Чтение онлайн

– Хорошо.
– Мои плечи опустились, я развернулся и направился к машине.

Глава 25

POV Жаки

Я со всей силы прижалась к Яне. Слезы текли не то что ручьем, они просто сочились из моих глаз. Яна крепко обнимала меня, гладя по голове. Я слышала, как в комнату кто-то вошел.

– Жаки, - голос мистера Палмера, - что случилось?

Он подошел к нам, коснулся моей спины. Меня трясло от неконтролируемых рыданий.

– Эй, это Николас? Он что-то натворил?

Услышав его имя, я сильнее всхлипнула.

– Тебе надо успокоиться. Я принесу успокоительное.

Он ушел. Яна силком усадила меня на кровать. Я задышала чаще. Вернулся мистер Палмер. Протянул мне пару таблеток и стакан воды. Я кое-как взяла их трясущимися руками. Проглотить таблетки было еще сложнее. В горле образовался огромный ком. Я пыталась протолкнуть его, глотая.

Таблетки начали действовать через несколько минут. Слезы остановились, я сидела и икала. Мистера Палмера в комнате уже не было.

– Что стряслось?

– Папа...
– я немного заикалась, - только что рассказал мне, что...

Я замолчала, пытаясь остановить вновь навернувшиеся слезы.

– Это была месть... Ник поставил мне эту печать, чтобы отомстить за свою маму...

– Что это значит?

Яна сидела очень близко. И она сама чуть ли не плакала. По её все еще красным и опухшим глазам видно, что подруга тоже не так давно ревела.

– Гребаная печать позора... Мой отец поставил эту метку матери Николаса...

– Чего?!

– Да. Папа сам признался сегодня. Ник узнал об этом каким-то образом и решил отомстить.

– Но зачем ему это?! Зачем мстить за то, что случилось так давно?

– Миссис Свен пьет.

– Оу...

– Николас говорил мне пару раз, что его мама - алкоголичка. Она постоянно лечится в клиниках, но ничего не помогает.

– И он решил отомстить твоему отцу за то, что мать бухает? Так?

– Да.

– И сделать это решил через тебя? Типа, тем же методом - поставив печать.

– Да... но папа... сказал не только это. Он считает, что и сейчас Ник продолжает свою месть.

– Как это?

– Ну, типа, он должно не отреагировал на печать, и Ник выбрал другой путь...

– Замутив с тобой?!

Я кивнула.

– То есть, твой папаша утверждает, что Ник специально встречается с тобой, чтобы побольнее ударить твоего папашку?

– Да, так он сказал?

– Ты говорила с Ником?

Именно в момент этого её вопроса в дверь позвонили, а потом затарабанили.

– Жаки!

Николас. Он здесь.

– Вот и ответ.
– Яны выглянула в окно.
– Не хочешь с ним поговорить?

Я помотала головой, всхлипывая.

– Что он сказал тебе?

– Что любит...

– Про месть не отрицал?

– Нет. Лишь сказал, что это было раньше, и что сейчас он любит меня.

Яна шумно выдохнула.

– Вот так дела-а-а.
– Она отошла от окна.
– Он уехал.

Я принялась заламывать пальцы.

– И ты хочешь уехать?

– Да. Я хочу уехать с тобой из этого проклятого места. Это не город, а какая-то свалка человеческих отходов.

Яна засмеялась:

– Вот это точно подмечено, детка.

Я тоже улыбнулась. Меня перестало знобить. Голова прояснилась. Что такое дал мне мистер Палмер?

– Ты же возьмешь меня с собой?

– А как же Ник? В том, что он тебя любит, я не сомневаюсь. И я также уверена, что и ты его любишь.

– Да, люблю. Но все равно оставаться здесь не собираюсь. Это город не принесет мне ничего хорошего, даже если я буду с Ником. Постоянные косые взгляды, шепоты, упреки. Я не могу больше выносить лица этих людей. Мне противно ходить в эту школу, гулять по этим улицам. А теперь еще и находиться в своей семье. Если ее вообще можно назвать семьей.

– Но ты все равно должна поговорить с Ником.

– Я знаю. И поговорю. Так, я еду с тобой?

Яна улыбнулась, искренне радуясь.

– Конечно! Это будет замечательно! Надо только уладить несколько формальностей. И решить вопрос с твоими родителями.

– Это я возьму на себя.

Конечно, я не побежала разговаривать с родителями в тот час же. Папа сейчас пьяный. Возможно, спит. Мама вообще неизвестно где. Дома я её не видела, когда уходила. И я не в том состоянии, чтобы решать подобные вопросы. Да, меня уже не трясло, и я больше не плакала, но выходить из этого дома категорически отказывалась.

Вечером миссис Палмер приготовила чудесный ужин. Жареная курочка с картофелем и салатом. Я ела, хотя аппетита совсем не было. Мистер Палмер наткнул кусочек белого мяса на вилку и поднял её на уровень своих глаз:

– Еда - это очень важно. Тебе придется побороться за свою свободу, а для борьбы нужны силы. А вся сила...

– В еде, - закончила за него Яна.
– Мы поняли.

Как ни странно, Яна улыбалась весь вечер. Новость о том, что она едет не одна, здорово поднимала её настроение.

– Омрачает это веселье только одно - тебе придется расстаться с Ником. И он еще об этом не знает.

– Узнает, - буркнула я.

Когда первая волна, состоящая из шока, гнева и истерических рыданий, прошла, осталась горечь. Я не хотела расставаться с Ником. Он, не смотря ни на что, оставался мне очень дорог. Но оставаться здесь даже ради Николаса, я не собиралась.

Возможно, я приняла не совсем правильное решение. Возможно, оно кому-то покажется необдуманным. Но кто так подумает - будет не прав. Я уже два года спала и видела, как уеду отсюда. И, желательно, подальше.

И вот оно - моё спасение! Другая страна, другие люди, другие правила, другие возможности - это мой шанс на лучшую жизнь, без унижений, оскорблений. Там люди не знают, кто я из какой семьи.

Яна говорила, что они не знают, что такое печать позора. Хотя, возможно, в других штатах США тоже не в курсе данной «игры». Но если я уеду в другой штат, то буду там абсолютно одна.

Одиночество - нет ничего хуже.

В России со мной будет Яна. Она поможет мне привыкнуть и приспособиться.