Чтение онлайн

–Вы демийцы! Вы должны были зарегистрироваться! – блондинистый охранник энергично жестикулирует и кричит на женщину, что есть мочи.

–А что если мы зарегистрированы? Вы не подумали? – Кажется, этот вопрос застает врасплох нашего «борца». Он, естественно, не может сказать, что демийцев, как правило, после регистрации увозят. Тем более что в коридоре стоит 50 свидетелей.

Охранник отворачивается, чтобы взять телефон, и мама с сыном тут же вылетает из школы. У меня из легких вырывается выдох облегчения.

–Стойте!! Вернитесь! – кричит он им вслед, но уже тщетно. Затем, он все же кому то звонит. Как же я надеюсь, что эта семья успеет сбежать. От безысходности у меня на глаза наворачиваются слезы. Но я быстро беру себя в руки, и они высыхают, не успевая упасть.

–Школа уже не та, – грустно замечает Вика.

–Как и весь мир.

Наши одноклассники, как обычно, сидят на мягких диванчиках в задней части класса. Когда мы входим, ребята гудят. Мы с Викой тут же начинаем смеяться.

–Привет-привет! Вот и конец ужасного карантина! – кричит один мой одноклассник.

–Вы чего-то слишком радостные, – Вика поднимает одну бровь, но при этом ухмыляется.

–А с чего нам унывать? Экзамены отменили, мы в выпускном классе, где практически ничего не задают. Жизнь прекрасна! – На это мы с Викой переглядываемся, выгибаем губы дугой и киваем. Что-то должно оставаться нормальным.

К концу учебного дня можно смело сделать вывод, что, пока что, все вполне нормально. На переменах мы общались, главной темой были, конечно же, мы. Ну, то есть демийцы. Я узнала, что большинство ребят считает, что демийцы не изменились характером и, что негласное отношение к ним общественности несправедливо. «Они тоже люди» – вот что сказали мои друзья. Как же все-таки хорошо, что я учусь среди умных людей. Пусть школа и мир изменились, но не мои друзья. И это хорошо.

–Я не думаю, что они «монстры» как их называет желтая пресса. Они такие же, как мы. Среди них есть хорошие, есть и плохие. Возможно, некоторые из них даже человечнее нас. Разве мы не живем в толерантном мире? Демийцы тоже заслуживают понимания. – Такую речь в полной тишине произносит моя подруга Таня. Все внимательно ее слушают, и то большинство, которое сидит сейчас на диванах, с ней соглашаются, кивая в тишине. Я поворачиваю голову и вижу, как у Вики на глазах наворачиваются слезы. Она внезапно открывает рот, собираясь что-то сказать… «О Господи!» Нет-нет-нет! Она этого не сделает.

–А вы знаете… – Она не договаривает, потому что я хватаю ее за руку, и нас спасает прозвеневший звонок. Поверить не могу, что она чуть не созналась ребятам! А не будь я телепатом, что тогда? Сердце стучит как бешеное. Нет. Мне нельзя нервничать. Я успокаиваю себя той же фразой: «я могу это контролировать». На секунду мне показалось, что браслет на моей руке блеснул фиолетовым.

После уроков я, конечно, как можно скорее увела Вику. Мы завернули во дворы, и я уже не стала сдерживаться, так как здесь были только мы.

–ЧТО ТЫ ТВОРИШЬ?! ТЫ ЧУТЬ НЕ СКАЗАЛА ИМ! – Я кричу на подругу чуть ли не срывая голос. Где-то внутри зашевелилась вина, когда я увидела перепуганные глаза Вики.

–Успокойся! У тебя глаза оранжевые, – чуть шепотом говорит она и ее взгляд сразу становится печальнее, когда я возвращаю себе контроль. – Прости, я не знаю, что на меня нашло. Просто я не могу, мне нужно было сказать это кому-то… Я не могу больше врать Максу.

Я глубоко вздыхаю и уже даже не помню, почему разозлилась. Вика очень любит Макса, и ее противоречивые чувства понятны. Но тут мне в голову приходит любопытная идея, подкрепленная комиксами, сериалами и некоторыми книгами.

–Слушай, ты же типо ведьма, да? – Мы продолжаем наш путь домой. Вика кивает. – Что если ты сможешь сделать проекцию?

В глазах подруги непонимание сменяется шоком, а затем восторгом. Я польщено улыбаюсь.

–Мы можем узнать это сегодня. Так что давай поднажмем.

Мы разошлись на «Паучьем тупике» и поспешили домой. Договорившись переодеться, сменить рюкзаки и быстро перекусить мы решили встретиться на остановке через полчаса.

У нас в школе обязательна школьная форма, что, естественно никого не радует. А потому, для предстоящей тренировки она, мягко говоря, не подходит. К сожалению, занятия в нашем доме культуры приостановлены до сентября. Именно поэтому у меня просто уйма свободного времени. Я переодеваюсь и, накинув на себя куртку-бомбер, выбегаю из дома. По пути на остановку я доедаю бутерброд с колбасой и зеленью. Издалека вижу тонкий силуэт моей подруги. Вика всегда была искусной модницей, ее наряды удивляют меня каждый день, и я даже боюсь представить, сколько у нее одежды. Конкретно сейчас она одета в серый дизайнерский спортивный костюм и дорогущие кроссовки. Я заставляю себя не краснеть, оглядывая свой внешний вид. На ее фоне я выгляжу как девочка с огорода. Я извиняюсь перед подругой за опоздание и через пару минут мы уже едем в сторону паба.

На следующей остановке к нам присоединяются Света и Марк, и Вика деликатно уступает парню место рядом со мной, сев со Светой. Пока девушки о чем-то оживленно разговаривают, я кивком головы приветствую Марка и решаю немного поспать. За сегодняшнюю ночь я спала около трех часов. Видимо, я так сладко спала, что даже не заметила, как переместилась на плечо Марка. Он мягко будит меня со словами «Дорогая, приехали». Когда мы выходим из автобуса, Света оборачивается и смотрит на меня этим «своим» взглядом, означающим что-то вроде «моя девочка стала взрослой», а Вика усмехается. Я корчу смешную рожицу и закатываю глаза, что заставляет девочек засмеяться во вес голос. На входе уже стоит Александр. Он приветствует нас как-то слишком официально, а затем улыбается, но, почему то, только Свете. Я возвращаю подруге ее же взгляд, на что она так же закатывает глаза и толкает меня в плечо.

Помещением, отведенным под тренировки, служит тот же зал с баром, просто столы и стулья стоят друг на друге, прислоненные к стенам. Для начала мы все проходи «быстрое осмотр» у доктора Сандовского. Помимо нас здесь находятся и другие демийцы. К злости Марка, здесь стоит и Егор, подперев спиной стену и самодовольно улыбаясь.

Тренировка оказалась довольно жесткой. Александр посылал в нас острыми ледышками, а мы, каждый как мог, должны были отразить атаку. Вика создавала «щиты», о которые сосульки разбивались, Марк, благодаря своим возможностям, уворачивался от каждой. Света либо тоже уворачивалась, зная, куда они полетят, либо создавала маленькие порталы, делая так, чтобы сосульки вылетали в Александра, и защищаться приходилось ему. Я же просто телекинетически не давала им до меня долететь. Остальные справлялись по своему, у всех оказались самые разные возможности. Егор, например, топил сосульки в полете так, что перед ним оставалась лишь вода. Они с Александром полные противоположности.

Когда испытания проходила я, он пил воду и смотрел на меня в упор. Все испытуемые справились, и Александр уходит в лабораторию, объявив перерыв.

–Ты Саша, верно? Ты слишком сдерживаешься.

–Отвали от нее, уголек. – Передо мной встает Марк.

–Я и сама могу справиться. – Я выхожу вперед и стараюсь внушить Марку не приближаться. К моему и его удивлению, это работает. – Сдерживаюсь? Что ты имеешь в виду?

–Что ты плохо стараешься, – во мне закипает злость, – Хочешь прослыть самой слабой здесь? – Он подходит совсем близко и у меня заходится сердце.

–Я не обязана ничего доказывать, особенно тебе.

–О, да ты злишься? – Бархатный смех раскатывается по залу. – Наша малышка злится!

–Не понимаю, о чем ты. Злиться из-за тебя? – Я вскидываю брови и пожимаю плечами. – Много чести.

–Тогда почему же, скажи на милость, твои глаза полыхают оранжевым?

Я бросаю взгляд на свое отражение в воде, которую оставил после тренировки Егор. Он продолжает смеяться. Это злит меня еще больше, я слышу, как в голове пульсирует кровь.