Чтение онлайн

Заметив меня, он тут же умолк. И уставился по-детски смешно, нахмурив белесые брови.

– А-а, приперлись господин-хороший. Я уж надеялся, что вы того - померли от непомерной жадности. Нате вот, держите.

Я молча посмотрел на протянутую газету.

– Не надо? А чего тогда голову морочите честным людям? Шли куда-то, ну вот и идите своей дорогою.

– Денег заработать хочешь?

Мальчишка принялся изучать меня. Долго присматривался, пока не пришел к одному ему известному выводу. Потрескавшиеся губы исказила ехидная улыбка:

– Из глиномесов будете?

– С чего это? – удивился я. Сроду Сигу из Ровенска за гончарных дел мастера не принимали. Все больше за ворье, коим по факту и являлся.

– Уж больно вы мутным выглядите, господин-хороший. Все ходите, чего-то вынюхиваете. Так вот знайте – я не по этим делам. Если покуражиться надо, то тогда вам прямая дорога в бордель. Здесь ловить нечего, а станете приставать – мигом старших свистну. И тогда…

Я не выдержал и отвесил звонкий подзатыльник. Покрытая светлыми волосами голова мотнулась в сторону, будто спелый цветок подсолнуха на тонком стебле. Большие глаза испуганно уставились на меня.

– Больно много болтаешь, щегол.

– Я не щегол, - произнес тот с затаённой обидой. Пальцы принялись теребить волосы на отбитом участке.

– До другой птицы пока не дорос… Тебе деньги нужны или будешь обиженного строить?

– Вы толком скажите, чего делать.

– Ничего сложного, - успокоил я пацана. – Плачу сто кредитов за информацию о местонахождении экипажа «Оливковой ветви». Слышал про такое?

Мальчишка на миг задумался.

– Это название судна со старого континента, которое на днях в порту арестовали.

– Верно.

– А капитана ихнего посадили.

– Мне не капитан нужен, а простые матросы. Уверен, что сидят они по кабакам и пропивают последние кроны. Вот только найти их в большом городе сложно.

– Так зачем в городе искать, в порту они. Куда еще матросне податься, особенно если не местные - со старого континента.

– Вот и займись делом - поспрашивай у своих, разузнай, а я за оплатой не постою.

Пацаненок на миг задумался:

– Маловато будет сто кредитов. Придется с другими делиться.

– Слышь, щегол, я что - похож на человека, которого заботят чужие проблемы? Мое дело предложить работу, а уж как будешь крутиться – дело десятое. Хочешь - других привлекай, хочешь – сам по кабакам бегай.

– Тогда аванс заплатите. С вас пятьдесят кредитов, – узкая ладонь вытянулась ко мне в ожидании.

– Щегол, ты часом не оборзел? Сначала информация, потом деньги.

– А вдруг обманите?

– Из нас двоих ловчил только ты. Или забыл, как попытался кинуть со сдачей?

– Ничего я не ловчил, - протянутая ладонь, не получив желаемого, скрылась в широком рукаве.

– Слышь, щегол, ты эти сказки другим рассказывай. Не удивлюсь, если ваш брат половину заработка делает на обмане. Так что, будем сделку заключать или мне других поискать, посговорчивее.

Пацан посопел-посопел, да и согласился.

– Будь по-вашему. Только чур цену не снижать за количество найденных матросов.

– Ты хотя бы одного сыщи, - ответил я, понимая, что там, где - один, будут и остальные.

Распрощавшись с нахальным пацаненком, перешел на другую сторону улицы и направился прямиком к уродливому зданию с узкими окнами-бойницами. Доходной дом меня заботил мало, в отличии от спрятавшегося в проулке игорного заведения.

Узкий пятачок, окруженный стенами, и прочная дверь из ясеня. Над входом горела знакомая вывеска: девица с татуировкой на обнаженном плечике в виде ромба – «Дама Бубей».

Откликнувшаяся на звонок охрана пропустила внутрь, а дежурно улыбающийся служка поинтересовался:

– Впервые у нас?

– Нет, я был на днях… барон Дудиков моя фамилия.

Портье сверился с записями и после небольшой заминки, вновь улыбнулся:

– Господин барон, вам открыт доступ во второй зал со ставками свыше тысячи кредитов. Желаете начать игру?

– Не надо новой залы… Меня старая вполне устраивает, - я полез в карман за наличностью, но был остановлен.

– Для уважаемых гостей господина Моретти входной таксы не существует.

– А как же без фишек играть буду?

– Не волнуйтесь, вам всё выдадут в качестве бонуса от заведения.

Служка не обманул: спустя минуту в моем распоряжении оказались две коробочки, внутри каждой набор из ста фишек. До чего же приятная тяжесть. После улаженных формальностей охранник проводил в уже ставшую привычной подвальную залу: голые стены без окон, светильники на низком потолке.

Из восьми столов половина пустовала, видимо сказывался ранний час. Игроки лениво, без особого азарта перекидывались картами. Меня подсадили к двум старичкам и одному весьма тучному господину, потевшему то ли от избытка веса, то ли от недостатка свежего воздуха.

Я с ходу взял две партии, а потом волшебная птица Хумай неведомо за что обиделась и пошла у Сиги из Ровенска черная полоса неудач. А может виной всему внутреннее волнение. Мне никак не удавалось нащупать струны игры, впав в особое состояние магического транса. Потому за без малого час умудрился спустить большую часть фишек. Ладно хоть не из личного кармана. Я уже собирался поставить на кон последнее и закончить на сегодня с покером, когда ко мне подошли.

– Господин барон, с вами готовы встретиться.

Вот оно и случилось - то, ради чего пришел и одновременно боялся.

Я извинился перед соседями за ту поспешность, с коей был вынужден закончить партию. Поднялся из-за стола и в сопровождении служки направился в сторону кабинета владельца. У дверей нас встретила уже знакомая парочка поджарых охранников – тех самых, похожих на церковных псов. Они ловко обыскали меня, только после этого позволив войти.

Господин Матео Моретти устал. Нет, он по-прежнему выглядел безупречно: темно-бархатный жилет без единой пылинки, идеально выглаженная сорочка. Цвет лица ровный и свежий, без помятостей, свойственных страдающему от недосыпа человеку, но вот движения… Движения выдавали всё. Складывалось ощущение, что хозяина кабинета поместили в гигантский аквариум под толщу воды. Уж слишком заторможенным он выглядел.

А еще письменный стол владельца, склонного к акуратизму. Прошлый раз он удивил чистотой и порядком, сейчас же на поверхности царил истинный хаос: гора сваленных в кучу папок, письменные принадлежности разбросаны, в дальнем углу нашла приют грязная коробка со следами потеков.

– Господин барон, признаться, не ожидал вас увидеть столь скоро, - внимательные черные глаза уставились на меня.

– Да какой к шантру я барон.

– Нет уж, любезный вы наш, раз уж примерили чужую шкуру, будьте добры соответствовать. И я стану Алексом величать, уж не обессудьте… Так чем могу помочь, господин барон?