Пентаграмма любви
Шрифт:
Я повернул Лолу к себе спиной и прижался членом между бедер. Я не входил и не собирался посягать на её невинность, мне хоть и снесло крышу, но я держал себя в руках, как бы ни хотелось взять её прямо тут и прям сейчас. Членом водил по половым губкам, упираясь в её пальчики. Одной рукой накрыл её рот, а второй ласкал упругую грудь. Звук шлепков и её гулкие тихие стоны… Она, содрогаясь, кончала, и я позволил себе вслед за ней.
В душевые кто-то вошел, мы услышали звук льющейся воды. Девушка убрала мою руку, жадно хватая воздух. Повернулась и впилась поцелуем. Как приятно чувствовать её руки на своём теле, она щупала каждую мышцу…
— Лола, выходи первой. — Прошептал на ушко.
Демоница взглянула на меня, её лазурные глаза стали цвета молодой весенней травы. Значит, вот они какого оттенка, когда она возбуждена. Сложно понять, какое у неё сейчас настроение.
— Родная… — Прижал её крепче к себе.
Хитро улыбнулась, укусила за нижнюю губу и включила мне ледяную воду. Лола ушла, не проронив ни слова, оставив меня наедине с мыслями о ней. Я думал, что она просто нравится мне как девушка все это время, пока я их курирую, и держаться раньше было легче, но теперь я понял, что я просто был влюблён.
Перед индивидуальными тренировками у Лолы вместо пробежки была лекция по пентаграмописанию, а у остальных лекция тактики боя. Я решил проконтролировать, что сегодня у них на завтрак. Пройдя мимо нашего стола, увидел, что у ребят каша с мясом, Юси впервые пытается есть рыбу, а Лола ковыряет листья горького салата, творог и малосольную рыбу. Нельзя это есть ежедневно на завтрак, учитывая, что она практически не появляется на ужин. Я взял для неё варёную говядину, сыр, хлеб со злаками и сладкий чёрный чай. Молча сев за стол, поменял местами наши подносы и принялся завтракать тем, что она так сильно любит. Как можно есть эти горькие листья вообще? Но я уперто их жевал.
— Куратор Лукас… — меня коробит, когда она со мной на «вы», мне бы хотелось, чтобы она обращалась просто по имени, как тогда на танцах.
— Когда ты начнешь посещать ужин, я верну тебе твой любимый завтрак. А пока ешь то, что я считаю нужным. Юси, как успехи с рыбой?
— Нормально…
— Почему без энтузиазма?
— Мне нужно время привыкнуть.
— Ты большая молодец, я горжусь тобой. — Решил поддержать волчицу.
— Куратор Лукас, вы какой-то странный на последнем курсе. — Ответила Юси, нанизывая на вилку рыбу.
— Почему?
— Мы уже привыкли, что вы на нас всегда орёте и всем недовольны, а в этом году много хвалите.
— Юси, я, конечно, могу просто так кричать, если тебе очень хочется, но за эти годы вы хорошо поработали, и в целом я вами доволен. У меня для вас новости. На индивидуальных тренировках у вас уже отточенные движения, мне нравится, как вы стали мыслить. Нам пора готовиться к отбору, но выматывать вас до потери пульса я не собираюсь. Если утром есть лекции, вы идете на них, но без пробежки. Соответственно, нет лекции, значит, пробежка. Индивидуальные тренировки отменяются у всех, кроме Лолы. Наше время на полигоне миражей номер три с двенадцати до шести вечера. Пока будет так. На сегодня все свободны, готовьтесь к экзаменам.
— А во сколько моя тренировка? — Нахмурилась в тарелку.
— В пять утра. Лола, бери пример с Юси, глянь, как она быстро подружилась с рыбой.
— А почему у Лолы тренировка не отменяется? — спросил Джон.
— Потому что она капитан команды.
— А, ну да.
— Доедай полезный завтрак, и я жду тебя на полигоне.
— Ага. — ответила под нос демоница.
Вот что у неё сейчас в голове? Может быть… То, что случилось утром, она считает ошибкой? Одна девчонка смогла превратить из взрослого и сурового куратора влюблённого мальчишку. Я крутил в руках коробочку с подарком и нервно расхаживал по полигону. Пасмурное небо заволокло молочно-серой дымкой. Она опять опаздывала…
— Куратор… — Тихо же она подобралась ко мне.
— Лола, прими боевую форму. У меня есть для тебя подарок.
Девушка выпустила крылышки и рожки. Как чудна природа, у женщин-демонов крылья кожаные, как у летучих мышек, а у мужчин они как у ангелов с перьями. Я открыл бархатную коробочку, и девушка ахнула. Кончик идеально соединился с её роговой тканью и крепко слился магией. Он переливался бликами, несмотря на то, что солнце не светило.
— Это чистый алмаз. Крепче него в нашем мире ничего нет.
— Спасибо! — Дёрнулась обнять, но вовремя осекла себя.
— Давай сегодня попробуем самостоятельно полетать. В прошлый раз ты не очень крепко держала меня за руку.
Я открыл портал в этот раз не на привычной для нас поляне, а на скалистой горе. Девочка прыгнула ко мне прямо в руки. Мой страх того, что утро изменит все, прошел. Я поддался её напору и всецело был для неё, этот жадный поцелуй кружит голову. Прижал её к камню и нырнул руками под шелк кимоно. Только бархатная кожа и больше ничего, она не надела спортивное белье. Упругая грудь с затвердевшими сосками снесла вновь мою крышу, и я раскрыл ткань одежды, мне так хотелось ею любоваться. Кожа шеи сладкая, и мне хотелось больше, но я вновь тормозил себя, прижавшись лицом к голой груди девушки. Я вместе с нею глубоко дышал, стараясь перевести дух. Она зарыла пальчики в мои волосы, её изумрудные глаза были пьяны мною.
— Лола… Прости меня. Ты просто сводишь меня с ума, и мне становится тяжелее.
— Мне тоже становится тяжелее рядом с тобой.
Я поцеловал её сосок, слегка укусил и заправил кимоно как было. Мы обнялись, и, наконец успокоившись, я задал давно мучающий меня вопрос.
— Родная, что хочет от тебя Сайрус? Ты ведь опять была у него?
— Я не понимаю, что ему нужно. Он ведёт просто задушевные беседы. Спрашивает об отце, об будущем, которое я вижу, спрашивает, что я люблю. Вино однажды выпить с ним предлагал.
— А ты?
— А я особо ни о чём стараюсь не говорить. Это как-то странно… Но Сайрус сказал, что общается так со многими для того, чтобы улучшить академию и условия для адептов.
— Только дело в том, что кроме тебя к нему никто не ходит. Ладно, я узнаю, в чём дело. Завтра редкие выходные… Ты отправишься домой?
— Нет, я не хочу видеть маму. Останусь в академии.
Нас отвлёк крик краснопёрого ястреба, девушка поёжилась и уютно ткнула носом в мою шею.
— О чём ты мечтаешь, Лола?
— Я хочу увидеть океан…
— Ты красиво поёшь.
— Это не я.
— Не ври, голос же твой… Поэтому кристаллы я не отдам. И… Я не могу пообещать океан, но завтра покажу море, если хочешь.
— Шутишь? Конечно, хочу!
— Ладно, давай полетаем. Попробуешь, не держа меня за руку?
— Не знаю.
— Хорошо, если почувствуешь в небе, что готова, просто отпусти меня.
— Вообще не хочется тебя отпускать…
А мне не хочется отпускать её, и я боюсь думать о том, что будет между нами после выпуска. Раньше всё было по-другому. Раньше мне хватало её взгляда, наших тренировок и просто её присутствия. Сейчас мне её мало, и настолько, что когда я находил её спящую на балконе и относил в комнату, я осмеливался оставаться на несколько часов, глядя на то, как она спит. Я помешан на ней с того самого момента, когда помешал ей в беседке с чёртовой пентаграммой.