Печаль моя светла
Шрифт:
– И где этот Степан? – спросила Вика, надеясь по внешнему виду оценить степень его корысти.
– Да за Розой весь день увивался. С ней пошел. А вон он, назад уже бежит, – указала рукой Маша.
Молодой человек крепкого телосложения, который оказался Степаном, внуком Федора Григорьевича, и который вызвался вместе с Розой сходить за Зинаидой Борисовной, возвращался сейчас мелкой рысцой. Лицо его было растерянным и немного удивленным. Розы с ним не было.
– А она это… того, – он подбежал ко всем и никак не мог отдышаться и подобрать слова. – Мертвая она… эта ваша… Зинаида Борисовна.
***
Январь сорок третьего выдался стылым, но не шибко морозным, и снега сыпалось не много.
– Это рази морозы? То ли дело прошлый год, – говаривал бывалый вояка Архип, закуривая самокрутку и щуря глаз от едкого дыма. – Во морозы были, так морозы. Птицы на лету замерзали и наземь валились замертво. – Я знаю, о чем говорю, те суровые морозы я на собственной шкуре прочувствовал.
Он протянул Федьке тыльную сторону ладони, кожа которой была покрыта шрамами и рубцами.
Конец ознакомительного фрагмента.