Печать скорби (Война за мир)
Шрифт:
— Не знаю, — Сварог честно пожал плечами.
— Ну да, не слышал никогда, — утвердительно хмыкнула Лана.
— Это почему это? — враз насторожился Сварог.
— Ну... — она бросила быстрый взгляд на спутника и тут же снова вернулась к дороге. — Ну, из возраста исходя. Коллективчик-то молодежный.., а какая ж ты молодежь!
— М-да, это точно. Не молодежь я, — вздохнул Сварог. Потом неожиданно сказал:
— Не нервничай, Лана. Все уже позади.
— С чего ты взял, что я нервничаю?
— Говоришь без умолку, — честно ответил Сварог. — Верный признак. Ты мне лучше вот что скажи: у тебя нет с собой дорожной карты?
— Зачем? — в свою очередь насторожилась Лана.
«Затем, чтобы хоть какое-то представление составить о мире, в котором ты обитаешь, хотя бы об одном куске этого мира», — мог ответить Сварог. Но ответил по-другому:
— На всякий случай. Хочу посмотреть проселочные и лесные дороги, объезды, ближайшие населенные пункты.., и все такое прочее.
— Да скоро уже в городе будем. Хотя... Там погляди, — она кивнула на то место в приборной доске, где у нормальных машин располагается бардачок. — Вроде был атлас. Но ничего не обещаю. Может, и выкинула ненароком.
Сварог провел ладонью по шершавой поверхности «торпеды», случайно наткнулся на небольшое углубление, пошарил, осторожно потянул за пластиковый язычок. И ларчик открылся, осветившись изнутри приглушенным светом — явно электрическим... И тут странный звук привлек его внимание. Он повернул голову, посмотрел на Лану. А с той происходило нечто непонятное. Она крепко сжимала губы, надувала щеки — словом, была похожа на человека, который тужится изо всех сил, сдерживая кашель. И не сдержала. Прорвало, правда, ее не кашлем. Лана, что называется, зашлась смехом. Прямо-таки затряслась от хохота, даже в глазах заблестели слезы. Опять истерика? В общем-то, ничего удивительного... Но мобиль из ее рук не выбился, не принялся вилять по дороге. Автопилот у девочки работал вполне уверенно.
— Ой не могу... Я сейчас представила... — Лана делала глубокие вздохи, пытаясь успокоиться. — Представила, как мы.., в наших.., костюмчиках вылезаем посреди города из этой «вагонетки»... Вылезаем, будто так и надо. Причем не просто в камзолах, а в драных камзолах и порванных платьях. Я босиком. Этакие поизносившиеся маркиз с маркизой, приехавшие домой на «Геландвагене»...
С беспокойством поглядывая на Лану — не начнет ли стучаться головой о руль, — Сварог наугад вытащил из бардачка книжку в мягком переплете, что лежала поверх всего остального барахла. Посмотрел на обложку, прочитал название.., и обмер.
Нет...
Не может быть!
Он вдруг почувствовал, как голова стремительно пошла кругом.
— Почти приехали, — услышал он неожиданно спокойный голос Ланы, но теперь с ним самим отнюдь не все было в порядке: голос донесся словно бы откуда-то из-за стены.
Сварог поднял голову, невидяще глянул сквозь лобовое стекло на дорогу. Свет мощных фар выхватил установленный на обочине синий прямоугольник дорожного указателя. На нем, как и положено, белым по синему было написано, причем по-русски: «ШАНТАРСК. 75 км».
Глава пятая
ПРОВЕРКИ НА ДОРОГАХ
Шантарск? Шантарск! Написано по-русски!
— .. — невольно вырвалось у Сварога.
— Что еще не слава богу? — спросила Лана.
— Да так.., просто свои мысли.
Сварог теребил в руках растрепанную книжонку небольшого формата — поместится и в кармане, с отклеивающейся бумажной обложкой. Называлась книжонка опять же по-русски — «Каналья готовится к нырку», а под названием имелся и рисунок: один аквалангист сосредоточенно целится из подводного автомата, причем совершенно нереальной системы, в другого аквалангиста, мирно проплывающего неподалеку сквозь сине-зеленую муть...
Сварог перевел дыхание и вытер отчего-то вспотевший лоб. Так, значит, что... Значит, он вернулся? В смысле — не на Талар вернулся, а на...
На Землю?!
И не просто на Землю — а конкретно в родную Россию!
Ну ничего себе...
У него словно глаза открылись. Только сейчас Сварог сообразил, почему прекрасно понимает жителей этого мира. Да по причине насквозь банальнейшей! Все, исключительно все, с кем он успел здесь пообщаться, разговаривали на обыкновенном, нормальном, знакомом до слез русском языке!.. (Наверное, кто-нибудь из высокоумных психологов сможет объяснить, как это получилось, что Сварог не узнал родной язык, хотя сам же на нем и беседовал. Может быть, всему виной то обстоятельство, что он просто привык понимать многочисленные чужеземные наречия — начиная с Талара и заканчивая Короной, вот и тут принял это понимание как должное, не вдаваясь в лингвистические дебри... А может, дело в том, что Сварог после демонического судилища рассчитывал оказаться где угодно, но только не там, откуда начал свое странствие по вселенным; потому и не узнал Землю, не захотел признавать, подсознательно заместил родину новым, неведомым миром. Кто знает?..) А с другой стороны... С другой стороны, ведь вполне могло статься так, что это никакая не Земля, а планета очень на нее похожая. Земля-параллельная, Земля-альтернативная, Земля-прим — называйте, как хотите. И судя по тому, что он увидел здесь, именно таким образом все и обстояло. Или же это далекое будущее родной Земли?
Нет, ну над о же...
И вот эту мою Землю хотят уничтожить бесы?!
Он открыл рот, чтобы незамедлительно приступить к рекогносцировке, но Лана, уже успокоившаяся и снова сосредоточенная, погруженная в дорогу, опередила его.
— А эти твои мысли, — спросила она, продолжая прерванный разговор, — они случайно не насчет того, кто именно устроил нам кровавую баньку?.. Помимо господина И. Ага, я угадала?
— Почти... — выдохнул Сварог. — Просто появились кое-какие соображения.
— У меня тоже кое-какие появились. И понимаю, почему ты темнишь. Думаешь: «Я не знаю, кто это девочка и на кого работает». Так?
— Примерно, — сказал Сварог, который думал совсем о другом.
— Мне тоже такие мысли приходили.., только касательно тебя, — похоже, эмоциональный взрыв у Ланы сопровождался словесным поносом. А что делать — кровушка прямо-таки кипит от адреналина... — Никаких обид, мы ж друг друга не знаем, а вокруг заповедника в Аркаиме возится столько народу...
И тут Сварог во второй раз за последние две минуты испытал чувство, сравнимое с катарсисом. Что она сказала? Аркаим? Нет, ребята, в самом деле Аркаим, тот самый, о котором упоминали бесы?!
Он открыл было рот, но тут Лана громко протянула:
— Нет, ну елы-палы! — и принялась притормаживать. — Ну, эти как всегда. Вот ведь уроды, а? В самом неподходящем месте и в самое неподходящее время. Хотя у них должна быть связь...
— Кто? — вырвалось у Сварога.
— Кто-кто... Гибэдэдэ.
Последнее, совершенно незнакомое слово у Сварога отчего-то сассоциировалось с «епэрэсэтэ» — наверное, из-за интонации, с которой его произнесла Лана. Словно сплевывала волосок, прилипший к губе.
Он посмотрел в лобовое стекло. И на время напрочь забыл об Аркаиме.
Метрах в пятидесяти впереди вращалась синяя мигалка, укрепленная на крыше автомобиля незнакомой марки, посылая в ночь тревожные сигналы: «Внимание, всем стоять!» Этот, стоящий у обочины автомобиль с мигалкой врубил фары и осветил вышедшего на дорогу человека. В руках у человека был до боли знакомый полосатый жезл — вот только этот еще и светился в темноте. Причем светился не только жезл, но и надетая поверх серой милицейской формы жилетка — желто-зеленым химическим колером.