Чтение онлайн

Лена снова стала дёргаться, пытаться изменить положение тела, как-то высвободить руки — всё было тщетно. От безысходности она снова разрыдалась и вдруг почувствовала, что не в силах больше терпеть. Она уписалась, и ноги теперь размазывали по полу омерзительную лужу из масла, мочи и запекшейся крови. В крови были перемазаны скотч и батарея, вчера текло и из разбитого носа, и из пораненной руки; может, были и другие раны.

Омерзительно капал кран. Отчего-то именно этот звук раздражал её больше всего. Хотелось оторвать от стены проклятую батарею, дойти до кухни и закрыть наконец этот чёртов кран.

Кап-кап-кап-кап-кап-кап-кап-кап-кап-кап-кап-кап-кап-кап…

Этот звук был единственным, что сопровождало Лену следующие несколько часов. В горле совершенно пересохло, страшно хотелось пить, но даже разомкнуть замотанные скотчем губы не было никакой возможности. Толстый ленивый кот спрыгнул с дивана, посмотрел на неё, но подходить не стал и поплёлся на кухню. От нестерпимой жажды звук капающей воды становился особенно невыносимым. Кап-кап-кап…

Неожиданно из прихожей донесся звонок её сотового. В сумочке у входа заиграла прекрасная мелодия из японского аниме — самая лучшая музыка в мире. Лена встрепенулась: «Я не вышла на работу, меня станут искать: вот, звонят — меня найдут, спасут!». Но чуда не произошло. Телефон звонил всего пару раз, а затем перестал. И только ненавистный кран продолжал нарушать оглушающую тишину.

Она снова попыталась заснуть. Больше совершенно ничего не оставалось, но сон не приходил. Было холодно и противно. Очень хотелось пить, тело болело и затекло. Лена раз за разом пыталась хоть как-то переменить положение, но ничего не получалось. Время будто застыло в одной поре — в сером промозглом осеннем свете, когда утро и вечер нельзя различить.

Слабый свет успел ещё немного потускнеть, когда по квартире, как гром, разнёсся дверной звонок. Лена задёргалась судорожно, пытаясь создать какой-нибудь шум, привлечь к себе внимание, но дотянуться ни до чего не удавалось. Мелодия из прихожей прекратилась, и через секунду раздался звонок её сотового. Он звучал всего секунд десять-пятнадцать, а потом внезапно оборвался. Лена в последний раз отчаянно дёрнулась и сползла на пол, расслабленно выпрямив руки. Сил больше совсем не осталось.

Скрежет! До неё донёсся слабый скрежет металла. Кто-то неумело пытался провернуть ключ в замке! Его личинка была очень тугой, давно требовала смазки, но Серёже всегда было некогда, он-то проворачивал ключ без усилий, а на жалобы Лайки только усмехался. «Сейчас ключом двигает не муж! — пронеслось в голове у страдалицы.— Он кому-то отдал ключи!».

Послышался звук открывающейся двери, пара осторожных шагов и возглас:

— Лена, ты здесь? Есть кто-то дома? Ты ключи у меня забыла, я принесла. Лена?..

Ещё три робких шага — и в комнату заглянула Ксения, замерев на пороге от открывшейся жуткой картины. Спустя пять секунд она пришла в себя и бросилась на помощь подруге.

— Что с тобой, что? Кто это сделал? — испуганно бормотала она, пытаясь освободить лицо Лены от скотча. Через минуту её старания увенчались успехом, и Лайка с трудом прошептала.

— Забери меня!.. Помоги! Бежим скорее, он вернётся, бежим, бежим, спрячь меня, бежим, ой…

Ксения, ни слова не говоря, схватилась за нож и в два движения освободила её руки. Потревоженный порез снова закровоточил, но историчка не обратила на это внимания. Она подхватила подругу под мышки и помогла подняться, затем быстро увлекла за собой к выходу. Лена стояла, держась за стену и шатаясь от накатившей слабости, пока Ксения бросилась потрошить шкаф в прихожей. Она извлекла длинное пальто и резиновые сапоги, помогла Лайке попасть ногами в холодные голенища, набросила неё пальто, не заботясь о рукавах, и буквально вытолкнула на лестничную клетку. Сама подхватила Ленину сумочку и выскочила следом.

— Побежали ко мне,— шепнула она подруге, крепко обняв за плечи.— Побежали быстрей!

Ливень низвергался с небес непроницаемой стеной. Ксения раскрыла зонт, и они, прижавшись друг к другу, бежали под ним, не разбирая дороги. Пару раз спотыкались о бордюры, ноги разъезжались на скользкой глине дорожек, но всё равно быстро двигались вперёд, подгоняемые животным страхом. Улицы были пустынны, и на странную пару никто не обращал внимания, так что спустя двадцать минут они наконец оказались в комнате Ксении. Хозяйка осторожно уложила подругу на кровать и поспешно вернулась к двери, чтобы скорее закрыться на оба замка.

Глава 19. Добровольная ссылка

Ксения вернулась в комнату и замерла в нерешительности, не зная, что делать дальше. Лена на кровати куталась в плед и дрожала то ли от холода, то ли от страха. В комнате и правда было холодно, можно было включить электроплитку, но раньше Ксения опасалась это делать не столько из-за расходов за свет, сколько из слабости старой проводки. Теперь же выбирать не приходилось, и она включила на максимум обе конфорки. На двери и на полу остались кровавые следы, и хозяйка полезла в чемодан в поисках аптечки. Найдя необходимое, опустилась на кровать рядом с пострадавшей и участливо зашептала.

— Лена, покажи, где болит? Рука поранена? Дай посмотрю!

Та молча кивнула и протянула перепачканную в крови ладонь.

— Тебя бы помыть горячей водой, да укутать,— вслух размышляла Ксения, глядя на дрожащую Лену, которая никак не могла успокоиться и прийти в себя.— Кто это сделал?

— Муж,— коротко выдохнула Лена.

Ксения вздрогнула. Все последние десять минут она колебалась, решая — нужно ли звонить в полицию или нет. Почему-то ждала, что Лена об этом попросит, но теперь поняла, что этого не будет. В голове пронеслись воспоминания о собственном бесконечном полицейском допросе, по спине побежали мурашки, и она поспешила отвлечься, занявшись обработкой ран. Сначала тщательно промыла порез хлоргексидином, а затем перебинтовала, оставив свободными пальцы. Рана была не очень глубокой, но довольно длинной — из тех, что долго заживают из-за постоянного движения рукой.

— Полежи тихонько, я сейчас за водой сбегаю,— сказала Ксения, укутывая Лену вторым одеялом.— Сейчас всё будет хорошо.

Она принесла с кухни два ведра воды и поставила их на плитку. Вышла своеобразная батарея, которая лучше нагревала комнату. Потом Ксения притащила из коридора довольно обширное цинковое корыто, служившее хозяйке для стирки белья. Теперь острой надобности в нём не было: на кухне стояла автоматическая машинка, купленная в складчину и с чётким расписанием пользования всех жильцов. Ксения пользовалась ею только глубокой ночью, чтобы не спорить с соседями, стараясь делать это как можно реже. Всякую мелочь она стирала вручную в тазике, и задействовать корыто ей пока не доводилось. Наполнив ёмкость тёплой водой, она раздела Лайку и принялась, как ребенка, купать её в корыте, при этом осторожно осматривая и ощупывая повреждения.

— Похоже, ничего не сломано,— с улыбкой сказала она, вытирая гостью махровым полотенцем.— Я тебе сейчас чаю заварю травяного — попьёшь, согреешься.

Лена снова кивнула и, не одеваясь, закуталась в одеяло. Ксения помогла ей лечь поудобнее, включила чайник и занялась поисками чистой одежды. Это оказалось задачей непростой, поскольку гостья была более плотного телосложения, однако мешковатая ветровка и спортивные штаны вроде бы должны подойти. Щёлкнул выключившийся электрочайник, и Ксения поспешила заварить успокоительный травяной сбор, который и сама пила время от времени. Когда она обернулась к Лене, та уже заснула, завернувшись в одеяло, как в кокон,— словно гусеница, собравшаяся стать бабочкой. Хозяйка облегчённо вздохнула. «Сон — это как раз то, что ей сейчас нужно»,— подумала она и сама с удовольствием выпила успокоительный чай.

Сложившаяся ситуация её очень напугала, в том числе и непонятностью дальнейших действий. По идее, надо было вызвать полицию прямо к месту преступления, но кто его знает, как быстро они бы приехали и когда бы вернулся Ленин мучитель?.. Вызывать полицию сейчас тоже было страшно — непонятно, что им говорить и какие показания даст им Лена. Ксения чувствовала, что старый страх, от которого она так бежала, снова берет её за горло своими холодными пальцами. Нужно было срочно отвлечься хоть чем-нибудь, и она решила заняться приготовлением ужина. Ревизия запасов показала, что еды на двоих, пожалуй, не хватит. Будь Ксения одна, она бы обошлась и этим, но Лена наверняка очень проголодалась после всех потрясений, так что предстоял поход в магазин. Оставлять пострадавшую одну очень не хотелось, но Ксения решила, что успеет вернуться до её пробуждения. На всякий случай она оставила на столе записку, а дверь заперла снаружи на оба замка.