Чтение онлайн

– Но это скорее боль, а не ненависть, – сказала вдруг девушка. – Ничего, я помогу тебе.

Кина решилась и полетела прямо на духа. Тот, видя, что добыча сама летит к нему, открыл свою гигантскую пасть, и Кина, не моргнув глазом, попала прямо внутрь кита.

– Что это она делает?! – растерянно переглянулись маги, и только Ногаре невозмутимо заметил:

– Но это и правда самый быстрый способ.

– Ну да, но…

Кина оказалась внутри кита, и теперь она поняла, что ей нужно делать. Черные полосы тянулись вдоль всего тела духа, причиняя ему боль. Двигаясь влед за этими бороздами, Кина добралась до желудка духа, где пульсировал огромный черный комок.

– Ага, вот оно, – и Небесная хранительница достала меч. – Пусть это и не один из Небесных клинков, но, уверена, мне и моего рилтокорского меча хватит, чтобы разобраться с этой гадостью.

И она вонзила меч в черный клубок.

Ослепительное сияние залило окрестности

– Великие силы, у нее получилось! – с ликованием воскликнула Виргата и тут же почувствовала, как кто-то схватил ее за руку.

Как мы помним, маги и Ногаре собрались почти у самой кромки воды, а Виргата так и вовсе стояла прямо над озером.

И потому, когда из воды потянулись черные щупальца, напоминавшие оживших водорослей, принцессе досталось первой.

Но Виргата не растерялась – она тотчас же обрубила черные щупальца серебристым клинком, который она призвала на помощь.

– Фу, что это еще за мерзость из воды полезла?.. – с отвращением произнесла она.

– Я бы сказала, что тот сгусток темной энергии, что скрыт в ките и который сейчас уничтожила Кина, не единственнный тут. И теперь они все ожили, – обеспокоенно ответил Рисеми.

И в самом деле, со всех сторон к ним уже тянулись черные змеи.

– Да это все ерунда, – бодро заметил Ногаре, разрубая сразу несколько змей мечом.

– Кине тоже могут помешать, – сказал Клеодо, глядя на взмывшего в воздух кита.

– Я помогу ей, – решительно заявила Виргата.

Кине между тем удалось разделаться с тем черным сгустком, что заразил светлого духа. С облегчением она убедилась в том, что успели они как раз вовремя – еще немного, и его нельзя было бы спасти.

Пошел дождь, смывая остатки илистой грязи, и кит, служитель и друг Орианды, смог, наконец, взлететь. Кина полетела вслед за ним.

Дух должен был вернуться в небо, но, как и всегда, все пошло не так, как должно.

Те же черные змеи, напавшие на Клеодо и остальных, потянулись и к киту, стремясь затянуть его обратно.

– Так мы тебе и позволим! – в один голос вскричали Кина и Виргата.

Небесная хранительница бросилась к черным плетям, которые, казалось, обладали собственным разумом. Кина призвала на помощь небесную молнию, и ее меч сверкнул золотистым огнем. Почти все змеи рассыпались, будто сожженные этим пламенем, но несколько все-таки остались висеть на ките.

Кит же, и так довольно настрадавшийся, лишь бессильно мотал огромной мордой, надеясь избавиться от своих мучителей.

– Ну, ничего, сейчас… – и Виргата зашла в воду по колено, балансируя на краю лестницы. Сложив ладони, словно в молитве, она прошептала:

– О, мать дождей, Орианда, не позволяй этой тьме прикоснуться к тебе, молю, откликнись на мой зов!

И в это миг вся вода, что покрыла площадь и королевский дворец, закручиваясь гигантской спиралью, поднялась в воздух, обнажив уродливый клубок черных щупалец, шевелящийся на земле.

– Вот это и есть причина всего! – с любопытсвом, к которому примешивалось и отвращение, воскликнул Клеодо.

– Ваше величество, обратите воду копьем, и она уничтожит эту тварь, – подсказал Рисеми.

– Да, но Кину-то может задеть, – произнес Ногаре.

– Не волнутсь, я поднимусь повыше, только и всего, – крикнула в ответ Кина.

– Возвращайся, Виргата, – и король взял свою дочь за руку, выводя ее из воды.

Девушка побледнела, и на лбу ее выступили капельки пота – она призвала одного из Великих духов, а это было нелегко и для Высшего мага.

Вода приняла форму сияющего копья и обрушилась прямо на черную тварь. Это напоминало чудовищный взрыв. И Клеодо, и принцесса, и Рисеми не рассчитали, какова бдет сила отдачи магии, и могли бы пострадать, но, к счастью, Кина помогла им, окружив друзей барьером.

Сверкающий, словно алмазная крошка, дождь, смыл остатки темной энергии, а огромный кит, купаясь на солнце, проглянушем сквозь облака, махнул на прощанье хвостом и исчез в лазоревой выси.

Кина вернулась на землю, и Виргата, хотя и потеряла много сил, с улыбкой повернулась к отцу и сказала:

– Вот, господа мои, яркое доказательство того, что волшебниц, а тем более Великих духов, лучше не злить.

– Да уж, подумать только, что сама Орианда явилась сюда. Ведь такую массу воды бы мы не сдвинули с места, – с благоговейным трепетом пробормотал Рисеми.

– Да-да… Но откуда взялись эти черные змеи? Неужели это мы разбудили их свои присутствием? – спросил Клеодо.

– Нет, я думаю, это сделал тот же, кто столкнул меня в воду, – сказала вдруг Кина.

– Так здесь был кто-то еще? – спросила Виргата удивленно. – Я никого не почувствовала…

– А мы-то подумали, чего это ты вдруг полезла в воду, – сказал Ногаре с нервным смешком.

– Ну, спасибо, ребята…

– Это и не удивительно, учитывая, сколько мы всего повидали. Кто-то целенаправленно вредит нам, – произнес Клеодо, глубоко задумываясь о чем-то.

– Да, и самое противное в том, что мы до сих пор ничего о нем не знаем, – с досадой махнула рукой принцесса.

– Как бы то ни было, нам больше нечего здесь делать, – распорядился Клеодо. – Вернемся в лагерь, тем более, что погода, похоже, наконец-то наладилась.

Он был прав: небо расчистилось, и над бывшей столицей сияло множество великолепных радуг, словно Орианда пыталась таким образом отблагодарить их за спасение духа-кита.

Глава 9.

Шумная обитель магов

Спустя несколько дней всех жителей Брина наконец удалось расселить по окрестным городам и деревням, так что лагерь был свернут, а Клеодо и Виргата прибыли в Ниерт. Этот город, который был таким же большим, как и Брин, был объявлен на неопределенный срок столицей Аскарии. Там их встретила едва не сошедшая с ума от беспокойства королева Доротея, а также прехавший в город генерал Дарджелин. Сразу бросалось в глаза, что командующий армией Аскарии находился в самом скверном настроении.