Чтение онлайн

— Да ладно, Кирк, не переживай. «Бумагу», думаю, свою изобретать придётся. Ну, чтобы не одноразовый утилизируемый недолговечный носитель, но и не интерактивный пятимерный монитор, с функциями облегчённого кодирования информации, в котором только пальцами лениво потыкать. Нечто среднее. Писать детям — надо учиться. Может каллиграфию ввести? И рисование… пусть учатся мыслить и выражать свои мысли образно.

— Ладно. Это хорошо всё, — подытожил Гай, — План наметили, крайнего… то есть исполнителя определили. Время пока есть — будем думать. А сейчас, друзья, поздравляю вас с окончанием выходных суток. Можно начинать работать. Итак, Николь?

— Тоже мне, выходные сутки, — пробубнила Николь, — десять часов. Только и успели, что перепихнуться немножко…

— Эй! Ты чего меня щупаешь! — раздался возмущённый голос Лекса, — Рус, ты ничего не перепутал?

— Нет. Проверяю, на всякий случай, ты жив ещё? Десять часов перепихиваться! Да ты силён, дружище!

— Да будет, Вам, капитан, — отозвалась Николь, — Не нагнетайте.

— Я всего лишь беспокоюсь о здоровье наличного состава, капитан.

— Не беспокойтесь за своего бойца, капитан. Я очень нежная девочка, капитан.

— Вам выдать ещё десять часов выходными? — влез Гай.

— Не стоит! — хором решили все.

— Итак — мы на орбите Сатурна, — начал Гай, — Ситуация в очередной раз отправила все наши, тщательно проработанные планы в «корзину». И нам нужно отработать новые. Начинай ты, Николь. Ты капитан, Вам первое слово, капитан, — не удержался он.

Николь фыркнула. Она развернула свой монитор в куб и вытолкнула на середину пилотажной рубки. В голограмме, во всей красе, сияло изображение системы Сатурна.

— Это для антуража, на ситуацию настроиться, — пояснила она, — Итак: ситуация побаловала сюрпризом. Впрочем, в нашем случае, пора к этому привыкнуть. Удача начинающих, как говорили древние англичане. Единственное, слишком часто на неё полагаться не стоит. Лучше вообще никогда, или только в крайнем случае.

Она окинула взглядом помещение рубки. Её внимательно слушали.

— В итоге. Всё прошло, к счастью, достаточно буднично. Обнаруженная возможность «лифтов Петрова» сэкономила нам не только время подхода к планете, но и рабочее тело реактора и реактивных двигателей. Так что, теоретически, мы прямо сейчас в состоянии совершить запланированный межзвёздный переход. Не думаю, что «лифты Петрова» явление уникальное. Естественно их нужно изучать, тема достаточно обширна. Но, уже имеющиеся данные позволяют ими пользоваться. Осторожно. Вряд ли это кого-то удивит, но… «Обратная» сторона Солнечной системы, скорее всего, характеризуется совершенно иными видами силовых взаимодействий, нежели «лобовая», так сказать. Проход столь значительной массы, не может не оставить специфических возмущений в силовой структуре галактики. Подтверждений этому у нас нет…

— Из твоих слов получается структура Галактики именно из возмущений и состоит! — заметила Яна. — В ней же не только Солнышко «летает»! Тут вообще все звёзды…

— Да, получается, — не смутилась Николь, — Документальных, так сказать, подтверждений этому естественно, у нас пока нет, но, не допустить этого мы права не имеем. Вполне возможна, кстати, обратная зависимость: а именно — смещение звёздных систем в результате этих возмущений… ох, от таких выражений язык коробит. Ладно… знаете на что это похоже? ну, в дальнем приближении… на море! Такое ощущение, галактика — тот же океан. Течения, волны… вдаваться не буду, аналогия ясна. Так вот, мы сейчас уцепились за плавающее бревно и пытаемся грести ладошками… пока-а ещё хотя бы до вёсел додумаемся! «Непонимашек» у нас будет ненамного меньше, чем у первобытных лужеплавателей… так, да. Поэтому наша задача научиться всеми этими звёздными и межзвёздными «возмущениями» пользоваться. Но, на будущее — пока не изучим, придётся быть крайне осторожными с любыми перемещениями вне зоны эклиптики звёздных систем. В том числе с межзвёздными прыжками. Честно говоря, возвращение нескольких наших межзвёздных зондов, да ещё и с информацией, приводит лично меня в состояние, близкое к полному изумлению; статистическая ошибка какая-то, слишком смахивает на случайность. Много там непонятного, проходящего под грифом «так не бывает», так что ещё разбираться и разбираться. С этим особенно… но у нас теперь «информация к размышлениям» — есть, группа Петрова работают как киборги, без сна и отдыха. Так что, есть надежда, что в межзвёздный прыжок мы соберёмся более подготовленными, чем ранее и, наши шансы обойтись без фатальных сюрпризов, и в принципе прибыть в точку назначения, неуклонно повышаются. Нам остаётся только от наших астрофизиков и инженеров «сигнала на старт» ждать… Так вот, что касается остальной команды, продолжаю: энергетических и реактивных элементов у нас достаточно. И для межзвёздного перехода, и в системе Экспертизы не подвиснем с «пустыми баками». Как минимум до ближайшего газового гиганта дотянем. Их там два, если верить зондам-разведчикам.

— Я уточню на всякий случай, — перебил Гай, — Газовый гигант — это гарантированно источник водорода и гелия? Или возможны сюрпризы?

— Да, — добавил Кирк, — А то понадеемся, подойдём, и останемся на орбите газового гиганта с сухими баками. Сложно будет выкручиваться.

— Водород и гелий — это наиболее вероятно, — ответила Николь, — Но сюрпризы всегда возможны. Даже при наличии вышеупомянутых элементов. У нас нет достаточно достоверной информации для статистики. Однако, наши производственные мощности, позволяют нам выкрутиться из весьма сложных ситуаций. Но, тем не менее, я голосую за подстраховку. Предлагаю догрузиться, и не только рабочим телом. Как видите, планетная система Сатурна, это, по факту, недоразвитая звёздная система. Это позволяет говорить о схематике формирования космических систем в принципе. Ну, не только это, естественно, просто конкретный пример перед глазами, что называется. Так… отвлеклась слегка. В кольцах и спутниках Сатурна присутствует достаточное количество ледяных осколков, обогащённых интересной минеральной пылью. В теории маячат новые стали, сплавы и композиты на их основе — химиков за уши не оттащим. Так же присутствуют планетоиды богатые ильменитом, несколькими пироксенами и иже с ними. Нам бы они пригодились. Так же имеются дейтерий и гелий-3 в рентабельных для добычи количествах. Поскольку мы свернули Лунные производства раньше намеченного срока, и имеем определённый недогруз складских модулей «Прайма», есть вариант развернуть добывающую кампанию здесь. Неизвестно, как обстоят дела с доступностью ресурсов в системе Экспертизы. Поэтому базовый пул материалов желательно иметь с собой. По максимуму.

— Это вопрос целесообразности, — заметил Лузгин, — Разворачивать добывающую компанию на недельку? Есть ли смысл? То есть, реально ли мы ограничены в ресурсах? А если устраиваться всерьёз, месяца на два-три и больше…

— Да, как-то это сбивает с настроя. С Земли удрали, чтобы на Сатурне зависнуть что ли? — поддержал Кирк.

— Тремя месяцами задержка не ограничится, к бабке не ходи. Мы научные группы на привязи не удержим, даже биологов, судя по тому, что я о спутниках Сатурна читала. Они программы исследований на десятилетия запланируют. Отними потом конфету у дитяти.

Лузгин вздохнул, встал, подошёл к голограмме, почти перекрыв её плечищами, замер. Яна не выдержала первой:

— Смотришь, как гурман на удирающий деликатес. Я как-то курицу в зоопарке видела, она примерно вот так же рассматривала очень шустрого жучка за сеточкой.

Руслан обернулся, качнул головой, потом вернулся на место.

— Нет, друзья. Без весомых причин задерживаться смысла не имеет. Дразнить научные группы — тем более. Как ты сказала, Николь, мы имеем возможность выкрутиться из достаточно сложной ресурсной ситуации. Остаётся надеяться, что неразрешимых проблем не возникнет…

— Удача начинающих… — в полголоса пробубнила Николь.

Рус бросил на неё странный взгляд, продолжил:

— Как я уже говорил — космос огромен, безумно интересен. Наша задача — дать людям… всей экспедиции, возможность нормально работать… а не так — недельку здесь, недельку там. При этом мы сильно ограничены главным человеческим фактором. Нашей численностью. Мы не имеем права об этом забывать. Нас мало! Поэтому вынуждены подчиняться жёсткому алгоритму действий. Невзирая на всевозможные «хочухи» и любопытства. А именно: выбор «нового дома» для нашей расы, его изучение и освоение. Создание адекватных условий жизни и быта, которые позволят нам увеличить свою численность естественным путём. Важно не перегнуть. По лезвию ходим. Чуть оступимся и фух — словно нас и не было.

— Вот чего ты нагнетаешь опять, а, Лузгин? — возмутилась Яна, — Что значит «чуть оступимся»?

— Только то, что я сказал, — изобразил удивление Руслан, — Увлечёмся «интересностями», идеологически позволим колонии «завалиться» в исследования и разработки — вымрем… в перспективе — точно. Биологические виды, не озабоченные размножением, обречены на вымирание. Нельзя позволить людям растерять инстинкт размножения, предпочесть его «научной горячке»… или чему угодно ещё. Выстраивать «настоящие отношения» с противоположным полом… ой, как не просто. Я имею в виду семью и детей. Слишком многим придётся пожертвовать, серьёзные усилия придётся приложить и постоянно прикладывать к самому себе, чтобы сохранить семью и воспитать детей. Обоим — и мужчине и женщине. Продолжение рода — и есть суть и смысл жизни. Даже — сама жизнь. И закладывать норму такого восприятия ситуации необходимо сразу, с первых поколений. И доводить ситуацию до привычно-стереотипной. Куда как проще забаррикадироваться в научной лаборатории, перебиваясь случайными, ни к чему не обязывающими связями. Или вообще обходясь без них… этого вообще допускать нельзя, — Руслан сухо кашлянул, — Погодите, народ, я попью чего-нибудь.

Он сделал несколько шагов до пищевого автомата, нацедил тёмной жидкости в одноразовый стаканчик, в пару глотков выпил. Вернулся за консоль и оседлал своё кресло верхом. Кресло шустро подстроилось под новые требования. Руслан устроился удобнее, сложив руки на спинке.

— Итак. Мы все, пионеры-первопроходцы, должны чётко осознавать — всё, что мы делаем, мы делаем во имя будущих поколений, — он странным взглядом уставился на пустой стаканчик, что крутил в пальцах, как будто только-что его увидел, однако с мысли не сбился, — И создавать эти будущие поколения, зачинать детей, рожать, воспитывать, обеспечивать адекватные условия существования и развития — для нас это, отнюдь не абстрактные понятия. Никто за нас этого не сделает. Четыре тысячи — не четыре миллиарда. Оцените разницу. Существует реальная опасность поздно спохватиться и, в экстренном порядке, начать искусственное детопроизводство. Чем это чревато — знаете.