Чтение онлайн

Саммер смочила губы языком.

— Я тоже знаю Леди Мар, — осторожно ответила она. — Тоже лучше, чем хотелось бы. Я два раза обманула ее, обману и в третий раз, если смогу таким образом спасти свою жизнь. Но речь не об этом. Посмотри на меня. Разве я не похожа на человека?

— Ты человечна? — жестко ответила Мойра. — Наверное, это действительно так. Всегда когда я тебя встречаю, у тебя неприятности. Это очень по-человечески. Самое ужасное заключается в том, что ты мне даже нравилась. Но ты принадлежишь к ним.

— Значит, я черная, а ты белая?

Мойра сощурила глаза. Внутренне Саммер осторожно сделала шаг назад.

— Ты не знаешь, с кем говоришь, — угрожающе тихо сказала Мойра. Она отложила дубинку и, не опуская пистолета, поднесла левую руку ко рту и зубами отстегнула кожаный нарукавник. Неохотно сбросив его, она подняла руку вверх, показав Саммер татуировку. Белая лилия, которая в зависимости от света отливала нежным, сине-зеленым цветом. Саммер открыла рот от удивления.

— Ты служила ей? — в недоумении прошептала она. — Леди Мар? Ты была на ее стороне?

— Давняя история, — коротко сказала Мойра. — Достаточно давняя, чтобы знать, кто вы такие. Она почти двадцать лет правила моим городом. Так что не рассказывай мне о черном и белом!

— Сказать, что мне в тебе всегда нравилось? — тихо спросила Саммер. — Что ты была честной. И каждому давала шанс. Даже мне, хоть ты мне и не доверяла. Ты даже ценила хорошего предателя. Та Мойра, которую я знала, хотя бы выслушала меня.

— Как ты думаешь, почему я еще не пристрелила тебя? Можешь попытаться. Назови мне причину, почему я должна еще раз служить смерти!

— Ты уже сейчас служишь ей. Он называет себя Гереза и находится там, наверху, в комнатах ветров. Совсем один, как я предполагаю, ведь он хочет скрыть от вас свою тайну. Вы же отправляли туда наверх ящики, не так ли? Ты по-прежнему будешь считать войну справедливой, если я скажу, что внутри находятся пойманные и тяжело раненые Зоря? Ты права, Леди Мар ужасная правительница, но она пользуется только жадностью людей и их стремлением к власти. Она даже не в силах разделаться с человеком, сидящим наверху. Он хочет стать повелителем жизни и смерти, а в вас он нашел помощников, готовых на все.

— Кто ты на самом деле? — спросила Мойра. — Дочь Леди Смерти?

Не смотря ни на что, Саммер рассмеялась.

— Дочери и сыновья – это относится к жизни. Нет, я всего лишь Зоря. Я должна была даровать Индиго, которого ты называешь Гереза, поцелуй смерти. Но он обманул меня. А теперь он на пути к своей цели, стать Лордом Мар.

Так как Мойра ничего не ответила, Саммер продолжила тихим и убедительным голосом.

— Я пришла лишь для того, чтобы дать ему то, что и так было его судьбой. Мы никогда не решаем, кому жить, а кому умереть. Мы не судьи. Мы там, куда нас позовут. Однажды и ты позовешь кого-то из нас. Но что, если ты позовешь, но никто не придет? Что, если ты устанешь? Ты хочешь жить вечно? Что станет с людьми, которые не умирают? Они как насекомые, пойманные в янтаре, обречены дышать вечно.

Ее руки болели, она осторожно опустилась вниз. И Мойра позволила ей это сделать.

— Представь себе это, Мойра, больше я ни о чем не прошу. Просто представь, что будет, если человек будет иметь власть над смертью.

Мойра не опустила оружие, но к удивлению Саммер слегка ей улыбнулась.

— Либо ты сильно изменилась, с тех пор как Фаррин нашел тебя на Нимфе. Или ты умело притворяешься. Где же та девушка с несколькими лицами, которая боялась всего и всех?

— Я все еще такая, — серьезно сказала Саммер. — Но во мне кроется еще много чего другого. Как у любого человека. Я испытываю страх, я не особенно сильна. Я труслива и слишком часто и быстро лгу. Я была Зорей по имени Тьямад, теперь я Саммер. Гусеница и бабочка.

«Без крыльев», — добавила Саммер про себя.

— Я не могу отпустить тебя, — сказала Мойра. — Ты это знаешь. Если я сейчас перейду на сторону Леди Мар, то все ради чего я жила утратит свою силу. Тогда люди будут умирать.

— Не ради смерти. Бессмертие не будет означать конец страданиям.

Мойра сглотнула. Ее лицо омрачилось.

— У меня был друг, — задумчиво сказала она. — Его ранили во время битвы за мой город. Его... звали Делур. Мы были знакомы с детства, вместе ушли к одному Лорду в качестве дани. Тогда нам было по шесть лет. Даже не могу перечислить, как часто мы спасали друг друга. Он единственный человек, который что-то для меня значил. Я сидела рядом, когда он лежал на больничной койке. Это было так бессмысленно. У него была серьезное ранение, но он пережил первые три дня. Какое-то время казалось, что ему стало лучше. В эти часы мы говорили обо всем, о чем никогда не отваживались говорить. О нас, о том, что между нами было нечто большее, чем просто дружба. Мы пообещали друг другу, что никогда не расстанемся. У нас были хорошие шансы. Война закончилась, на ней погиб Лорд, которому мы принадлежали. Однако Леди Мар еще не сыграла с нами последнюю игру. Его рана воспалилась, и мне ничего не оставалось делать, кроме как беспомощно наблюдать за тем, как он борется со смертью.

— Он боролся с жизнью, — мягко сказала Саммер. — И проиграл. Не Леди Мар ранила его, и не одна из нас, а другой человек. У нас нет оружия, мы бываем только там, куда вы позовете нас.

Мойра судорожно вдохнула. Хотя она и старалась придать своему голосу деловой тон, который принадлежал ей как черное и белое, Саммер смогла четко уловить в нем дрожь.

— Я помню, что в один прекрасный момент я даже просила, чтобы он умер, — сказала Мойра. — Прежде чем заснуть навсегда, он что-то прошептал, но я не поняла, что.

— Имя. Её имя.

Мойра опустила оружие.

— Ты знаешь ее?

Саммер покачала головой.

Мойра тяжело сглотнула и опустила голову. От ветра ее волосы легли занавесом на лицо, а когда он поднял их, ее лицо по-прежнему было неподвижным, но мокрым от слез.

— К черту все это,— сказала она, шмыгнув носом. — Это произошло слишком рано. Ему было двадцать три. У нас была вся жизнь впереди. Впервые это была бы жизнь без войны.

— Это всегда происходит рано, — ответила Саммер. — Мы шагаем по жизни быстрее, чем сама жизнь. Жизни нужно время, нам нет.

— Единственный, у кого время не ограничено, это... как ты его называешь? Индиго?

Саммер кивнула, постепенно вставая.

— Пусти меня к нему, Мойра, — попросила она. — Он должен был умереть двести лет назад от лихорадки. С тех пор он живет украденным временем. Но ни один человек не может жить вечно.

Мойра сглотнула, и как в трансе подняла оружие.

В любой другой день Саммер, испугавшись, отпрянула бы назад. Но сегодня она была Зоря Индиго.

— Если ты убьешь меня, Индиго выиграет,— сказала она твердым голосом. — Для избранных больше не будет смерти. Индиго и его заговорщики будут иметь над ней власть, и будут жить вечно. Их враги будут умирать, а друзья и союзники нет. Но разве смерть не должна быть дана каждому человеку? Не должна уравнивать вас всех? Индиго единственный, кто знает, как можно убить нас. Все зависит от тебя и меня.

Она понизила голос.

— Чего стоит вечная жизнь, Мойра? Без обновления, без становления и ухода из мира сего. Душе нужно развитие, она готова покинуть этот мир. Что будет с ней, если она будет заточена в вечности? Если ничто не ценно, потому что ничто не бренно?

Мойра так крепко держала пистолет, что костяшки ее пальцев побелели.

— Я уже не знаю, что правильно, а что нет.

Ее дрожащий голос смешался с завыванием ветра.

— Поэтому я буду некоторое время смотреть из этих развалин на страну и думать. Думаю, что отвлекусь на одну, две минуты и ничего не услышу и не увижу. За это время я решу позвать охрану. Потом мы – охрана и я – пойдем наверх по этой лестнице, взломаем двери и зайдем на площадку, чтобы защитить Индиго от тебя или кого бы то ни было. Неважно найду ли я тебя или кого-то другого в камере ветров, я не буду делать никаких различий, я буду стрелять.