Чтение онлайн

— Да пойми, ты! Она не верит мне! Не доверяет и считает предателем. И все это тянется с далекого прошлого.

— Но тогда вы оба были глупыми юнцами!

— Согласен. — опять вернулся к бару, за дозой крепкого.

— Теперь то у тебя опыт за плечами, а ведешь себя все так же! Сделай уже что-то, чтоб вернуть ее доверие! Любовь это не слова, а поступки. Так поступи как настоящий мужчина! — грубо, слишком грубо отчитал меня Артем.

— Попробую. — задумчиво кинул в ответ.

Он ведь прав. Во всем прав. Даже мой друг грек поступил по мужски, ради своей женщины. А что делал я? Я вел себя как пацан. Жевал сопли и обижался на Василису. Кретин я полный, вот и все мое оправдание.

Глава 26.

— Этьен, меня завтра выписывают, ты сможешь меня забрать? — позвонила единственному кто остался со мной.

Услышав короткое «угу», я не испытала ничего. Этьен давно уже стал посторонним человеком. Странно как раньше я выдавала желаемое за действительное. Думала, что люблю его, но стоило встретить Сашу, как все приобрело иной смысл.

Хотя надо отдать должное парню, он продолжил навещать меня в больнице. Почти месяц он приходил пару раз в неделю и говорил ни о чем. Я даже благодарна ему за разговоры о его работе и контрактах. Жалобы на погоду и пробки на дорогах. Так я немного забывала почему я здесь и что теперь я инвалид.

Конечно, мне не хватало тепла и того чувства защищенности, что я испытывала рядом с Валеевым. Но я приняла решение и ломать жизнь Саше ради своей выгоды, это не честно. Да и то фото в журнале, где он прижимал к себе другую, здоровую, женщину. Эту блондинку я узнала сразу, она приходила в клуб на кастинг, а потом целовал его в роковой для меня вечер. Виню ли я его и ее? Нет. Его жизнь продолжается!

Весь день я гоню от себя мысли, как я справлюсь одна, будучи прикованной к коляске. Можно было попросить отца и нанять мне помощницу, но тогда я стану зависимой от папы. Сам он никогда не упрекнет, а вот Полина не упустит возможности уколоть меня по больнее. Она считает, что это из-за меня Саша закрыл Артура. Она всегда считала меня виноватой, что бы не делал ее сынок.

— Ты готова? — отстраненно поинтересовался Этьен.

— Вроде ничего не забыла. — окинула взглядом палату и сердце сжалось в комок.

Почему-то вспомнилось как Саша, опустив плечи слушал мой бред. Не перебивал, не оправдывался, а молча выслушивал оскорбления, сказанные в его адрес. Неужели он сам так же считал? Или просто не хотел видеть меня такой и искал повод расстаться? Тогда зачем приходил в больницу? Успокаивал свою совесть? Нет, я не хочу ошибаться в любимом человеке! Не хочу думать, что придумала его! Что он хуже, чем я думаю!

— Этьен, ты был возле меня в реанимации? — задаю вопрос, что мучает меня давно.

— Меня бы туда не пустили! Сама понимаешь, туда никого не пускают. — тоном строгого родителя.

Значит это был не он или Ритка придумала историю с реанимацией. Зачем? Можно было спросить у врача или сестер, но мне хотелось услышать правду от первого лица. Если Марго говорит правду, и это был не Этьен, то единственный кто мог быть — Валеев. Почему? Волновался? Пережевал за меня? Или успокаивал совесть?

— Послушай, Лиси, я не смогу сутками находиться рядом с тобой и поэтому тебе придется справляться самой! — вывел из раздумий голос бывшего парня.

— Я все понимаю, Этьен. Ты не волнуйся, я справлюсь! — заявила тоном полным уверенности.

А вот в глубине души я не в чем не была уверена. Даже в том, что и он не сбежит через пару дней.

— Может стоит позвонить твоему отцу? Или этому мужику из клуба. Пусть наймут тебе сиделку или как там называют помощников для… — осекся на слове инвалид и перевел взгляд от меня.

Да, милый! Ты чертовски прав. Я — инвалид! И помощь мне нужна. Но я в этом никогда не признаюсь. Я лучше буду ползать по квартире и жрать из мусорки, но не стану садиться на шею отцу или Саше.

— Я подумаю. — буркнула и уставилась в окно.

Оказавшись на улице, я полной грудью вдохнула прохладный октябрьский воздух. Уже становиться прохладнее. Совсем скоро зима. А в моей душе уже во всю свирепствует мороз. Сердце сковали льды, и оно не бьется как прежде. И опять я потеряла то, что так любила. Потеряла танцы, Сашу и себя.

На парковке, чуть вдалеке стояла машина Валеева. Или я так решила. Но мне хотелось думать, что это он и он провожает меня. Он приехал на выписку и хотел удостовериться, что обо мне есть кому позаботиться.

— Даже в таком состоянии, ты очень упрямая, Лиси. — проворчал Эт и выехал с парковки.

Проезжая мимо знакомой мне машины, я силилась рассмотреть сквозь тонировку Сашу, но увы, это невозможно. И только что-то теплое грело в груди от мысли, что я не ошиблась и это он. Зачем и почему, я думать не хотела. Мне достаточно того, что я вижу.

— На сегодня я заказал медбрата, он поможет тебе подняться в квартиру. Еще заказал доставку еды, так что голод тебе не грозит. — опять отстраненный голос и взгляд на часы.

Торопиться он не иначе. Встреча видимо важная. Пусть так, я не в обиде. Он не обязан скакать вокруг меня. По сути, мы друг другу никто и Этьен имеет право на личную жизнь.

— Не переживай, я справлюсь. Езжай по своим делам спокойно! — заявила, когда мы уже добрались до нашего дома.

У подъезда уже ожидал высокий крепкий мужчина и судя по униформе тот самый нанятый французом помощник.

— Я уже осмотрел все, пандусов нет, но в лифт коляска поместиться. — начал, на пол пути к нам, мужчина.

— Вы тогда возьмите Василису! — заявил Этьен, а я поморщилась.

Не хотелось, чтоб чужой мужчина прикасался ко мне. Мне вообще не хотелось чувствовать себя беззащитной, но такова теперь реалия. Значит нужно потерпеть.

Благо мужчина оказался вполне себе нормальным. Не смотрел с сочувствием и не вздыхал, а просто делал свое дело. Четко и на автомате. Меня занесли в подъезд и вызвали лифт. Этьен втащил коляску и придержал кабину, пока я не оказалась на сиденье.

— Ваша работа выполнена, можете быть свободны! — отчеканил француз и запустил лифт.

Рассматривая себя в отражении дверей кабины, возвращалась опять в те дни, когда вроде как сблизилась с Сашей. Его забота, его взгляды и случайные прикосновения. А еще он почти поцеловал меня. Испытывает ли он ко мне, то, что испытываю я.

В голове вдруг четко прозвучал его голос «Ты только поправляйся, девочка моя! Ты мне очень нужна! Ты самое дорогое, что есть в моей жизни!». И это было настолько четко, словно это было правдой.