Чтение онлайн

Устроившись поудобнее, я с удивлением рассматривала свои руки. Сразу стало понятно, почему они вдруг оказались в крови. Всё-таки Джейн местный "вампир", и её кожа отличается повышенной прочностью. Вот об неё я, похоже, и переломала себе ногти. Раны быстро затянулись и, глядя на небольшие аккуратные ноготки, сложно было поверить, что кровь на пальцах принадлежит мне.

Морщась, я осторожно отодрала два последних, едва державшихся ногтя, и несколько капелек свежей крови выступили на месте маленьких ранок.

– Больно?
– ласково спросил мой любимый, беря мои руки в свои ладони.

– Нет, - тихо ответила я, словно завороженная наблюдая, как Эдвард подносит мою руку к губам и, слегка подув на быстро заживающие царапины, по очереди целует каждый окровавленный пальчик, но когда он дошёл до свежей капли крови, я не выдержала и выдернула руку.

– Что-то не так?
– спросил он, видя моё легкую панику.

– Моя кровь, - судорожно подбирая слова, пыталась я оправдать свои действия.
– Помнишь, как она отреагировала на яд новорождённых? Ещё не известно, как она скажется на тебе, а я не хочу, чтобы с тобой что-то случилось.

Это была чистая правда, от одной мысли, к чему может привести контакт крови Повелителя с ядом в горле любимого, мне становилось нехорошо. Но одновременно с этим на первое место вышел совершенно другой страх. Когда-то давно я укусила Эдварда за руку, и ещё помню, к чему это привело. Не то чтобы мысль о помолвке и следующем за ней единением душ, вызывало во мне отторжение, но на этот раз я не хочу, чтобы нечто подобное происходило без его ведома.

– Мне не верится, что что-то может произойти, - пожал плечами мой собеседник, но развивать тему не стал.

– Прости, - опустила я глава.
– Возможно, это просто мои благоприобретённые тараканы.

– А что произошло у вас?
– сменил тему Избранный.
– Как вы оказались в Ла-Пуш?

– Помнишь видение Эллис?
– я закусила губу от нарастающего чувства вины за мои незаслуженные обвинения в адрес пифии, и, получив утвердительный кивок, описала события сегодняшнего дня, начиная с появления в ресторанчике Форкса бездушницы Джозефа Рейнела.

– Первый раз мы с тобой видели её по дороги из Ричланда.

– Ты тогда странно на неё отреагировала. Да и она тоже, - усмехнулся мой любимый.
– При виде тебя, её мысли мгновенно превратились в кашу из образов, и я не смог увидеть в них ничего, что могло бы пригодиться нам сегодня.

– Всё верно, как и мои. Только вот мотивы у нас разные, - мне, в отличие от Эдварда, было не до смеха.
– У меня включился инстинкт самосохранения, а у неё жажда уничтожить то, чего она в своё время была лишена.

– Она могла что-то сделать тебе?
– запоздало встревожился мой возлюбленный.

– Вполне, - изобразила я показное равнодушие.
– Например, поцеловать тебя. Этого было бы достаточно для разрыва нашей связи и моей смерти.

– Столько ненависти?
– поразился Избранный.
– Но из-за чего?

– Они такие по своей сути, - нехотя пояснила я.
– Бездушницы - это невесты, лишенные связи со своим Избранным, а вместе с ней и прочих чувств, эмоций, желаний. Красивая, сильная, но пустая оболочка, все, что осталось от когда-то жизнерадостных девочек.

Рассказ не доставлял мне удовольствия, но смысла скрывать информацию тем более не было. По-хорошему, следовало бы рассказать подробности всем Калленам, но я логично рассудила, что Эдвард вполне справится с этой задачей.

– Тогда что же заставляет их подчиняться лже-покровителям?
– уточнил он.

– Обряд на крови, - с тяжелым вздохом отозвалась я, опять же внеся некоторую ясность, но, не стремясь углубляться в детали. (От автора: пересказала слова Демиана из бонуса).

– Теперь для бездушниц ничего не изменить? Ведь они не по своей воле стали такими.

– Разве что убить.

– Убить? Не слишком ли кардинально?

– Они не живут, а существуют, и в этом существовании нет никакого смысла, что собственно и приводит к повышенной агрессии. Ни одно разумное существо не может быть в одиночестве, не чувствовать любви своих близких. А именно к этому сводится жизнь этих девочек. При этом они даже мечтать не способны, надеяться. Только повиноваться приказам. Каждая из них, в сущности, желает, чтобы её именно убили. Говорят, что в таком случае нить восстановится, и в следующей жизни будет шанс всё-таки найти Избранного, а значит, наконец-то почувствовать, что такое счастье.

– Ты так говоришь о них, словно не просто прочитала чужие мысли, а наблюдала собственными глазами?

– В какой-то степени я тоже бездушница, - я всего лишь пожала плечами, но в следующую секунду Эдвард оказался настолько близко, что мне некуда было отвести от него глаза. Да и сделать это не представлялось возможным - прижав к себе, он поднял мой подбородок, и я встретилась с его ошеломлённым взглядом.

– Тогда... в лесу...- от волнения его голос стал хриплым, но даже пары слов было достаточно, чтобы понять смысл вопроса.

– Нет, - виновато улыбнулась я, и, качнув головой, уткнулась лбом в его плечо, всем своим видом показывая, что не желаю высвобождаться из его объятий.
– Никто не рвал соединяющую нас нить. Ни тогда, ни потом. Я не допустила бы этого.

– Тогда почему ты причисляешь себя к бездушницам?
– поглаживая мою спину, спросил он с нотками боли в голосе.

– Я два года жила без тебя, словно без души, - прошептала я, не желая раскрывать истинный масштаб произошедшего в первые полгода после нашей разлуки.

– Думаю, я понимаю, о чём ты, - прошептал он.

Для храбрости задержав дыхание, я наконец-то осмелилась поднять глаза на сжимающего меня в объятьях юношу. Наши глаза встретились, и я утонула в отражении той же невысказанной нежности и любви, переполняющейся и меня саму.

– Так больше не будет?
– с надеждой спросила я.

– Я не позволю, - тихо отозвался Эдвард.

Он аккуратно опустил меня на куртку и навис сверху. Наши губы встретились, и мир перестал существовать. Все те чувства, которые томились в нас на протяжении двух лет разлуки, понемногу выходили на поверхность, но их оказалось слишком много, чтобы выплеснуться за последние несколько недель. Растворившись в объятьях Избранного, я забыла обо всём на свете, а когда на секунду отрыла глаза, заметила, что лес вокруг нас потемнел. Мы, конечно, увлеклись, но не настолько же, чтобы минуты побежали быстрее секунд.

Нехотя оторвавшись от любимого, я взглянула вверх. Сильный ветер сгибал стволы деревьев, а гонимые им тучи со всех сторон стекались в направлении океанского побережья. Сталкиваясь по дороге, они образовывали молнии, красивейшими узорами преображая черное небо. Всё это происходила настолько низко, что казалось, можно подпрыгнуть повыше, и вытянутая рука прикоснётся к губящейся серой массе.

По моему лицу расплылась мечтательная улыбка, а Эдвард крепко сжал мою руку. Мы оба понимали, что это магическое действо, но, в отличие от Избранного, я точно знала, что оно не несёт в себе ни боли, ни зла, которым два года назад наполнила ураган я.