Чтение онлайн

Я немного помедлила. Внимание Джереми и Алекса было обращено исключительно на меня.

– За выступление ты мне заплатишь, - я сделала паузу, - тысячу долларов.

– Что?!
– выкрикнули они одновременно. После чего Алекс засмеялся, а Джереми замер.

Я молча ждала. В моих глазах был вызов. И Джереми видел его.

Да, я очень изменилась. Если бы не угрозы отца, я бы не стала ставить это условие. Но мне скоро пригодятся деньги. И я не собиралась втихую снимать их с карты родителей. Пусть они думают, что загнали меня в угол.

– Не многовато ли?
– Джереми вышел из ступора.

– Нет, я пела здесь три года абсолютно бесплатно, обогащая твой счет. Но времена меняются. И если не хочешь, то я пошла отсюда. Тебе придется самому объяснять присутствующим, почему я не вышла на сцену.

Джереми заскрежетал зубами. Я прекрасно понимала, и он тоже, что выхода у него нет.

– А ты мне очень даже нравишься, детка, - Алекс поддался ко мне.
– Может, уединимся где-нибудь на пару минут?

Он дотронулся до моей руки. Я отдернула ее, стараясь сдерживать свое отвращение и гнев. Я до сих пор содрогалась, вспоминая его приставания на танцполе.

– Даже не думай, - оскалилась я.
– Джереми, держи своего брата подальше от меня.

Я еще помню, как он говорил, что это именно я пристаю к нему.

Джереми зло посмотрел на Алекса. Тот поднял руки, типа, сдаюсь.

– Ну, так что решили?
– Я пальчиком обвела толпу.
– Платишь? Или я пошла домой?

– Хорошо, - капитулировал Джереми.

– Ну и ладненько.
– Я хлопнула в ладоши, как это делает Яна. Чёрт, я начала перенимать ее слова и поведение.
– Только деньги вперед.

Алекс опять прыснул. Джереми покраснел еще больше. Но все-таки кивнул Алексу. Тот вытащил из-под барной стойки десять купюр по сто долларов. Я свернула их и положила в свой маленький черненький рюкзачок с шипами, что висел у меня на плече.

– Ну, вот и все. Пошли на сцену!
– Мое настроение сразу поднялось. Хотя бы немного денег на всякий случай у меня есть.

Я вышла на сцену, уверенно шагая. Вокруг царил полумрак, но я всех вижу, и меня тоже все видят. На сцене стоял стул. Я залезла на него, удобно откинувшись на спинку.

– Всем здравствуйте, - сказала я в микрофон, проверяя звук. Все в норме.
– Давайте начнем.

Такого я еще не испытывала. Я не пряталась, была сама собой. Пела, получая нереальное удовольствие. И людям это нравилось. Им нравилось слушать именно меня - Жаклин Томсон - а не тень.

Началось все с песни Miley Cyrus - Wrecking Ball - тенденции не меняются. Люди выпивают, раны дают о себе знать. Они заказывают душещипательные песни и плачут, слушая их. После чего им реально становится легче.

Или же такую, под которую можно танцевать. Но танцуют сейчас в основном под клубные миксы, поэтому таких песен немного. Именно в этом и прелесть бара «Только пьяные». Ты можешь услышать живое выступление, не клубные миксы, и при этом сам выбираешь плейлист.

Песни The Pretty Reckless сегодня были очень популярны. Я спела «Kill Me», «Just Tonight» и, конечно же, «My Medicine». Также Nikelback: «Far Away», «If Today Was Your Last Day», «Lullaby».

Я также исполнила Ben Cocks - So Cold. Слова этой песни эхом отражались в моем сердце.

– Из-за тебя мое сердце истекает кровью,

Ты все еще должен мне причину,

Я не могу понять, почему...

Я уже не могла сидеть на стуле. Я ходила туда-сюда, воспроизводя одну песню за другой. Далее была группа Skillet. «Awake and Alive», «Comatose». Услышал мелодию «Lucy». Я сделала глубокий вдох. Эта песня всегда отзывалась болью. Я даже иногда плачу, когда пою её.

Я подошла ближе к краю, посмотрела на зрителей. Одни стояли с бутылками у небольших столиков, другие сидели на диванчиках, третьи раскачивались под песни возле сцены. Я знала, что меня слушают все. Я хотела увидеть Николаса. Но со сцены не могла разглядеть всех.

Я села на край сцены и свесила ноги. Не знаю, как я решилась на такой шаг. Но мне захотелось петь рядом со зрителями. И я не пожалела. Они пели вместе со мной. Я слышала их. Некоторые уже ревели. Я пела:

– Когда прошло все,

Хочу обнять вновь...

Я б отдал весь этот мир,

Чтоб блеск увидеть мне сейчас в глазах твоих.

Слишком эмоциональная песня. Я смахнула слезы с глаз. Мне захлопали. Я улыбнулась.

Я больше не могла петь. В горле пересохло, в легких горел огонь. И эмоционально было уже тяжеловато.

Я ушла со сцены, взяла у Алекса бутылку воды.

– Мне надо подышать, - сообщила я Джереми и направилась к черному ходу.

Свежо. Я подошла к стене и приложила к ней лоб. Тишина, спокойствие. Как же хорошо. Сердцебиение зашкаливало, как и адреналин у меня в крови. Я услышала, как открывается дверь, улыбнулась, подумав, что это Николас. Он знал, что я прячусь здесь после выступления. Я обернулась и замерла.

Это был не Николас.

– Грег.
– Я сжала зубы. Мой желудок упал в пятки.

Я совсем забыла о его существовании. И вот он стоит передо мной.

– Вот ты где!
– Он мерзко улыбнулся.
– Давно не виделись.

Он начал подходить ко мне.

– Не подходи!
– процедила я.

– А то что? Что ты мне сделаешь? Посадишь в тюрьму?

Грег засмеялся. У меня мороз по коже пробежал от его смеха.

Мы с ним вдвоем. В темноте. В переулке. Здесь никого нет.

Он медленно надвигался на меня, зажимая в угол.

– Ты лишила меня моей секс-игрушки: теперь тебе придется занять ее место.

– Ты свихнулся? Я не собираюсь заниматься с тобой сексом!

– Ну, - он улыбался, а я готова была блевануть, - у тебя нет выбора.

Я прижалась к стене спиной. Отступать больше было некуда. Я решила неожиданно протиснуться сбоку. Но он поймал меня за руку и швырнул обратно в угол. Я ударилась спиной о шершавую стену.

– Решила поиграть в недотрогу, тварь?
– выдохнул он мне в лицо.

Я отвернула голову: какое противное у него дыхание. От него вообще разило алкоголем, травкой и еще неизвестно чем.