Чтение онлайн

— Часа полтора… или два — слегка запнувшись, неуверенно ответила Далида — по расчетам где-то так. Если я не ошиблась в этих самых расчетах.

— Ты тут бывала когда-нибудь? — осторожно осведомился чернокожий.

— Да. Но давно. По молодости частенько тут ходила. Я люблю все необычное, странное. Разве ты не заметил?

— Заметил — улыбнулся Васаба, и неожиданно добавил — поедешь со мной в мое королевство? Ты будешь моей королевой! По твоему приказу тысячи воинов будут бросаться в бой и умирать, славя твое имя!

— У тебя много жен? Мне придется их убить — Далида улыбнулась, и пощупав стенку тоннеля, выдолбленного в белом камне, свернула вправо, туда, откуда тянуло холодным сквозняком — я не потерплю рядом с тобой конкуренток!

— Много жен! Очень много! Я отдам их тебе — убивай! У нас есть алтарь богини плодородия — там лучше всего приносить их в жертву. И тебе хорошо, и богине приятно! Дождь даст, урожай даст. Я же должен заботиться о моем народе, правда?

— Правда.

Далида помолчала, потом прыснула со смеху:

— Что, правда отдашь мне их на заклание? Всех своих жен?

— Правда — немного сердито ответил Васаба — ты что думаешь, я шучу? Я всех своих жен убью по твоему приказу, только скажи, любовь моя!

— Ух… зверь! — рука женщины ласково обняла любовника за пояс и ее глаза увлажнились — я хочу, чтобы ты бросил к моим ногам все королевство! А я буду вытирать об него ноги!

— Сделаю! Все королевство! Все твое! — довольно кивнул Васаба — вот выберемся, и я попрошу Неда отправить нас ко мне домой. Полетишь?

— Я…

— Госпожа! Госпожа! — Шессель прошел вперед и Далида осеклась — лицо начальника охраны было мрачным и у женщины почему-то по спине прошел холодок. Глаза охранника были расширены, как будто он увидал что-то из ряда вон выходящее.

— Преследование? Что случилось? Вы чего так взволнованы?

— Вам надо это видеть — кивнул Шессель — пойдемте.

Они прошли мимо ряда застывших охранников, женщин, с надеждой проводивших взглядом своих предводителей и остановились в конце колонны, возле группы охранников, разглядывающих что-то на полу тоннеля. Далида просунулась мимо людей, раздвинув их плечом, и оказалась стоящей над молодым парнем в кольчуге и без шлема — он был без сознания, или мертв, и лицо его опутывало что-то вроде паутины — липкой, толстой, такой, что ее невозможно порвать рукой. Далида попробовала эту паутину пальцем, и палец откликнулся неприятным жжением, онемел. Женщина тут же стала вытирать его о стену тоннеля, стирая липкую жидкость — паутина была ядовита!

— Он мертв? — спросила Далида, со страхом вглядываясь во тьму тоннелей.

— Можно считать — да. Не дышит. Госпожа, что это такое? Вы знаете?

— Нет. Так же, как и вы. Раньше такого не было. Возможно, что эта тварь поднялась из глубины, с нижних уровней. Тут их много, уровней этих, и никто не знает — сколько. Я читала, что на нижних уровнях живут древние чудовища, недоступные разумению людей. Но никогда с ними не встречалась. Он один пострадал?

— Нет. Пропали еще трое. Шли последними. Когда на него напали — успел вскрикнуть, товарищи услышали. Бросились к нему — но поздно.

— А что заметили? Видели кого-нибудь?

— Что-то видели, но что — никто сказать не может. Какая-то тень — мелькнула, рраз — и нет ее. Сколько нам еще идти, госпожа? Люди боятся.

— Часа полтора — два — Далида посмотрела в мутные глаза парня, потом перевела взгляд на Шесселя, и спросила — что с ним будем делать?

— А что мы можем… здесь оставим. К нему опасно прикасаться, он считай что мертв. Не тащить же его с собой, и кроме того…

Шессель не успел договорить — в тоннеле сбоку что-то застрекотало, и оттуда вышло существо каких люди не видели никогда — оно было похоже на гигантскую многоножку — розовое членистое тело, бронированная хитиновая голова с красными здоровенными жвалами, покрытые волосками ноги, заканчивающиеся когтями, а сзади — длинный, упругий хвост, на конце которого виднелся шип, влажно поблескивающий в свете факелов и магического фонаря. Глазки чудовища маленькие, размером с орех, в отличие от тела, толщиной превышающего человеческое. Голова крупная, похожая на голову гигантского муравья, и усики на голове беспрерывно шевелились, будто ощупывая воздух тоннеля.

— О боги! Откуда эта тварь вылезла, из какой преисподней?! — ахнул один из охранников и медленно потянул из ножен меч, одновременно прикрываясь круглым щитом. Его примеру последовали и остальные охранники, Васаба же оттолкнул себе за спину Далиду, и встал в боевую стойку с копьем, высоко подняв его над головой и направив наконечник — меч в сторону многоножки.

Существо защелкало челюстями, поводило антеннами, и вдруг выбросило из себя несколько петель паутины, накрывшей одного из парней, стоящих ближе у чудовищу. Тот успел прикрыться щитом, но часть паутины упало ему на волосы, схваченные сзади воинским хвостом, и те на глазах стали съеживаться, будто сжигаемые невидимым пламенем. Его сосед схватил пучок волос товарища и отхватил их почти под корень, бросив отрезанные волосы на пол.

— Не давать упасть паутине на вас! — скомандовал Шессель — отступаем! Уходим!

— Если нам дадут это сделать — проворчал парень справа от Васабы, и как будто услышав его слова, тварь рванулась вперед, начав атаку — молча, без стрекотни и лишних движений. Вот она — долю секунды назад стояла — и уже летит по воздуху, обрушиваясь на несчастного парня, которого многоножка избрала жертвой. Видимо было в нем что-то такое, что привлекло к себе внимание чудовища — может запах, может еще какие-то особенности. В любом случае — это было уже не важно. Тварь сбила парня с ног — весила она не меньше лошади по прикидкам Васабы — и молниеносным ударом вогнала в несчастного ядовитый шип, ударом хвоста пробив стальную кольчугу, как бумажную. Потом мелькнул в сторону и одним движением жвал оторвал руку другому охраннику, вырвав ее из плеча, будто бумажную.

Охранники шарахнулись назад, прикрывшись щитами, Васаба попятился, отталкивая спиной женщину, выхватившую из ножен свой кинжал, а потом дико завизжал и бросился вперед, вращая копьем так, что очертания копья сливались в туманный круг.

Первый удар пришелся в розовое тело чудовища, неприкрытое хитином — копье, сделанное из древнего металла, развалило бок гигантского насекомого, оставив в нем прореху, из которой брызнула пенящаяся желтая жидкость, пахнущая раздавленным жуком.

Второй удар отсек несколько волосатых ног чудовища, отчего оно завалилось на бок, защелкав жвалами.

Третий удар Васаба нанести не успел — длинный хвост стеганул, как плеть и ядовитый шип воткнулся чернокожему в плечо. Хвост содрогнулся, выталкивая из себя яд, парализующий тело жертвы, и чернокожий замедлился, будто засыпая.

Уже падая, Васаба неимоверным усилием воли поднял копье и воткнул его рядом с головой насекомого, пробив его насквозь и всем весом навалившись на древо, приколол его к полу, как булавкой. Существо забилось, пытаясь освободиться и раздирая свою плоть, но охранники уже навалились на него, рассекая мечами, разрывая на части, яростно крича, будто пытаясь отомстить за пережитые минуты ужаса. Через минуту от чудовища остались лишь клочки кожи, белого мяса, лужи вонючего скользкого содержимого брюха, да крупная голова, которая щелкая жвалами, не желая умирать и не веря, что все кончено.

Васаба лежал безмолвно, глядя в потолок остановившимися глазами, вытянувшись во весь свой громадный рост. Далида встала на колени, стерла с лица любовника слизь чудовища, кровь убитых охранников, забрызгавшую все вокруг и глухо сказала:

— Взять его с собой. Мы отнесем его в Черный город.

— Госпожа, он мертв… не дышит — попробовал возразить Шессель, но женщина, из глаз которой не пролилось ни слезинки, холодно, бесстрастно сказала:

— Вы хорошо меня расслышали? Никаких возражений! Мы берем его с собой и отнесем в Черный город. Там лучший лекарь которого я знаю — Гира. Вот когда она скажет,