Чтение онлайн

На нем в прозрачной стеклянной вазе кубической формы стоял толстый туго связанный букет полевых цветов. Белые ромашки, перемешанные с ярко-голубыми васильками, были столь красивы, что на несколько секунд у Риты перехватило дыхание. В нежном букете торчал желтый конверт без обозначений. Неторопливо подойдя к букету, она вытащила его оттуда. Раскрыв письмо, Рита прочла адресованное ей послание.

«Здравствуй, моя драгоценная шоколадная принцесса! Сразу хочу извиниться за то, что украл запасной ключ от твоего кабинета, когда был у тебя дома. Знаю, ты говорила — никакой любовной ванильки на рабочем месте, но тогда, когда мы еще были вместе, мне очень хотелось сделать тебе именно такой сюрприз, оставить букет полевых цветов у тебя на столе до того, как ты войдешь. Наверное, после того, как я повел себя при нашей последней встрече, подобные строки ты читаешь со скепсисом или даже неприязнью. Это справедливо. Но хочу тебе сказать, что важно не только, с какими эмоциями ты читаешь это письмо, но и то, что испытываю я, когда пишу его. Я люблю тебя. Бесконечно искренне, по-настоящему, с полной уверенностью, что никогда ни к кому подобного не испытывал и не испытаю...»

Вчитываясь в бесконечно дорогие сердцу строки, Рита, не отрывая взгляд от текста, села за рабочий стол.

«…Мне все равно, что о тебе думают твои подчиненные, мне наплевать даже, что ты думаешь сама о себе. Прости за это. Мне важно лишь то, что я думаю о тебе. Ведь никто, включая тебя, не знает тебя настоящую. А я знаю. Ты волшебная и какая-то сама родная из всех, кого я когда-либо встречал. Именно поэтому мне безумно жаль, что я причинил тебе столько боли своим холодом, молчанием и недосказанностью. Моя нежная, моя самая дорогая Рита, нет слов, которые смоют с меня мою вину. Но, быть может, смоют поступки. Я решил совершить их. Кем бы я на самом деле ни оказался.

Когда-то, когда мне предложили выбрать имя и я стал задумываться над ним, потратив несколько дней на размышления, я выбрал к красивому и не подходящему дворняжке имени Альфред фамилию Хоуп. Мне безумно хотелось, чтобы каждому, кто мне помог, не дал сдохнуть от голода, я мог подарить надежду и сделать для каждого хоть что-нибудь хорошее. Наверняка многие из них скажут много приятного обо мне, но, как мне кажется, я не справился с поставленной перед собой задачей. Я подвел их всех и себя тоже, но самое страшное — я подвел тебя, человека, который поверил мне, который перестал защищаться и, сняв непробиваемую броню, полюбил меня. Я благодарен тебе за каждую волшебную секунду из тех, что ты мне подарила. Они, будто семена, пустили корни и, поднявшись до небес, убедили меня, что я — это я и никем другим больше быть не могу. Так же, как и слезы родителей, чьих детей похитил монстр, которого я не знаю, вы спасли меня. Да, я понимаю, я дал слабину, но ведь подобная мелочь простительна человеку, которому отроду всего два с небольшим года.

Я не говорю тебе „прощай“, Рита, ведь невозможно попрощаться с человеком, навсегда поселившимся в твоем сердце. Со мной навечно останется твое нежное тело, подарившее мне так много удовольствия и ласки, в моих воспоминаниях вечно будут твои янтарные глаза, околдовывающие меня, заставляющие чувствовать себя мужчиной. Со мной всегда будет согревающее чувство, подаренное твоим трепетным сердцем.

Не знаю, кем я был в прошлом. Я не понимаю сам, что происходит со мной в последнее время, но если я остановлюсь и не закончу начатое, я не смогу быть тем, кого ты любила. Не смогу быть тем, кого видели несчастные родители, когда я говорил с ними. А ведь это я и есть, я — специальный агент Альфред Хоуп, ну или патрульный, любящий свою работу. Я навсегда останусь тем, кем вы меня видели. Я люблю тебя, Рита. Нежно обнимаю и целую.

P. S. Думаю, я обнаружил местонахождение преступников, похитивших пятерку из Норт-Вест-Централ, там, по всей видимости, находятся и сами дети. Надеюсь, когда я прибуду туда, они будут еще живы и мне удастся их спасти. В доме, чьи координаты и адрес ты найдешь на обороте, происходило много страшного. Откуда я это все знаю? Без понятия. У меня есть одна теория на этот счет, но она столь же страшна, как и события, наполнившие дом, стоящий меж лесной рощей и бескрайним кукурузным полем. Откуда я знаю о роще и поле? Этого я тоже не знаю, моя драгоценная Рита. Знаю лишь одно: ты найдешь меня там, в этом доме.

Прощай, любимая. Ты была лучшим, что случилось со мной в моей короткой жизни».

Дочитав письмо до конца, взволнованная директор Коулмен перевернула лист, на обороте которого был написан гелиевой синей ручкой подробный адрес и даже GPS-координаты места, в которое отправился Альфред.

— Какого черта тебя потянуло в Айову! — нервничая и думая о плохом, сказала она, пялясь на белый листок бумаги.

Нервно копаясь в карманах пиджака, она отыскала мобильный телефон. Набрав номер Альфреда, она приставила аппарат к уху.

— Давай же… Сделай для меня маленькое чудо, — бормотала она, вслушиваясь в тишину.

Спустя пять секунд знакомый голос, воспроизводимый роботом, ответил за Альфреда, объяснив, что с ним отсутствует связь.

В кабинет Риты вдруг без стука ворвался агент Поласки.

— Босс, какого черта происходит? — запыхавшись, произнес он.

Подойдя к столу, он положил на него две фотографии, на которой была запечатлена Лили Стодж.

— Эта девочка, — взбудоражено продолжал он, тыкая пальцем в снимки, — была похищена в Хэмптоне, Айова, много лет назад. Это ее же фотография, свежая, добытая из ноутбука, привезенного из Чикаго Альфредом.

— Откуда она у тебя? — не понимала, что происходит, Рита.

— Альфред сегодня ночью выслал ее мне и остальным агентам, в копии стоит и ваш адрес. Он много чего отправил, вы проверяли почту? — растерянно вытирал со лба пот Поласки.

Вдруг в кабинете зазвонил телефон, вслед за ним тревожными звонками разразились личные смартфоны директора Коулмен и ее подчиненного. Взволнованная Рита, встав из кресла, сняла трубку.

— Да! — побледнела она. — Хорошо, сейчас отправлю за вами Поласки. Без проблем, босс, — находясь в состоянии сдержанного шока, она медленно положила трубку на место. — Бенджамин Блейк приземлится в аэропорту Индианаполиса через 10 минут. Ты должен его встретить.

— Хорошо, — послушно кивнул головой тот, торопясь к выходу.

— Обзвони наших, до приезда Бенджамина они должны быть здесь, все до единого!

Агент Поласки, чувствуя всю серьезность происходящего, исчез из поля зрения директора Коулмен, заперев за собой двери.

— Что ты задумал, Альф? — с тревогой тихо спросила Рита, вновь беря легкое пропитанное любовью письмо.

Глава 28

Прежде чем свернуть на шоссе номер 63, Альфред остановился у дорожного знака, на котором было указанно расстояние, оставшееся до Хэмптона. Устало вздохнув, он пропустил едущую по встречной полосе машину и, нехотя нажав на педаль акселератора, съехал на дорогу, ведущую к цели, до которой оставалось еще 50 миль.

Не сомкнув этой ночью глаз ни на секунду, он чувствовал себя так, будто его пропустили через мясорубку, перед этим бережно поместив голову под гидравлический пресс. Яркое желто-белое солнце, возвышающееся над горизонтом, своими ядовитыми лучами терзало усталые глаза Альфреда, делая каждую секунду невыносимой. Небесное светило впервые за все время своего существования, видимо, наполнило всепроникающие фотоны персональной ненавистью, направленной против конкретного человека.

Альфреду было страшно, но он продолжал ехать навстречу монстрам, оскалившим пасть, чувствующим приближение своего хозяина. Несмотря на омерзительное сдавливающее ощущение где-то в районе сердца, у него не было сомнений, что он поступает правильно. Пускай в том, что он делал, и было нечто фатальное, напоминающее бег в темноте рядом с обрывом, за которым находится огромная пропасть, Альфред где-то в самых далеких закоулках своей измученной души надеялся, что ему удастся остановиться у самого края и не сорваться вниз. Наверняка должен быть какой-то способ спасти детей, если те все еще живы, наказать преступников, замешанных в похищении, и не пострадать самому — ни ментально, ни физически. У всего происходящего с Альфредом была причина — и у странных ассоциаций, от которых почему-то в горле возникает тошнотворный удушающий ком, и у того, что так много в жутких видеороликах с маленькими детьми ему кажется знакомым. Осталось узнать эту причину, какой бы она ни была. Наверняка у всего этого есть разумное объяснение, которое само собой сделает грядущие события не слишком пагубными для Альфреда Хоупа. Очень-очень маленькая часть его бессознательного верила в это в тот момент, когда все его естество, тот, кем он был каждую секунду осознанной жизни, умоляло и кричало: «Беги, ведь ты приближаешься к своему неминуемому концу!» Альфред не слушал себя, так как понимал, что в любую секунду его рука может повернуть руль и он просто исчезнет среди бесконечных шоссе и серых закоулков шумных городов. Навыки того, как быть максимально незаметным, Альфредом по-прежнему не забыты.

***

Когда в оперативный штаб вошел замдиректора ФБР Бенджамин Блейк, все присутствующие федеральные агенты встали, сосредоточив встревоженные взгляды на высокопоставленном чиновнике из Вашингтона. Вместе с ним в светлой утренней комнате появились несколько мужчин средних лет, одетых в темные строгие классические костюмы. Все это были большие начальники с холмов, которых отлично знала Рита и ее подчиненные. Бенджамин, строго посмотрев на женщину, кивнул головой, поприветствовав ее. Та таким же жестом поприветствовала его в ответ. Устало сняв с крепких широких плеч темно-бежевый плащ, он кинул его на свободный стол.