Чтение онлайн

— Она произнесла клятву, чтобы помочь мне найти Книгу, — говорю я. — Она связана ею.

Киаран мастер в том, что касается фейрийской полулжи и манипуляции. Он бы убедился, что условия их клятвы настолько прямые, насколько это возможно. Но мне также известно и то, что Сорча будет искать способы повернуть её против меня. Только потому, что фейри не могут лгать, не значит, что они честны, и ограничения клятвы не делают их неспособными к обману. Не встречала никого, кого бы Сорча не предала, даже тех, кого она любит.

Прямо сейчас у нее все преимущества. Она нашла дверь раньше, знает её тайны, видела Морриган. И каким-то образом все ещё жива.

— В моём Дворе мы говорим про таких как она, — Эйтинне издает небольшой смешок, — ты будешь думать, что выиграл сражение, пока не отступишь назад, и она отрежет твои лодыжки прямо под тобой.

— Я могу тебя слышать, — Сорча прижимается ладонями к другой стене. На её губах небольшая улыбка. Ей, похоже, нравится, что такое говорят. Это, вероятно, прямо про нее.

— Можешь? — с лёгкостью спрашивает Эйтинне. — О, хорошо. Теперь, когда у меня есть твое внимание, добавлю, что часто развлекаю себя, представляя, на что это будет похоже, если сбросить тебя с обрыва в море. Кстати, милое платье.

— Для чего ты вообще находишься здесь? — зеленые глаза Сорчи блестят от раздражения. — Кроме того, чтобы быть сумасшедшим маленьким грузом, потерявшей свой разум где-то в недрах Эдинбурга, — улыбка Эйтинне меркнет и Сорча видит это. — Скажи мне, сколько времени заняло у моего брата, чтобы сломать твой рассудок? Как много раз он разбивал твои кости и сжигал твоё тело, прежде чем ты стала такой жалкой? Это заняло сотни лет? Пять сотен? — улыбка Сорчи безжалостна. — Или это слишком много?

Где-то посреди злых вопросов Сорчи глаза Эйтинне становятся пустыми. Мертвыми. Я видела их раньше.

Нежно хватаю её руку.

— Эйтинне, — снова бормочу её имя, пока не вижу проблеска узнавания в её глазах.

— Тебе не стоит беспокоиться, — Сорча говорит мне. — Эйтинне сломлена. Морриган запросто уничтожит ее.

Киаран дёргает Сорчу к себе.

— Достаточно, — есть что-то дикое в его выражении лица, что-то безумное. Что-то темное. — Заговоришь с моей сестрой ещё раз подобным образом, и от следующей пытки, что я придумаю для тебя, ты будешь умолять покончить с нами обоими, — его нож оказывается в руке прежде, чем я успеваю моргнуть. — Возможно, мне следует начать сейчас? Как насчёт одного из этих чудесных зелёных глаз? — он прижимает край лезвия к ее щеке.

Пячусь назад. Его голос неузнаваем. Незнакомый. Этим голосом, как я представляю, могла бы говорить смерть: низкий, опасный голос, от которого мороз пробирает до костей.

Выражение Сорчи не меняется, но маленькая дрожь проходит через её тело.

— Начинай сейчас, Кадамах. Ты произнёс клятву…

— И она не вступит в силу, пока мы не найдём Книгу. Теперь двигайся, — затем он грубо пихает её в сторону.

Сорча только бросает взгляд на Эйтинне, подняв подбородок, и продолжает поиски. Она, может, и искусна в сокрытии того, как себя чувствует, но меня не одурачить. Киаран только что напугал её до чертиков.

Он так же до чертиков напугал и меня.

Пока мы продолжаем идти через коридор, Эйтинне не говорит ни слова. Зачастую её пальцы сжимаются и разжимаются на рукоятке меча; то, что сказала Сорча, добралось до нее. Я наклоняюсь и говорю Эйтинне в ухо, что быть уязвимой не значит, что она сломлена. Рука Эйтинне хватает мою, сжимая от понимания. Лоннрах пытался разрушить нас обеих.

Спустя некоторое время Сорча снова останавливается, кончики пальцев скользят по стенам. Ощущаю её силу в воздухе, только на мгновение, прежде чем она отходит снова с тихим, досадным ругательством.

— Если ты находила дверь ещё до того, как этот замок существовал, почему мы ищем сейчас в нем? — спрашиваю я.

— Когда Лоннрах в первый раз нашёл для меня тюрьму Морриган, — говорит Сорча, — она находилась в S`ith — bhr`uth. А раз уж S`ith — bhr`uth стерся практически ни во что, нам нужно искать её здесь. Пользуюсь кристаллом, чтобы направить свои силы, но чертова дверь двигается.

— Двигается? — спрашиваю я скептически.

— Почему, как ты думаешь, мне пришлось просить своего брата помочь мне в первый раз? — теперь она звучит раздраженной. — Раз уж это требует нашей крови, то было проще сделать это нам двоим.

— Или для того, чтобы найти ее, требуется кто-то с навыками помимо ухищрений и предательства, — бормочет Эйтинне, звуча больше как прежняя она.

Сорча выбрасывает руку вперед, и я ощущаю, как её сила растет. В мгновение перед тем, как она ударяет, Эйтинне вскидывает свою руку и разрывает силу Сорчи так легко, как будто отрывает кусочек бумаги.

— Не позорься, — говорит Эйтинне с милой улыбкой. — Я, может, и сломлена, но, если захочу, могу заставить твоё сердце взорваться у тебя в груди.

С рычанием Сорча поворачивает в другой длинный коридор. Она вытягивает руки, кончики пальцев проходят по каменным стенам, и я снова могу чувствовать её силу в воздухе. На вкус, как железо, и имеет наждачную текстуру, грубую, как пемза.

Она прижимает ладони к стене, ее лицо — маска сосредоточенности.

— Дверь существует между нашими мирами, — бормочет она. — В правильном месте я могу вызвать ее, точно так же, как мы путешествует между этим миром и S`ith — bhr`uth.

— Почему ты не нашла Книгу? — спрашиваю я. — Если ты так сильно её хотела, что заставило тебя уйти прочь?

Почему ты сдалась в попытке покончить с проклятием и спасти его? Если ты любила его так сильно…

Когда Сорча бросает на меня взгляд остекленевшими глазами, её сила все ещё ищет.

— В этом ты ошибаешься, Охотница. Я не ушла прочь; я упала на колени и уползла. Со своей жизнью.

Её брови пересекает морщинка, и она делает несколько шагов от нас. Затем резко останавливается, её голова дергается влево. Она пялится на стену, как будто видит что-то, чего остальные — нет.

Тянусь туда своими силами и ощущаю там тень… чего-то. Но она такая лёгкая, что я не могу разобрать. Сила, но только крошечный проблеск ее… Столь же слабый, как дуновение вереска в воздухе.

— Кадамах, — говорит Сорча низким голосом. — Дай мне свой клинок. Быстро.

Прежде чем я успеваю возразить тому, чтобы Сорча владела чем-то острым, Киаран вытаскивает нож из ножен на своём запястье и передаёт ей рукояткой вперед. Без каких либо объяснений и не мешкая, Сорча скользит оружием по обеим ладонями в два быстрых взмаха. Затем передаёт лезвие обратно и размазывает свою кровь по обсидиановой стене.