Чтение онлайн

А почему не обезьяны?

Чем люди лучше? Хотя нет. Тут имеет особый вес даже не вопрос, а вполне резонное утверждение – люди ведь хуже обезьян. Так какого черта людей предпочли обезьянам?

Единственное, что требуется от любого узника – дергать за рычаги и получать за это вознаграждение. Тут много мозгов не требуется. А если судить под требуемую цель, то для регулярного дерганья рычагов я считаю обезьян даже слишком умными.

Взять скажем для начала сотню молодых шимпанзе, рассадить по клеткам с рычагами и они быстро разберутся что и как. Затем можно расселять по крестам и брать следующих на обучение.

Так почему мы, а не обезьяны? Да и на других планетах почти наверняка в наличии найдется немало видов приматов – раз уж они есть на Земле, а все встреченные мной человеческие виды столь похожи внешне.

Обезьяны куда выгоднее для тюремщиков. Они не станут плести заговоры, не будут бояться дергать за третий орудийный рычаг и их вполне можно посадить в каждый крест небольшой группой. Если там будет несколько фертильных особей, то вскоре в кресте родится новое поколение – и уже собственные родители обучат их великому священнодействию с рычагами. Тогда крест превратится в условно автономный мирок с собственным населением и наградной системой обеспечения питанием. Не надо никого освобождать за сорок лет. Сплошные достоинства и никаких недостатков.

Хотя стоп…

Едва подумал о достоинствах, как прорва мелких, но досадных негативных мелочей обрушилась на мой разум инопланетного изобретателя велосипеда.

Я мыслил слишком высоко и глубоко. А порой надо «поскрести» мозгом по самой поверхности и сразу получишь кучу правильных ответов.

Вряд ли те же обезьяны станут разрубать и выбрасывать мертвые тела сквозь решетку туалета.

А будут ли они по назначению пользоваться самим туалетом, не гадя при этом внутри жилой зоны?

Смогут ли шимпанзе самостоятельно оказать себе первую медицинскую помощь в случае травмы или болезни?

Что насчет ментальной стойкости в условиях замкнутого каменного мешка?

Ну и один из самых возможно главных резонов я озвучил вместо приветствия сразу же, как только въехавший в подсвеченные зеленым ворота вездеход остановился на площадке рядом с парой других машин. Я озвучил его, пожимая руку высокому старику в длинном меховом пальто и высокой шапке:

– Обезьян мало, а вот людей как грязи. И их пропажи никто не заметит.

Старик удивленно на меня уставился:

– Чего?

– День добрый – улыбнулся я и радушно показал на открытую дверь салона – Прошу. Можно начинать модернизацию.

– Я Виккентий.

– Иноккентий?

– Виккентий! – сердито поправил меня старик – Виккентий Маралов. Старший над автомастерской и гаражом.

– Охотник – представил и я.

– Да наслышан уже – на этот раз в его голосе звучало одобрение – Чайку выпьешь крепкого? Только учти – он здешний до последней травинки. Я своей теории не изменю и точка!

– И что за теория? – с искренним интересом спросил я.

– А теория проста – раз мы теперь здешние, то и потреблять должны только и только здешнее! – отрезал старик, сердито сверкнув глазами – Организмы наши постоянство любят!

– Чай буду – кивнул я, косясь на пугающе знакомую стеклянную клетушку у одной из стен рядом с внутренней дверью – Офис ваш?

– Кабинет! – чеканной категоричности в голосе Виккентия резко прибавилось – Рабочий кабинет и никак иначе. Проходи, Охотник, проходи. Нам так и так познакомиться поближе надо – раз уж вместе отправляемся.

– Хм… – я невольно остановился и покачал головой, глядя на крепкого старика – Мы с Михаилом Даниловичем не так догова…

– А мне плевать, о чем вы теоретики там теоретизируете! – буркнул Виккентий, даже и не подумав придержать шаг – Вездеходы здешние тоже ломаются. Шестерни встанут посреди снежной пустыни – что делать станешь, Охотник?

– Эм…

– Починишь здешний движок? Трубу стальную наспех залатать сможешь? С проводкой жильной разберешься?

– Эм…

– Заходи. Да дверь за собой прикрой – подытожил старик, первым входя в свой «рабочий кабинет и точка» – Обговорим детали…

– Обговорим – произнес я куда более мирным и тихим голосом.

За секунду до этого сказавшаяся усталость и банальный голод заставили меня вспылить. Я называл это ощущение «голодной сварливостью», когда любая даже самая мелкая причина становится поводом для вспыльчивой грубости. Я вовремя спохватился и сделал себе мысленный выговор. Давненько со мной такого не случалось – последний раз дней за пять до того, как я получил толчок в спину и угодил в летающую тюремную камеру. Но тогда причиной было больше похмелье, чем голод.

Стянув куртку, я поймал взглядом указующий кивок владельца помещения, повернулся к углу и… удивленно замер, пораженно хлопая глазами. В углу высилась высокая напольная металлическая вешалка. Стойка, идущие кругом в два этажа металлические крюки, способные выдержать даже самую тяжелую одежду. Но меня впечатлило другое – вешалка была очень изящной и даже вычурной. А еще она блестела золотом.

– Позолоченная бронза – усмехнулся понявший мое удивление Виккентий – Стиль Людовика какого-то. Выкована уже безымянным русским умельцем где-то в середине девятнадцатого века. Там внизу табличка приварена – уже позднее. Написано про девятнадцатый век и стиль.

– А здесь-то как она оказалась? – задумчиво спросил я, силясь представить себе ситуацию, в которой кто-то мог держать в руках явно тяжелую конструкцию и его в этот момент толкают скажем в спину…

Стоп…

Это я вполне легко себе смог представить. Воображение тут же нарисовало какой-то музейный склад, заставленный ящиками и такими вот вешалками. Человека в сером или зеленом рабочем халате, собирающегося вынести вешалку в зал или просто перенести в угол. Тут его толкают в спину, он делает единственный роковой шаг и… Дальше понятно. Да по-другому и быть не могло – разве что вместо музея вешалка стояла в квартире какого-нибудь ответственного партийного работника.

Но вот чего не мог нарисовать мой усталый разум просто никак, так это столь невероятную картину, как скажем восьмидесятилетний старец отсидевший свой срок натягивает лямки рюкзака и… хватает дорогую его сердцу тяжеленную и крайне неудобно в переноске напольную вешалку, чтобы тащить ее на себе через сугробы и торосы. Это уже бред.

– Найдена давным-давно в руинах разбившегося креста – пояснил Виккентий и все разом встало на свои места – Я был в той экспедиции. Нашли немало полезного для Бункера. Ну и вешалку я прихватил – в волокуше места всегда хватает. Сам ее видишь.