтобы вот так ехать в бездну. И пусть этот лифт никогда не останавливается. Пусть везет его куда угодно, хоть в преисподнюю.
Он открыл глаза и увидел, что дверь открыта, и никуда больше не торопясь, кабина терпеливо поджидает, пока Федор покинет ее нутро.
Все когда-нибудь кончается, и этот его подъем с первого на шестой этаж тоже окончился. Он был обычным. Но по времени он показался Федору неимоверно долгим. Столько всего успел передумать капитан, пока поднимался. О многом пожалел. Но ничего уж не изменишь.
Туманов вздохнул и вышел на площадку. Зачем-то тронул дверь Дашиной квартиры. Она была заперта. Теперь Даша не встретит его.
– Дашка, милая, ну как же это? – шепотом спросил, как будто она была рядом и могла слышать его. Он подошел к двери соседки и нажал на звонок. Услышал поспешные шаги, потом щелчок замка.
– Ой, – соседка, пожилая дама, испуганно уставилась на него. Сначала она хотела тут же закрыть дверь, но, вглядевшись в его слезящиеся глаза, сжалилась. Спросила:
– Что вы хотели, молодой человек?
– Можно войти? – тихо проговорил Федор. Он стоял с низко опущенной головой, словно стыдился укора, что не сумел защитить, уберечь Дашу от смерти.
Женщина ничего, не сказав, широко распахнула перед ним дверь. И только когда он очутился в ее квартире, сказала вздохнув:
– А я думала, милиционер вернулся. Они вот только ушли.
Федор заметил, она старается не встречаться с ним взглядом.
– Нет. Это я, – сказал он и присев на табуретку тут же в прихожей, погладил пушистую собачонку, вертляво крутившуюся под ногами и тихо поскуливающую.
Видно это четвероногое существо по-своему переживало о случившемся, отводя Федору особое место в этой трагедии. И не облаяла его, как это делала с другими.
Дама даже удивилась. Обычно ее четвероногий питомец, защищал хозяйку от чужих громким лаем. Но к Федору отнесся по-доброму.
– Извините, Мария Карповна, – назвал Туманов соседку по имени отчеству, чем немного расположил ее к разговору. – Скажите, как это произошло? С Дашей?.. Может, вы знаете? – Он не настаивал. Просто попросил, пересказать ему все, что произошло у Даши в квартире.
Женщина сцепила пальцы обеих рук и нервно захрустела ими. Так делала всегда, когда сильно волновалась.
– Давеча, когда вы мне попались в подъезде … Мы с Тошкой выходили на прогулку, – назвала она собачку по кличке и впервые осмелилась посмотреть Федору в глаза. – Вы вошли в лифт. А мы из подъезда … Только вышли, а тут молодой человек. Кажется, он за вами шел.
У Федора сжалось сердце. Вот откуда они узнали номер квартиры.
А женщина сбивчиво продолжила:
– Я думала, этот молодой человек имеет какое-то отношение к вам. С хорошей точки зрения, разумеется. Одет он прилично. В дорогой костюм. Белая рубашка. Не похож он на бандита. Как хотите. Не похож.
– Он спросил обо мне? – опередил ее Федор вопросом.
– Да. Он спросил, в какой вы квартире проживаете … Поймите меня правильно. Я уже достаточно пожилая женщина. Я не подумала ничего плохого… О вас. О нем. Мне и в голову не пришло, что за этим может скрываться …
– Почему вы так говорите?
– Так ведь, когда это произошло с Дашей … Он был в квартире у нее. Когда ее убивали, – она хотела еще что-то сказать, но не смогла. Заплакала. Дрожащие руки отчаянно теребили платок, который женщина то и дело подносила к глазам.
– Поймите меня правильно. Я и предположить не могла, что такое может произойти. Как обманчиво впечатление. Как обманчиво, – запричитала она. – А мне ведь он показался вполне интеллигентным человеком. Уж поверьте. Я редко ошибаюсь в людях. И эта манера держаться …
– Извините, но не могли бы вы подробней, насчет его лица, – попросил Федор. Раз она с ним разговаривала, должна запомнить лицо. Времени с момента их встречи прошло мало. Не должна старушка так быстро забыть его. Федор очень рассчитывал на ее память.
– Лицо? Он такой высокий. Повыше вас будет. Худощавый. Лицо? Лицо такое, вытянутое. Это, наверное, так кажется от худобы. И глаза … Вот глаза его мне не понравились. Смотрит на вас, а взгляд так и бегает по сторонам, словно чего-то ищет. Или кого-то.
– А волосы у него длинные? – вдруг спросил Федор, удивив старушку.
– Да. Длинные. И мне еще показалось, он за ними плохо ухаживает. Как будто непромытые они у него. Висят, как солома. Хотя, говорят, это сейчас модно.
Федор вспомнил про бармена. «Высокий. Длинноволосый. Худой. Похоже, это бармен из кафе «Весна». Вот, стало быть, кто меня выследил. Он нарочно рассказал мне про «Уралочку». Чтобы я туда пришел. Я и повелся. Потом они просто вели меня всю дорогу от ресторана до Дашиного дома. А тут им помогла эта старушенция.»