Чтение онлайн

Стоп… А ведь, где волосы — там и голова. И хозяин где-то рядышком… Вернее, в данном случае — хозяйка. Точно, вот и она, свернулась клубком и тихонько посапывает.

Так… весело у нас вышло. Убейте меня поленом, если я хоть что-то связное смогу поведать о сегодняшней ночи! Нет, основное-то, конечно, помню. И очень даже хорошо! Да не просто помню, а как бы это сказать… некоторым образом ощущаю. Судя по тому, что пинком меня на пол не сбросили, особенного противодействия с её стороны не было. Во всяком случае, активного сопротивления не последовало. Уж это-то я бы тоже… ощущал — всеми прочими частями тела.

М-м-да… положеньице. Что делать-то теперь? У нас тут все-таки порядки, близкие к армейским. Хотя в колонне половина сугубо гражданских людей. Но всё же… я ей, некоторым образом, начальство. Не есть хорошо. В смысле — с моей стороны. Использование служебного положения в личных целях — так любили говорить наши «мудрые» руководители, назидательно вздымая к небу указующий перст.

А что я вообще о ней знаю?

Снайпер классный — лично убедился, и не раз. Это ей в плюс.

Да и вообще она человек неплохой и спец грамотный. С людьми быстро общий язык находит, это тоже кое о чём говорит (о хорошей подготовке, например…).

А минусы? Есть они вообще?

Есть.

Мы вообще ничего о ней не знаем. Только сведения, бог весть, какой древности. И то — только со слов Витьки. А он человек небеспристрастный — какая-то кошка между ними пробежала.

Что она вообще тут делала? Какое задание ей поручено? И кем? Нас она встретила, но назад к уиновцам не вернулась. Да, причина была более чем веская — не спорю. Но сейчас что её тут держит? Бандюков они с Потеряшкой перехлопали — тут всё тип-топ. А дальше? В каком качестве она вместе с нами едет в колонне? «Вольного стрелка»? Угу…

А если серьёзно?

Словно услышав мои размышления, Галина открывает глаза.

— Привет…

— Утро доброе!

Она потягивается, забросив за спину сильные руки. Смущённо отвожу глаза.

— Выспалась?

— И неплохо! А ты что — давно не спишь?

— Да… не очень, если честно. Тоже устал, как последняя собака.

— Ладно! — она протягивает руку и подбирает с пола часы. — Ого! Половина восьмого — скоро тебя будить придут!

Девушка быстро выскальзывает из спальника и садится на сиденье.

— Пора вставать! А то увидят тебя подчиненные в такой компании — кирдык авторитету!

— С чего бы это вдруг? — удивляюсь этим словам.

— С того самого! Нешто не в курсе я, как про меня здесь шепчут?

— И как же? Ей-богу про то ни в зуб не ведаю!

— Твое счастье! А то и рядом бы не присел!

— Ну, ты уж сказанула…

— Не знала бы, так и говорить не стала! Да и не ты один на меня здесь посматривал, я же вижу…

— Здесь не спорю. Есть на что глянуть. Не о том разговор. Что дальше делать-то станем?

— Вот ты о чём… — смотрит она на меня большими глазами. А они у неё удивительно нежными могут быть… и красивыми.

— Ну да…

— Не было ничего, понял! Приснилось это тебе всё!

— Вот как?

— Да! — она резко встает и сдергивает с меня вкладыш. Два шага — и Галина, вернее теперь уже Гадалка, стоит у двери в заднюю часть вездехода. Оборачивается и смотрит на меня. — Придёшь сегодня — может, что и станется. Нет — стало быть, все это нам обоим приснилось. Понятно?!

— Куда уж яснее…

Надо ли говорить о том, что я пришёл?

«Мамонт» легко вывернулся из-за поворота и притормозил, поджидая основную часть колонны. Судя по лязгу металла, она уже была неподалёку. И действительно — тяжелая бронированная громадина неожиданно шустро и легко взметнулась на пригорок. Замерла, настороженно поводя вокруг орудийным стволом.

— Ну, что там? — высунулся из башенного люка командир танка. — Где же наши гости дорогие?

— Оне опаздывать изволят… — спрыгнув на землю, ответил ему пассажир вездехода. — Графья — они такие, не спешат…

Позвякивая траками, подкатил ещё один танк.

— Ну? — Высунул голову из его башни ещё один танкист. — Где визитеры-то?

За деревьями негромко загудел мотор.

Рыча мощным двигателем, на дорогу неторопливо выполз «хаммер», сопровождаемый бронетранспортером.

— Явились — не запылились! — пассажир «мамонта» поправил на себе форму, сдвинул на ухо краповый берет и неторопливо зашагал к приехавшим.

Из джипа, не торопясь, выбрался грузный мужчина в щегольской кожаной куртке. Следом за ним оттуда вылезли ещё два человека с короткими автоматами. Правда, в виду танковой пушки, это оружие смотрелось бледно…

— День добрый, уважаемые! — поздоровался обладатель крапового берета, поднеся ладонь к виску. — Ну что, поедем?

— Ишь ты… даже танки с собою привезли! — вместо приветствия причмокнул губами хозяин джипа. — Это хорошо… и машины ухоженные, нам в самый раз подойдут…

Он неторопливо обошёл кругом обе боевые машины, попинал ногою гусеницу. Свесившись из башен, за ним с интересом наблюдали оба танкиста.

— Старые… — скривил губу один из автоматчиков. — «Т-55»… наследие каменного века…

— Ну, хоть такие достали — уже неплохо! Чего ты от военных-то ждал? — возразил грузный. — Как это там в песне? И ещё один кирпич в стену?

Он неторопливо проследовал к своей машине. Открыл дверь и занёс ногу на порог.

— Вы уж не пылите там… потом машину мыть…

Этого визита я ждал уже второй день.

Дело в том, что направившаяся к Инте наша группа обнаружила на дороге основательный завал. И обложенный блоками полицейский бронетранспортер. Он сердито повёл стволом пулемёта, и уазик группы послушно притормозил. Из-за завала вылезли мужики с автоматами. В гражданке и в полицейской форме. Неприветливые охранники завала поинтересовались — куда ребят несут черти?

Услышав ответ, неприлично заржали и посоветовали вертаться взад. На вопрос — почему, любезно пояснили, что тут и без них неплохо живётся. И лишние рты, да ещё военные — здесь не нужны.

На последующие переговоры прибыл уже какой-то начальник, сквозь губу прояснивший ситуацию.

Оказывается, здесь уже вольная торговая республика Усинск. Вот так — ни больше и ни меньше. Вольная, да ещё торговая — вообще отпад! Народ тут сидел самоуверенный и нахальный. В упор никого видеть не желал и говорить по-первости не хотел. Иначе как через губу и высокомерно сплёвывая. Вежливо их расспросив, Лапин, не поленившийся лично выехать на переговоры, тотчас же со мною связался.