Пепел Черных Роз
Шрифт:
«Мальчишка уже столько перенес! — продолжал рассуждать он. — Не должен он просто так сгинуть, если уж жив до сих пор после таких ран».
— Гвендил, как он там?
— Сопит, — подтвердил тот. — Стонет иногда. Значит, живой!
— Зачем он тебе? — Гвендил почесал подбородок. — Это же сумасшедший? Ты же видел, что он сделал!
— Мы все сумасшедшие, — ухмыльнулся командир и Гвендил через мгновение согласно захохотал.
— Фавнер говорит, что безрассудного можно научить осторожности, — внушительно процитировал командир, — а вот из осторожного сделать безрассудного — намного сложнее, и я с ним согласен.
«Беспорядок рождается из порядка, трусость рождается из храбрости, слабость рождается из силы. Порядок и беспорядок — это число; храбрость и трусость — это мощь; сила и слабость — это форма».
Командир посуровел и, пригнувшись к луке седла, погладил торбу со страшной ношей. Тело Лидица давно уже ждет своей головы и сегодня после обряда они соединятся, наконец, став пеплом.
Сахаларские головы и второго неизвестного из трофея покойного Гаурта вез Ворчун — их спрячут в горах, набив рот камнями, чтобы они ни о чем не могли уже рассказать. Простая мера предосторожности. Шаманы сахаларов по слухам могли расспрашивать мертвых.
Гвендил поднял голову. Высоко в небе от одного из Шлемов Павших отделилась черная точка. Ворон вылетел поохотиться в метель.
— Цитадель, — сказал едущий впереди рыцарь и простер руку в железной перчатке, указывая на крепость, прижавшуюся к самой вершине колоссальной скалы там вдалеке на севере, но просвет тут же вновь затянулся черными тучами.
— Теперь главное, чтобы Лекарь был там… и все будет нормально. Ты не слышал, кстати, что говорят насчет Мекасты?
В шатре было темно, но он и не пытался смотреть в лицо вождю, когда сообщит ему такую весть, и потому сразу уткнулся лицом в землю. Зачем глядеть в глаза смерти?!!
— Вы нашли его? — спросил тягучий хриплый шепот.
— Да высокородный, как мы и предполагали, сын вашей сестры, храбрый Гаурт, преследуя беглеца, достиг гор…
Гонец сжался в комок, предчувствуя, как трудно ему будет сообщить вождю горестную весть.
— Продолжай.
— Я не смею…
— Говори… раз вы вернулись без него — значит…
— Да высокородный, он погиб, как и те двое, что сопровождали его. Тела были спрятаны в скалах нижнего яруса Синих Гор, но мы не смогли забрать их — их клюет Ворон. Он не уйдет пока не закончит трапезу.
— Ворон! Это плохой знак — принесите жертву, и узнайте у шаманов, что этот знак означает.
Гонец поежился.
«Конечно!!! Все знают, что Ворон появляется там, где предстоят большие беды. Шаманы прочли в Семи Ветрах, что Вороны это глаза и уши Творца, сотворившего Мир».
— Но неужели они полезли в горы? Даже Гаурт не посмел бы этого сделать!
— Нет — их убили в полете стрелы от первых камней и значит на земле Равнин.
— Бедная моя сестра — потерять сразу обоих!!!
Из-за стен шатра доносился вой и плач женщин оплакивающих смерть доблестных воинов.
— Э, не может быть, чтобы мальчишка справился с тремя?… невероятно! Может Черные Рыцари?
— Пройдя на север, мы встретили их западный патруль с Гетосом во главе. Он уверил нас, что не слышал ни о чем и пообещал, если успеет, отогнать Ворона и забрать останки.
— Хранителям Гор веры нет — они могли солгать, а мальчишка действительно непрост. Не зря У Керр беспокоился.
Сообщите ему, что случилось, и если уж он недоволен, пусть в следующий раз делает свои дела сам, а не командует нами. Добыча не компенсирует нам потерь — пусть заплатит, как и обещал.
Почему он вообще решил, что эти несчастные Татгар могут ему угрожать. Что ты думаешь, Раутф?
— Предсказание Вещающего в Чреве. Сын пастуха рода Уратэн придет за Громовым Осколком и вернет его своему народу.
— Громовой Осколок! Я знаю о нем… ты видел его?
— Нет, никогда!!!
— Я тоже. У Керр стал главой большей части Равнин именно из-за Громового Осколка подарившего когда-то могущество и силу татгарам. Лишившись его, они потеряли свое счастье. Только, даже теперь, владея Осколком, У Керр так и не стал Повелителем Земель.
— Хорошо! Я сам сообщу сестре о смерти ее сына, а ты поезжай и расскажи обо всем У Керр. И смотри, чтобы он… ты сам понимаешь… людей у него намного больше нашего. Где они сейчас?
— Ушли в сторону Сухого Леса за кожей.
— Поезжай вдоль Гор и если встретишься с Гетосом — убей его. Возьми для этого имперские арбалеты и мою сотню. Моей сестре нужен утешительный подарок!
ОРДЕН
Призвание мужчин — иметь дело с кровью. В наши дни это считается неправильным. Поэтому все дела решаются с помощью одних только разговоров, и каждый норовит избежать работы, которая требует приложения усилий. Мне бы хотелось, чтобы молодые люди понимали это.
Веки его затрепетали и открылись.
Он, наконец, очнулся…
Полумрак, холод и сырые каменные своды…
Осторожно повернул голову, боясь растревожить боль, но ее не было…почти.
Из узкого окна, скорее бойницы, доносился вой ветра, и влетала мелкая дождевая пыль. Он попытался приподняться и болезненно сморщился — заныла грудь. Осторожно ощупав её, обнаружил свежий шрам.
«Я выжил?!!»
Это было в высшей степени странно, потому что он отчетливо помнил резкую боль от входящего в его тело острия меча. Смерть, наступившую затем, он тоже помнил. Значит он уже за Серыми Стенами, тем более, что вокруг все действительно серо.
Он попытался вспомнить последние моменты боя. Мозг с огромным трудом восстанавливал и связывал воедино разрозненные картинки происшедшего…
«Схватка… Чёрный рыцарь… Смерть».
«Что?!!.. что дальше?!!»
С этой мыслью он вновь провалился в небытие. Сны или видения, посещавшие его в мире безмолвия, толпились у ворот сознания, торопясь ворваться в воспалённый мозг, но чаще всего виделись ему.
… рыжая голова, медленно падающая на камни…
…оскаленные зубы и ещё живые глаза, в которых боль пока не сменила недоумение…