Чтение онлайн

– Тармиш доволен ингредиентами. Как я и обещал, ты получишь дополнительный урок.

Прошло всего пять дней, и метка поручителя пропала. За это время я погибал много раз, но ни разу на меня не нападали другие игроки. Учитель и Тармиш знали о пропажи метки заранее, и никак не отреагировали, а вот лавочники отказались продавать товар, благо я успел купить вещи на зиму. В следующие три дня во все стороны свалки тянулись сотни повозок с ремесленниками, сборщиками и переработчиками. Квартал касты воинов ушел вместе с торговцами, взяв их под охрану. Со слов учителя, каждый планетарный год, за день до начал зимы, население поселка уменьшается в шесть раз. Большая часть населения приезжает сюда на заработки в теплое время года. На зимовку остаются только те, кто согласился следить за поселком, дабы он не стал заброшенным. Половина детей из класса Лаорси, уехала с родителями в их родное Папилио. Кузнец, целительница и Корвус остались на свалке. Я провожал Ашура, смотря, как он грузит в повозки вещи касты воинов. Его отец смог меня заметить даже в толпе, но нападать не стал. Жуткий тип!

С каждым днем холодало все сильнее, дожди усиливались, сильные ветра переходили в бури. Игроки, оставшиеся зимовать, спешно укрепляли дома. Тармиш построил вокруг всего дома теплицу, чтобы сохранить микроклимат, необходимый выращивания местных растений. Вокруг самой теплицы по самую крышу дома был навален строительный мусор. Таким образом алхимик экономил затраты энергии на поддержание нужной температуры. Только так он мог в одиночку своими скупыми силами поддерживать работу алхимической лаборатории и магазина. Солнечный свет ему в зимнее время вообще не нужен.

Корвус обрабатывал нового игрока, бросая в мою сторону гневные взгляды. Полагаю, по условиям контракта он не может покинуть поселок до выполнения прописанных условий. Этот игрок - его последний шанс выйти в большой мир до начала сильных морозов.

С началом зимы и уменьшением класса учитель стал больше времени уделять обучению. Мы закончили учить словарный запас языка Гонфу, который используется в Папилио Куири и Предикатов. И перешли к предложениям и грамматическим конструкциям. Используя скопившиеся выходные на работе в “Сталинке” ходил на дополнительные занятия. У куири была десятидневная неделя и два выходных. Но учитель использовал время для отдыха, чтобы подтянуть знания отстающих учеников. К их числу был отнесен и я, таким образом, сокращая разрыв в знаниях между мной и детьми, учащимися у Лаорси. В какой-то момент я четко понял, что мне очень нравится учиться.

***

Интерлюдия. Потерянное поколение.

Родиться в очень богатой семье - мечта многих детей. Красавица мама, образцовый отец, которого уважает вся округа. Старший брат Мебиус - звезда спорта, нет отбоя от девушек, готов помочь по любому вопросу. А еще пять мужиков, которые выглядят старше отца. Они тоже братья, причем, каждый из них успешный бизнесмен, сильный лидер и член совета правления корпорацией Рейхенбах.

Вот только мало кто знает, что вся корпорация повязана на нелегальных поставках оружия, пиратских разбоях, подпольных клиниках, проституции и нелегальной добыче полезных ископаемых, производстве запрещенных товаров и торговле списанной техникой. Мне “повезло” родиться в этой семье, и узнать всю подпольную кухню, еще до того, как мне исполнилось десять. Отец брал меня на переговоры, встречи, публичные наказания провинившихся работников, учил быть лидером, вести людей за собой. Он говорил, что если Лунар - свет, который ведет человечество к процветанию, то Рейхенбах - это темная сторона человечества, которая будет им во всем помогать. Отец никогда не контактировал с лунарцами, но верил в их идею и занимался только подпольными делами. Большинство мужчин семьи Рейзенбах занимались только легальными делами, прикрывая отца, деда и прадеда, которые и вели всю подпольную деятельность.

Родамин Рейзенбах, председатель совета директоров, владелец контрольного пакета акций всех компаний, входящих в корпорацию, занимался такими делами, от которых у обычного человека волосы дыбом встают. Старшие браться занимались управлением всех официальных компаний, в то время как отец проворачивал темные делишки. Подпольные клинки по кибернетизации тела, верфи для переделки гражданских судов в боевые пиратские корабли, торговля списанным оружием, нелегальная добыча и переработка сырья с астероидов и спутников планет - это самые мирные дела, которыми занимались семьи Рейзенбах.

В Папилио человечества есть ряд кланов, которые использовались для поддержания постоянной войны между странами. Война всегда приносит деньги третьей стороне, где все были представители семьи Рейзенбах. Да, их влияние на общей политической арене минимально, но даже эта мелочь приносит баснословные прибыли. Оружие, наемники, транспортировка ресурсов и живой рабочей силы – девиз семьи Рейзенбах: “Что угодно-за ваши деньги”. Это не пустые слова, а принцип, по которому действует весь управляющий костяк. Самым ярким доказательством работоспособности своего девиза, Рейзенбах считают создание государства Гар на территории трех уничтоженных королевств. Это первое и единственное государство, созданное игроками в Папилио человечества.

С самого детства на меня возлагали большие надежды. Репетиторы, наставник по фехтованию и магии, знакомство с первыми лицами государств Папилио, архимаг Лойд на каждом моем дне рождения. Даже пара Охотников водилась в знакомых у отца.

Когда начался переходный период и гормоны вступили в полную силу, начались метаморфозы. Когда мне было шестнадцать, проснувшись однажды утром, я понял, что организм окончательно изменился. Голос понизился, но остался мужским. В промежности между пенисом и задницей появилось еще одно отверстие. За два месяца до семнадцатилетия я стал гермафродитом.

Для отца, братьев, деда и даже прадеда произошедшая трансформация не стала неожиданностью. Мои передвижения и контакты с внешним миром резко ограничили. Приглашения на приемы перехватывали до получения, отсылая обратно под предлогом плохого самочувствия.

К счастью на момент трансформации сексуальный опыт у меня уже был, и со своей ориентацией я четко определился. Но после появления лишнего отверстия в моем теле первая же девушка обозвала меня уродом и выбежала из комнаты. Это был самый страшный удар по моей и без того расшатанной психике.

Вернувшись в Папилио понял, что может быть еще хуже. Тело игрового персонажа начало распадаться на куски, стекала кожа, отваливались мышцы, а за ними и кости. Персонаж умирал раз-за-разом, и никакая магия не помогала. Для отца и это не стало новостью. Игровой аккаунт был удален, тестамент (духовное наследие) был предварительно почищен, насколько это было возможно. Все приобретенные способности и дары были удалены. Со всеми людьми, знавшими меня лично, была проведена беседа о причинах моего исчезновения. А на следующий день на одном из новостных сайтов, появилась новость о смерти Питтакаля Рейзенбаха, отпрыске семьи Рейзенбах. Не прошло и часа, как телохранители доставили меня в одну из закрытых детский клиник в колонии Нолан, которые курировал отец. Для всех, кто меня знал, я умер в обоих мирах.

Перевод в клинику и имитация смерти говорили о том, что отец намерен действовать решительно. Он без каких-либо сомнений убьет меня, если это будет необходимо для процветания семьи. О смерти матери я узнал через неделю из заголовка в газете. Зная отца, можно с уверенностью сказать, что именно он приложил к этому свою руку. Мой наследственный гермафродитизм должен остаться в тайне ото всех. Но я точно знаю, что отец и братья нормальные, то есть они самые обычные мужики. Кто-то умнее, кто-то сильнее, кто-то выносливее. Каждый из них в чем-то одарен, но все они нормальные люди. Проверив новости последних пятидесяти лет узнал, что в семье Рейзенбах было много странных смертей. Если бы все дети моего отца выжили, то у меня было бы десять, а не семь братьев. В семье Рейзенбах рождаются только мальчики, и кажется, это не простое совпадение.

За неделю жизни в клинике я четко осознал, что других “неудачных” детей семьи Рейзенбах нет в живых. Уверен, отец смотрит все мои поисковые запросы, проверяя ход моих мыслей. По логике вещей, жить мне осталось не долго, но умирать я не собираюсь. Единственным каналом связи с внешним миром стала медкапсула, установленная в моей одиночной палате.

Расшатанные нервы привели к обострению органов чувств. Я стал слышать, видеть, осязать и чувствовать запахи в два раза сильнее. С каждым днем чувствительность прогрессировала. Сейчас, вне медкапсулы, я могу находиться не больше четырех часов.