Чтение онлайн

И моря с океанами, и ветры с дождями, и цветы. Была и разумная жизнь.

Маленькие существа на второй планете уже подобрались к главным тайнам мироздания, но в социальном устройстве их мира что-то было не так, да впрочем, как и во всей вселенной. Нейтринные потоки других звезд пронзали планету насквозь, все, абсолютно все ей рассказывая.

Судьба любого из существ, живших на планете, ей просто не интересна, ведь ее долг дать жизни возможность, шанс, а уж живущие на планете сами должны бороться за свое выживание. Она знала, что ее обожествляют на планете, но для нее это не имело значения. Хотя, их культурой и науками она интересовалась, но было что-то вроде запрета, табу на вмешательство в жизнь другого разума. В их войны, интриги, науку, превозносимую выше всего любовь, коварство и предательство. Чисто этический запрет, которого она всегда придерживалась, с того самого мгновения, когда осознала себя.

Правила, уставы, кодексы и законы и написаны, и напечатаны, и выбиты в камне, и отлиты в металле лишь для того, чтобы их беспрекословно соблюдать, придерживаться, блюсти, охранять, строго следовать им и подчиняться.

Или, наплевав абсолютно на всё, забыть о них.

Что-то грустной, щемящей нотой тронуло ее чувственные струны, сумеречной серенадой межгалактического ветра внесло диссонанс в мириады ее мыслей.

Что-то, что-то, что? Ах, вот ...

Вихрь на пол вселенной, а в нем крошечная пылинка-былинка, детеныш человека, ребенок, девочка.

Пылинка, попавшая на контакты реле управляющего миллиардами тонн, градусов, течений и потоков излучения звездного организма.

Молитв она слышала немало, и никогда не обращала на них внимания, но...

Легкая ее длань простерлась над головкой молящегося ребенка, она даже слегка коснулась ее волос. Она не могла остаться в стороне и знала, как обходить даже мировые константы. А уж законы этики? Запреты? Это табу?!

Найти причину бед молящейся девочки не составило труда.
– Конечно, она не судья.

Но иногда и звездам бывает одиноко и грустно. Ей захотелось помочь этой меленькой частичке живой плоти. Не только устранить причину.
– Воздать должное?

– Да! Без всякого сомнения! Тем более, казалось - само сущее будто было не против ее желания помочь ребенку, и не возражало, и она это явно чувствовала.

– Тринадцать тысяч двести тридцать два цикла второй планеты - ровно столько пройдет времени, прежде чем ее лучи долетят до старинной приятельницы - заканчивающей свой век большой красной звезды. Недолгий разговор с несколькими старинными подругами.

– Они заберут часть энергии у красной звезды, для них это не составит труда, и тогда ...

Корабли зависли над планетой. Весь огромный флот республики на орбите далекой и никому не нужной планеты. Редкая атмосфера, скалы, ущелья. Черно-красно-коричневая поверхность. Ветер жидкой атмосферы гонит песчинки по горам и плоскогорьям. Унылая планета. Давно кто-то построил большую станцию, хорошо укрепленную крепость. Потом, тоже очень давно, кто-то уже другой, вывез все ценное.

И ученым, после долгого и кропотливого изучения не удалось узнать, кем и зачем все это было построено? Ни оставшаяся мебель, ни системы жизнеобеспечения, ни сами помещения не были предназначены для существ, даже отдаленно схожих с человеком. Какими были создатели твердыни, откуда пришли и куда ушли, узнать не удалось. Мало того, некоторые из охранных систем до сих пор, спустя тысячелетия, все еще работали. Построено на века, если бы не реденькая атмосфера. Конструкции крепости были в оспинах и громадных метеоритных фурункулах-кратерах, уже давно. Этот сектор, в стратегическом плане, не представлял для республики никакого интереса. И свежим президентским указом планету разрешено было уничтожить. Испытать эффективность оружия новых кораблей. Впервые ученым и инженерам удалось соединить пиковые импульсы главного калибра линкоров. По расчетам, такой импульс должен развалить планету на сотню астероидов.

Весомый аргумент в любой войне, тем более, в планах республики конца войнам не видно. Верфи работали, училища готовили офицеров, женщины рожали солдат, республика была на вершине могущества.

Аккредитованные журналисты вели прямые репортажи с кораблей эскадры.

При линкорах, при каждой из ударных групп, корветы были посыльными кораблями, и в реальных битвах и боях никогда не участвовали, сейчас же шанс показать себя появился и у них. Тем более на близком расстоянии, как сейчас - в семидесяти километрах над поверхностью планеты!

Пара корветов скользнула вниз, ярко вспыхнули энерговыводы орудий, яркие белые лучи ударили в отдельно стоящий форт. Броневые плиты и большие осколки отбросило за сотни метров от стен бастиона. Слабый ветер унес облако поднятой пыли и дыма. На экранах было четко видно - повреждения серьезные, но далеко не смертельные. Стационарные орудия форта не позволили бы опуститься любому кораблю ниже ста двадцати километров, так что в споре с крепостью орудия корвета не были серьезным аргументом.

Орудия эсминца - почти крейсерские, слабее защитные поля, но зато намного выше маневренность. Именно они, рабочие лошадки флота, отработанная во многих проектах конструкция, впитавшая последние достижения науки и технологии. Хотя они и не могли брать на борт десант, при их появлении на орбите планеты трепетали.

Эсминцы - четверка, попробовали дать залп с двухсот километров, по тому самому форту. Не сорвало даже остатки бронеплит, хотя на месте сорванных ранее бетон оплавился, горела арматура, вокруг, в сотне метров, бугрилась багровыми пузырями порода, но форт выстоял. Не было военных планов, по которым кораблям первого ранга атакующего флота разрешалось бы опускаться ниже ста двадцати километров. Приказ, и четверка терминаторов ушла на высокие орбиты.

Вниз нырнули несколько крейсеров. Защита крейсеров мощнее, они снизились до ста восьмидесяти километров, и каждый влепил незаслуженную пощечину тому же битому форту. Все встало на дыбы, капониры подбросило вверх, адский огонь бурлил под ними, вверх были подброшены огромные сгустки кипящей породы, куски форта и остатки оборудования. Но барбеты, прикрытые бронеплитами, устояли. Они высились неприступной твердыней над кипящей и булькающей адским варевом породой.

Крейсера отозвали. С рыбьей грациозностью они скользнули наверх.

До двухсот километров упали несколько линкоров. Сила и мощь. Красавцы. Новые. Отражая кровавый свет звезды, они сияют как сотня солнц.

Отъехали в сторону бронеплиты, прикрывающие орудийные порты. Десятки миллиардов глаз замерли в ожидании колоссального выброса энергии.

Изменения в окружающем флот пространстве зарегистрировали приборы всех кораблей.

Но в такой момент вряд ли кто осмелится доложить командованию о происходящем. Навигаторы все видели. Со старушкой звездой что-то не так. Она сильно больна.