Чтение онлайн

— Да, это написано мною примерно в это время. Тогда в галерее как раз была моя первая выставка. С тех пор я там регулярно выставляюсь.

— В Париже? Но у нас в магазине тоже есть ваши картины.

— Я делаю это только ради Жаклин, и у нее их всего несколько. Большую часть я отсылаю в галерею Роан. Но вы рассказывали о том, что на виду. А мне хочется знать то, о чем обычно не принято говорить.

— Понятно. — Она удивилась своему порыву искренности и поймала себя на мысли, что рассказывать о себе намного легче, чем она думала. — Я не люблю его. Пыталась полюбить, но нас разделяет такая пропасть из-за того, что мы не знаем ничегодруг о друге… То есть, мне кажется, он знает куда больше о моей прошлой жизни, чем говорит, но не могу доказать это, не могу проверить — правда это или ложь. Я это чувствую настолько сильно, что я не могу не верить себе. Но когда он говорит, что любит меня, я верю ему, он очень добр ко мне. Он многое мне разрешает, хотя предпочел бы, чтобы я, скажем, не работала в магазине Жаклин или не училась готовить вместе с Робером…

— А почему бы вам не делать так, как ему хочется?

— Не знаю. Он ведь, с другой стороны, терпеть не может женщин, которые весь день нежатся в шезлонгах, поглощая шоколадные конфеты и мурлыча французские песенки о любви!

Леон рассмеялся.

— Какая очаровательная картина! Он что, сам говорил вам, что этого не хочет?

— Нет, я сама как-то спросила его, не к этому ли он стремится. Ему тоже такой ответ показался забавным, но он так и не сказал мне, что плохого в моей работе в магазине у Жаклин или учебе у Робера. Но ему нравится, что я сейчас что-то переставляю и меняю в доме, что делаю в нем для себя мастерскую.

— Это потому, что, занимаясь этим, вы чувствуете, что вы дома.

— Да. А еще потому… что это крепче меня к нему привязывает.

— А вы что, давали ему повод усомниться в вашей привязанности?

— У него нет никаких поводов считать так. Я ведь никуда от него не могу деться.

Леон еще крепче сжал ее руку. Она покачала головой.

— И меня это угнетает, а не радует. Я обязана ему всем: он спас меня от смерти, дал мне дом, возможность начать сначала полноценную жизнь, подружиться с Робером… Если бы не он, у меня бы ничего не было.

— Но вы же считаете, что он вам лжет.

— Ах… это слишком сильно сказано. Я не знаю. Просто я ни в чем не уверена, живя вместе с Максом. Знаете, он мне нравится, у нас добрые, товарищеские отношения, я всегда могу на него положиться. Когда мне страшно или одиноко, он успокаивает меня! Но в его поведении есть что-то такое, что говорит мне об опасности или об опасных людях… а может, и о том и о другом сразу. Знаю, это звучит глупо, знаю, что он, наверное, удивится, если я скажу ему об этом. Но у меня это ощущение не проходит, хотя я во всем завишу от него.

Она помедлила.

— И я не могу себе представить, что когда-нибудь смогу относиться к нему иначе.

Вместо ответа Леон глубоко вздохнул.

— И что же вы будете делать?

— Не знаю. Думала уйти от него, но слишком многое держит… Я не хочу причинять ему боль, ведь он не сделал ничего плохого. И еще мне страшно. Я ведь так мало знаю, не знаю даже, с чего начать, если останусь одна. Правда, теперь у меня есть работа, и вскоре можно будет подумать об этом более серьезно. Но не сейчас. И вот еще что…

Она посмотрела на их сплетенные пальцы и добавила очень тихо:

— Я не хочу менять свою зависимость от Макса на зависимость от кого-то еще. Одного покровителя на другого.

— Да, пожалуй, не стоит. Вам это действительно ни к чему. Но если мы будем вместе, вдвоем?..

Подняв голову, она посмотрела на него и медленно, лукаво улыбнулась.

— А вы хотите стать моим покровителем?

— Нет. Впрочем, готов им быть, если в этом возникнет необходимость.

Вот это мне нравится, подумала Стефани. Нравится, что он улавливает разницу. Глубоко вздохнув, она устремилась навстречу будущему.

— Я хочу быть вместе с тобой.

— Тогда мы будем вместе. Будем вместе узнавать то, что еще не знаем, и вместе возвращать твою память. — Как торжественно, словно клятва, подумала Стефани, глядя на переплетенные пальцы рук.

Помедлив мгновение, Леон сказал:

— Я уже несколько месяцев живу с одной женщиной. Мы расстанемся, как только я объясню ей все.

— Я не прошу тебя об этом. И я не…

— Ты не собираешься уходить от Макса. Но если бы я стал поддерживать с ней прежние отношения, это было бы некрасиво. Мы не любим друг друга, мы близкие друзья, и я всегда был с ней честен.

— Жаклин то же самое говорила о своем мужчине. Звучит так просто…

Он с любопытством посмотрел на нее.

— А она не сказала тебе, как этого мужчину зовут?

— Нет, она сказала только, что у нее с ним добрые… — Стефани пристально посмотрела на него, и у нее перехватило дыхание. — Нет. Не может быть. Леон, этого не может быть!

— Почему? — тихо ответил он. — Я же говорил тебе, что мои картины оказались в магазине по ее просьбе. Мы уже давно помогаем друг другу. А около года назад у нас в жизни был такой период, когда и ей и мне нужна была товарищеская поддержка. Нам не нужна была любовь, мы нуждались в тепле и утешении, именно это и давали друг другу. Знаешь, она замечательная женщина и очень хороший друг.

— Она и мне стала другом. Она дала мне работу, каждый день учит меня чему-то новому, мы с ней разговариваем… обо всем. Я не могу делать ей больно, причинить ей столько страданий.

— Сабрина, речь идет о моих отношениях с Жаклин, а не о твоих с ней.

— Нет, нет, неужели ты не понимаешь? Я рассказывала ей о Максе, а она — о тебе. Мы сидели и разговаривали, по-женски доверяя друг другу. Она — единственная подруга, которая у меня есть… ну, еще мадам Бессе, но с ней все по-другому… Я не могу только брать и брать, а потом просто украсть у нее человека, который ей нужен…

— Как это ты можешь взять и украсть меня? Я что, серебряная ложка у вас в магазине, которую можно тайком сунуть за пазуху и унести?

Стефани усмехнулась.

— Извини, я не очень удачно выразилась, но…

— А что касается того, насколько я дорог Жаклин, то я знаю, что мы с ней друзья, а не влюбленные. Я ведь говорил тебе об этом. Да и она, судя по всему, тоже.

— Она мне говорила, что вы нужны друг другу.

Он удивленно вскинул брови.

— В самом деле?

— Да.

— Прямо так и сказала?

— Она сказала, что вам хорошо вместе, что вы нужны друг другу, и если завтра вы с ней расстанетесь, ей будет очень тебя недоставать.