Чтение онлайн

– Входи

– Ой госпожа, простите меня. – девушка опустилась передо мной.

– Поднимись и представься- спокойно сказала я. Лица её видно не было в полутьме, но она была мне смутно знакома. Она подняла голову и я выдохнула.

– Лияна, Лия! – я порывисто обняла её.

– Да госпожа. Это я.

– Как я рада тебя видеть. После долгих объятий и разговоров со слезами, девушка помогла мне искупаться и принесла поздний ужин. Во время долгого и обстоятельного разговора я узнавала всё, что пропустила за пять лет. Брат приезжал редко. Раз в год на пять дней. Граф имел кучу любовниц , но была и одна постоянная, экономна Руэлла. Вела она себя в замке словно хозяйка и все слуги подчинялись ей. Состояние родительское мой опекун вроде не промотал. Однако граф Ронэ ведет довольно разгульный образ жизни. В общем сплетен хоть отбавляй. После сытного ужина, я наконец уснула. Дома. В своей спальне. На своей постели. Впервые за пять лет.

Настоящее время

– Амелия! я вижу ты уже проснулась. Это очень своевременно. Приведи себя в порядок и спускайся в малую столовую. У меня для тебя новость. И к тому же очень хорошая. Так, что не заставляй меня ждать.

Опекун вышел, недожавшись моего ответа. При этом я видела его хищную улыбку. Что тут сказать? Ожидать действительно хороших новостей мне не придется. Как будто и не было этих пяти лет моего отсутствия в доме. Стало обидно, словно я пустое место и моё мнение тут явно никому не нужно. Хоть бы как дела у племянницы спросил. Через минуту вошла моя горничная Лияна и с поклоном произнесла.

– Светлого и счастливого дня вам. Госпожа какие указания будут?

– И тебе светлого дня Лияна. Помоги мне одеться. Платье подготовь песочного цвета с вышивкой в виде птицы на корсаже.

Я его вчера первым вытащила. Войдя в купальню, я осмотрела себя в зеркале пристально. На лице с правильными чертами явно проглядывало беспокойство. Глаза ярко синие, большие, обрамленные каштановыми, пушистыми ресницами блестели, как у больного из-за тревоги. Кожа на лице и теле будто алебастровая. Губы нежного персикового оттенка. Как у капризного ребенка, детская пухлость губ не оставила меня и в юности. Верхняя губа была чуть пухлее нижней и с манящим изгибом. Волосы каштановые чуть с рыжинкой вились крупными кольцами до бедер. Тело с красивым изгибом между талией и бедрами. Это наследие моей матери, она щедро одарила меня. И выпуклости были на месте. Глядя на себя в зеркало, я печалилась только о своём росте, он был довольно небольшим. Когда я была в возрасте четырнадцати лет. Я хотела быть не столь угловатой, а теперь мне роста не хватало, для моего представления идеала себя. В целом довольно красива. Я прекрасно знала, что после первого совершеннолетия моя внешность может измениться. Произойдет это в том случае, если магия во мне откликнется. Но этого скорее всего не случится . Ни одного признака пока не было. Совершеннолетие мое не за горами. А именно –завтра. Два этапа взросления – это дань традициям и магии. В восемнадцать тело считается достаточно зрелым для процветания и роста магии в нем. Именно с этого возраста семьи юных, потенциальных магов начинают договариваться о брачных союзах. Чаще всего -это знать. Потому, как в какой знатный род не плюнь – везде были отмеченные магией. И даже если она у тебя не проявится – то ты передашь возможность магичить своим детям. С этого же возраста можно поступать учиться в Императорскую академию магии либо в военную академию на магический факультет. Но это только в том случае, если тебя не успели замуж выдать и твои родители достаточно лояльны. Потому как среди магов нравы были в общем довольно свободные. Если повезло, и муж разрешит учится – да на такого супруга молиться нужно! А он скорее всего руки себе откусит, но не отпустит, потому как, если магесса начала учиться и закончит своё обучение до конца –она свободна. Образованная магиня по великому своду законов может подать императору прошение об отмене всех обязательств, и оно будет удовлетворено. Вот такая несправедливость. Успела поступить прежде чем на тебе ярмо брака застегнули – молодец. А нет- терпи до скончания времен. Развод практически не практикуется. Всего четыре обоснованных причины. Бесплодие в течении двадцати пяти лет брака, Сумасшествие одного из супругов, доказанное четырьмя свидетелями. Либо брачный договор подписанный родными и вступивший в силу до того, как случился нынешний брак и при условии, что он не был подтвержден страстью в кровати. И конечно по указу императора. Так что никакие огрехи семейной жизни, измены и не сошлись характерами не причина для развода. Второе совершеннолетие наступает в двадцать лет и человек с этого момента считается вышедшим полностью из детского возраста. Может вступать в брак по своему желанию. Учиться и распоряжаться движимым и недвижимым имуществом. Из вышеизложенного становиться понятно, что не о какой свободе выбора в отношении меня, речи нет. Я вздохнула и с печальными мыслями начала умываться. Затем после необходимых утренних процедур вышла в комнату, где меня уже ожидала Лияна. Заплетая мои волосы в тугие косы, она молчала. Я тоже не горела желанием вступать в разговор. Так почти в полном безмолвии служанка зашнуровала корсет и помогла мне с платьем. После чего исполнив книксен, удалилась из моей комнаты. Я еще раз бросила взгляд на себя в зеркало, удовлетворившись своим аккуратным видом поднялась и вышла в неизвестность. По пути в малую столовую я разглядывала картины, а также портреты моих предков. Висевшие в богатых, отделанных золотом рамах, они напоминали мне о моём наследии. Напоминали о величии и силе моего рода. Идя по коридорам, я заметила, что мне никто не встретился на пути. Это было странно, как будто всех слуг где-то заперли. Или они просто испарились. В замке была практически идеальная тишина. Каждую минуту каждого дня в замке что-то происходило. Сновали слуги, из окон слышны топот и ржание лошадей и разговоры людей, а тут всё стихло, как перед бурей.

Дойдя до своей цели, я отрыла дверь и тихо вошла в столовую. Но- то, что произойдет в ней, оставит след в моей душе на довольно долгий период.

Передо мной была следующая картина – мой дорогой, и распрекрасный дядюшка Арен стоял возле стола спустив штаны до лодыжек, а наша экономка, сидевшая на коленях споро, заглатывала его естество смачно причмокивая и мыча. Глаза Арена Ронэ закатились от удовольствия, и он не-то стонал, не – то рычал. При этом удерживая с силой голову девушки. Слюна стекала по её губам и подбородку. Каждое её движение сопровождалось шумным дыханием. Парочка так была увлечена своим занятием, что не заметила ни открывание двери, ни меня. Я тихо вышла и закрыла за собой дверь. Прислонившись к ней спиной выдохнула. Да, теперь некоторые моменты для меня стали понятными и очевидными. Наша экономка была замужем за дворецким, и я не раз слушала, как она запевает о своей неземной любви к мужу, кухаркам и горничным. Затем я видела, как у нее появляются вещи не свойственные её достатку и положению. Жалование дворецкого и экономки было отнюдь не скромным в нашем доме, однако позволить себе нефритовые гребни, серьги из лунного жемчуга и прочие украшения она явно не могла. На моё детское внимание к этим красивым вещицам женского обаяния и красоты Руэлла отвечала, дескать в наследство получила. Вещицы эти были достойны для украшения головы аристократки рангом не ниже баронессы, а мне доподлинно известно, в роду нашей экономки таких не было. Сама девушка была красива. Черные как уголь волосы и глаза. Фигура с изгибами скрипки и пышная грудь. Ростом не обделена. И на язык остра , как сабля. Экономка была старше меня на десять или двенадцать лет. Красоты своей с возрастом она явно не потеряла, чем очевидно и пользовалась во всю ей доступную силу.

Пока я размышляла, идя по проходу к саду позади себя услышала оклик Руэллы

– Амелия! Граф ожидает тебя в столовой, поторопись! Ехидно возвестила экономка. Вот нахалка, подумала я и посмотрев на нее строго, ответила ей

– Ты забываешься кто из нас герцогиня! Поравнявшись с ней шепнула ей на ухо – я знаю, чем ты расплачиваешься за безделушки с моим, и слово моим я выделила интонацией, дядей. Не думаю, что, когда твой драгоценный супруг узнает об этом, твоё лицо будет так же победно сиять.

– Ты всего лишь обуза для Арена, мелюзга, а я хозяйка его сердца. Да и к тому же скоро тебя тут не будет. Так что проживи последние дни в спокойствии, пока можешь. Я так уж и быть позабочусь о твоём брате, когда он прибудет сюда. Она быстро ушла. А я осталась стоять и думать, что это было? Наглая экономка возомнила себя фавориткой графа или того хуже хозяйкой Моего дома? Или расположение Графа Арена так ударило ей в голову, что она забыла и о супруге, и о своем статусе прислуги.

Войдя обратно в столовую обнаружила родственника чинно сидящим за столом, внешний вид его ни намеком не выдал того, что творилось в этой комнате пятнадцатью минутами ранее. Как и подобает благородному человеку, воспитанному в лучших традициях аристократии он встал, и подойдя к противоположному краю стола самостоятельно отодвинул для меня резной стул. Слуг не было, а это значит мой дорогой дядюшка Арен задумал нечто интригующее и в это утро решил обойтись без слуг. Значит разговор тет – а – тет, ему очень нужен. Что же послушать его речи мне всё ровно придется. Главное понять истинную задумку моего опекуна. потому как он мягко стелет – да спать очень жестко.

Граф Арен Ронэ сел обратно на свое место, притянул к себе чашку с кофе и с нарочито радостно-пафосным тоном возвестил:

– Амелия Катрина Дальхейм – Ронэ! Герцогиня Кавенгерская, Графиня Иствонская. Баронесса Альшен! Я на правах твоего ближайшего родственника и опекуна решил озаботиться о твоем благополучии, будущем и семейном счастье. Я нашел для тебя прекрасную партию. Очень достойного мужа. – Тоном чуть спокойнее сказал опекун. – Этот человек бесспорно сможет составить твое счастье, а также позаботиться о тебе и ваших будущих детях!

Слушая хвалебные дифирамбы моему будущему супругу я в душе умирала. С первых слов дяди я поняла, что жизнь моя идет в клетку, которую безжалостно и бескомпромиссно соорудил мой ближайший родственник и опекун в одном лице.

– Этот мужчина прославлен своими поступками и честью не только на поле боя, но и в дипломатических сражениях. Он очень богат и родовит. Дядя продолжал распинаться перед мной, как глашатай на улицах.

– Он уже не молод по твоим меркам Амелия, но я думаю, что это к лучшему. Каждая благородная леди мечтала бы заполучить его. А тебе и пальцем пошевелить не пришлось. Помни мою доброту и щедрость в твоём отношении. Я пообещал твоему будущему супругу, что дам за тебя солидное приданное, а также он сам изъявил желание, лично сообщить тебе об этой радостной новости. Я уверил его о твоём полном согласии, думаю ты рада этому. Не так ли милая?

Дядя Арен посмотрел на меня из-подо лба. Я сидела, как громом поражённая, эта новость пришпилила меня к стулу, словно бабочку иглой к холсту. Мысли разбежались. Ни слова я сказать не могла. Губы слиплись.

– Сколько ему лет? И кто он такой? – сиплым голосом, как у простуженной, тихо-тихо спросила я. Дядя услышал даже с расстояния длинны стола, разделяющего нас. Отпив из чашки , он встал, подошел ко мне. Вытащив соседний стул, он приставил его к моему очень близко, сел и спокойно сказал., – Твой супруг не стар. Кто он такой, я сказать не могу, но завтра во время маскарада ты познакомишься с ним лично и примешь его предложение. – Последние слова дядюшка произнес с нажимом.

– К тому же я дал не простую клятву о брачных обязательствах моего рода перед ним, а магическую. После этих слов я подскочила, опрокинув посуду с края стола. Скатерть зацепившись за родовой браслет потянулась в след за моей рукой. Все блюда и приборы, которые были на пути к падению- посыпались со звоном на пол.

– Как ты мог дядя?! Без моего согласия замуж меня выдать? А вдруг мы не понравимся друг-другу? Может он страшный, как демон или жестокий? Моё возмущение и страх вырывались из меня, будто залпы из пушки. Тяжелая рука схватила меня за горло и с большой силой заставила опуститься на стул. Я села и закрыла глаза.

– А теперь послушай меня милая племянница. Не смей раскрывать свой прекрасный ротик. Ты сделаешь, как я сказал. Выйдешь замуж за того, за кого я скажу. Граф опустил голову к моему уху не переставая держать меня за горло и с напором продолжил.

– Ты очень юна и не понимаешь какую выгоду нашей семье принесет это союз. Глупая девочка! Все уже решено и с последним ударом колокола на башне, завтра ночью на тебе уже будет родовая метка о помолвке. А тебе уже официально будет восемнадцать. Будешь противиться, и я запру тебя до свадьбы в твоей уютной комнатке, или в подвале. Всё будет зависеть от твоего поведения. А теперь молча встала и вышла. Завтрак тебе принесут в комнату. Завтра вечером ты должна выглядеть, как молодая привлекательная женщина, так что платье я тебе уже приготовил. И только попробуй не быть в нем.