Чтение онлайн

— Инхам, Крылатый Демон.

На присутствующих это произвело впечатление.

Крылатые Демоны были одной из самых сильных гильдий наёмников. И они люто ненавидели более удачливый и популярный Чёрный Орден. Демоны участвовали во всех конфликтах Земель, но представляли собой настолько закрытую организацию, что никто не знал, сколько их и где находится их Мастерская. Также как никто не знал кто их руководитель и для чего они, в сущности, сражаются. Но то, что они были не просто людьми, убивающими ради денег, было понятно по их иногда странному поведению и беззаветной храбрости. Скорее всего, они были боевым крылом какого-то нового религиозного культа, но доподлинно об этом никто не знал.

Странно, что Демон решил раскрыться перед таким стечением людей, ведь обычно они старались не обнаруживать себя и исчезали, выполнив задание. Наверное, это было вызвано тем, что Инхам потерял свою группу при штурме и теперь вымещал злобу на рыцаре.

Торкел помнил свою встречу в этой же таверне с группой Демонов переодетых в обычных наемников и не мог забыть дивных глаз Аин. Во время всего похода на Этарон он высматривал ее в разношерстном воинстве, но так и не нашел. Может быть, они были направлены к другим крепостям. Во всяком случае, услышав столь откровенное признание Инхама, он в первую очередь подумал о прекрасной возможности узнать судьбу запавшей в сердце девушки, и совсем не был настроен на драку, на которую, по всей видимости, и напрашивался сейчас наглец.

Крылатый Демон, чуть наклонив голову, ждал, и его холодный, жёсткий взгляд никак не сочетался с почти подобострастной улыбкой, искривившей губы.

Он терпеливо ждал верзилу в чёрных латах, проклятого Чёрного рыцаря, одного из тех проклятых — трижды проклятых! — выродков, что двадцать лет назад уничтожили армию его отца и обрекли его, внука великого вождя, на вечно полуголодное прозябание и судьбу наёмника. Он ждал, и жестокие глаза обещали противнику лишь одно — смерть!

Торкел отвернулся от Демона и, подняв вновь наполненный кубок, медленно, не торопясь, отпил и негромко, но так, чтобы слышно было во всех уголках таверны, сказал:

— В закрытый рот муха не залетит… Инхам.

Посетители тем временем уже раздвигали столы, освобождая место в центре.

— Без оружия, — выкрикнул кто-то в толпе и из-за стойки раздался одобрительный голос хозяина. — Без оружия! Только без оружия!

Инхам, не сводя взгляда с Торкела, вышел на середину зала, отстегнул перевязь с мечом, снял тайную перевязь с ноэрами и стянул безрукавку, оставшись голым по пояс. Под загорелой кожей на его руках перекатывались бугры мускулов. На широкой груди, среди застарелых шрамов от оружия и когтей диких животных, красовалось татуированное изображение рогатого монстра с ангельскими крыльями за спиной.

Торкел, помедлив, вышел на освободившееся пространство.

Он передал оружие кипятящемуся и недобро ухмыляющемуся Сауругу, а затем решительно снял доспехи. Присутствующие смогли убедиться, что телосложением он ни в чем не уступал противнику.

«Вот и еще одна ошибка, — подумал Торкел. — Снять доспехи в присутствии посторонних! С Орденом придется расстаться! Не простит Вождь! Но не сносить же оскорблений! Судьба!!!»

Инхам ждал до тех пор, пока противник не отбросил в сторону рубаху и повернулся лицом к нему. После этого змеиным, неуловимым движением он превратил свой саркастический полупоклон в боевую стойку, вытянувшись и покачиваясь на носках — предельно несбалансированную позицию, но готовый в любой миг сорваться в стремительную атаку.

Торкел знал эту схему рукопашного боя; она была одной из сотен практикуемых в Благословенных Землях и не являлась идеальной. Но сейчас он видел, что Инхам отточил своё мастерство до высочайшего искусства уже по тому, как он двигался, притворно теряя равновесие — и вместе с тем оставаясь холодным и расчётливым. Инхам повёл руками-крыльями, и перед Торкелом мелькнули две узкие стальные полоски, прикрепленные к ребрам ладоней Демона.

Торкел глубоко вздохнул, предельно раскрыл глаза и снова сощурился. Теперь глаза его помнили все детали обстановки, каждую мелочь на столах и месторасположение каждого из находившихся здесь людей.

— Гляди, гляди: у рыцаря глаза на лоб полезли! — попробовал пошутить один из зрителей, но тяжелый имперский пехотинец дал горе-шутнику по затылку:

— Помолчи, смотри и мотай на ус.

Торкел ждал; он умел ждать. Во время подготовки их расставляли на острых камнях так, чтобы стоять можно было лишь на одной ноге, и они оставались стоять, причём никто из них не знал, на какое время рассчитано это испытание. Спроси сейчас у Торкела — сколько же длилось испытание, он и не вспомнил бы. Столько раз всходило и заходило солнце, начинался и прекращался дождь…

Он чуть было не пропустил выпад Инхама.

Демон выбросил вперёд растопыренные пальцы, отвлекая его внимание, и, повернувшись вокруг оси, перерубил ударом ноги ножки стола, стоявшего позади Торкела. В который раз рыцарь с благодарностью вспомнил учителей Цитадели.

«Им связали руки и ноги, причём руки были связаны за спиной.

К каждому подошёл наставник с палкой в руке и начал считать:

— Раз… два… три!

На счёт «три» следовал удар палкой, потом снова счёт до трёх и новый удар, счёт — удар… и так продолжалось без сна и отдыха до тех пор, пока они не научились уворачиваться и избегать ударов.

Затем темп и сила ударов увеличивались…»

И вот теперь тело Торка двигалось помимо его воли, пропуская мимо себя рвущие воздух удары рук Демона.

Зрители, затаив дыхание, ждали, что теперь вихрь ударов сомнёт и опрокинет рыцаря, но тот словно и не замечал сыпавшихся на него атак, каждый раз пропуская их на волосок от себя.

Пришедший в неистовство Демон, собрал всё своё умение… все свои силы в комок…

И… очутился на полу!

Воины, собравшиеся в таверне, даже ахнуть не успели.

Инхам лежал на спине, а Торкел, опустив руки, бесстрастно глядел на него сверху вниз.

— Оступился, — прошептал кто-то в толпе.

Инхам медленно сел. Не сводя глаз с противника, оскалился и потащил из-за голенищ сапог кинжалы.

— Ублюдок! Ублюдок, потому — что рыцарь, а ещё потому — что Уратэн!!!

Первый кинжал, мелькнув молнией, лишь надрезал кожу на плече Торкела, второй должен был вспороть ему живот, но Чёрный Рыцарь проделал несколько кратких, резких движений, и… отошёл, повернувшись к Инхаму спиной.

Демон стоял посреди могильной тишины. Зрители во все глаза глядели на его лицо, по которому вдруг побежали струйки крови из разбитых носа и губ, на руку, всё ещё сжимавшую кинжал, но вдруг странно, неестественно надломившуюся, как минимум, ещё в паре мест помимо локтевого сгиба. Инхам дёрнул щекой, моргнул и рухнул на пол.

Повернувшись к нему, Торкел достал из голенища нож и начал аккуратно вырезать у того кусок кожи, где был вытатуирован рисунок.

Закончив, он выплюнул собравшуюся во рту кровь и, подняв пласт кожи над головой, обратился к присутствующим: