Перед бурей
Шрифт:
Их глаза встретились. Люк почувствовал, что ее взгляд, как свет, проникает в темные глубины его души. Ее слова обезоружили его, открыли его душу. Но при этом он чувствовал странное чувство безопасности. Акейна сказала:
– Проверь меня, если хочешь.
– Нет, в этом нет необходимости.
– Я могу подождать здесь, если ты хочешь вернуться на Йавин, чтобы собрать снаряжение для проверки. Но и оно ничего тебе не покажет. Белый Поток – это не та Сила, которую ты знаешь. Я могу научить тебя тому, что умею.
– Ты берешь на себя трудное дело.
– Я знаю. Ты пойдешь со мной, Люк Скайуокер?
Он покачал головой.
– Я не знаю. Я сначала должен кое-кому сообщить.
– Лейе.
– Да. Или есть причины этого не делать?
Она улыбнулась.
– Нет причин этого не делать. Ты сказал, что нет необходимости проверять меня, но этот вопрос…
Люк согласился.
– Ты права. Если бы ты сказала, что нельзя никому рассказывать, я мог бы тебя подозревать. Но я спросил по другой причине. У меня совсем нет воспоминаний о моей матери. У Лейи есть, но совсем чуть-чуть – не более чем проблески
– Я уверена, что у нее сохранилось больше воспоминаний.
– Возможно. Но ты уже сказала мне достаточно, чтобы открыть любую закрытую дверь, прозондировать ее разум с большим успехом, чем раньше. И найти еще несколько воспоминаний будет большим успехом. Если ты сможешь сказать мне больше…
Акейна улыбнулась.
– Прости, но пятнадцать лет назад мы еще слишком мало знали о тебе. Если бы я знала тогда, какую роль ты играешь в Восстании, я бы постаралась узнать больше.
Он засмеялся.
– Ты подождешь здесь, пока я увижусь с Лейей?
– Конечно. Я очень долго ждала этой встречи, и могу подождать еще немного.
Надев летный костюм, Люк почувствовал странное ощущение одновременно свободы и какого-то ограничения. Его Е-истребитель покрылся толстым слоем известковой пыли и выглядел как странная скульптура.
– R7, выйти из режима ожидания.
Несколько огоньков загорелись на корпусе и лицевых панелях астродроида. Через пару секунд он пискнул, ожидая указаний.
– Подготоваить корабль к полету.
Люк, отдав распоряжение дроиду, решил сам провести предполетный осмотр истребителя. R7 тревожно засвистел.
– Я знаю, что кто-то есть в доме. Все нормально.
Люк вместе с дроидом подготовили истребитель к полету. Е-истребитель (E- Wing) был относительно новой моделью, гораздо более маневренной и вооруженной, чем «крестокрыл» Т-65, на котором он когда-то летел в бой против первой Звезды Смерти. А этот истребитель прошел капитальный ремонт на заводе перед тем, как его отдали в распоряжение Академии джедаев для учебных целей. В инструкциях отдела снабжения флота не разрешалось предоставлять военные корабли гражданским организациям. К счастью, адмирал Акбар разделял мнение Люка, что Академии следует иметь в своем распоряжении боевой истребитель. Акбар сказал тогда:
– Мастер Скайуокер является членом республиканского ополчения. А ополченцы должны иметь оружие у себя дома.
Но со временем Люк чувствовал себя все более и более некомфортно в кабине Е-истребителя. Этот тяжело вооруженный корабль-убийца как бы представлял собой ту часть жизни Люка, которую он стремился оставить позади.
Когда-то, когда он летал на «крестокрыле», истребитель был продолжением его самого. Люк всегда радовался полету, даже в бою. Но тогда это был другой, молодой Люк. Да и Е-истребитель сильно отличался от Т-65. Люку не хватало постоянного присутствия R2, который не мог совместить свой интерфейс с интерфейсом Е-истребителя, предназначенного для дроидов типа R7. «В последний раз я на нем лечу. Потом я верну истребитель Акбару.» Сконцентрировав Силу, он отодвинул стену ангара. Свет и холодный морской воздух хлынули в открывшийся вход. Люк легко запрыгнул в кабину и захлопнул фонарь. Чтобы вывести корабль из ангара, Люк представил в своем разуме, как истребитель легко выскальзывает и поднимается в воздух. Когда он это представил, это и произошло. R7 запищал, что поднимать корабль, не включая двигатели, очень опасно.
– Включить двигатели.
Люк поднялся в воздух по широкой спирали, и, пролетая над скалами, заметил корабль Акейны – старинный «Верпин», стоящий в сотне метров от обрыва.
«Неужели я не услышал, как она садится?».
Корабль доимперской конструкции, вытянутый дизайн корпуса, реактивные двигатели для полета в атмосфере. Он вспомнил, как Лейя сказала когда-то: «Ты прилетел сюда на этой штуке? Тогда ты храбрее, чем я думала». Это было на борту Звезды Смерти – когда они в первый раз встретились, и он не знал, что Лейя – его сестра.
Как давно это было… Люк направил Е-истребитель к центру города. Он не видел Акейну, когда она наблюдала за его взлетом из башни, взглядом, полным надежды.
Лейя неожиданно встала с постели, разбудив Хэна. Он недовольно пробормотал:
– В чем дело, Лейя?..
– Он летит сюда, сейчас.
– Кто?!
– Люк.
– Откуда ты знаешь?
– Я чувствую.
Хэн улыбнулся.
– Надеюсь, он скоро будет здесь.
Лейя, казалось, его не слышала.
– Все, что я должна сделать – это сказать ему, что сегодня делали дети – это сразу даст ему материал для размышлений.
– Ты уверена, что он именно за этим сюда придет?
– Он сказал, что ему нужно поговорить со мной о семейных делах.
Хэну не хотелось, чтобы Лейя начала выяснять, где жил Люк все это время.
– Я не знаю, Лейя. Наши дети – это еще не вся ваша с ним семья. Скорее разговор пойдет о вашем отце.
– Почему ты так думаешь?
– По-моему, у Люка остались какие-то проблемы с этим.
Лейя решительно сказала:
– Не может быть, это глупо. Почему Люк должен чувствовать вину за то, что его отец был под контролем Императора и Темной Стороны? Люк простил отца на Эндоре. Ты был там и видел это.
Хэн нахмурился.
– Возможно, для Люка не все тут так просто. Да и несколько миллиардов разумных существ в Галактике все еще несчастны из-за вашего дорогого папочки.
Лейя завязала пояс бантом.
– Ты не должен напоминать мне об этом. Ведь это меня не хотят оставить в покое из-за отца, а не Люка. Это мне угрожают, обвиняют в том, что я хочу захватить власть, называют дочерью самого ужасного убийцы. И я это все терплю. Я уверена, что ты ошибаешься. Люк здесь не за этим. Он показался мне взволнованным и почти счастливым.
Хэн согласился.
– Возможно, ты и права. Куда ты собираешься?
– Я составила заметки о детях. Хочу их принести сюда и показать Люку, когда он придет.