Чтение онлайн

— Я думаю, она нас не обманывала. Не знаю, как это объяснить, но я прямо почувствовала её облегчение после признаний. Мы с ней чем-то похожи: нам обеим тяжело врать. Если никто ничего не спрашивает — ещё нормально, можно молчать, игнорировать проблему. Типа не спросили — так вот я и не говорю. А вот если спросили прямо и ждут твоего ответа, тут уж соврать нет никаких сил. Вот бывают моменты, когда прямо тошно от вранья становится. Кругом все врут, по любому поводу — и близким, и далёким, и вообще!.. Кругом — одно враньё: начиная от рекламы на столбе и заканчивая параграфом в учебнике. Мне кажется, именно это она имела в виду, когда про свои верёвки рассказывала. Блин, не знаю, как это бы правильно сказать. Короче, она нас этим как бы связала. Даже не связала, а дала себя связать. Ну словами как бы… Чтобы мы были как этот… как его, Мастер. Ей нужны те, кому она могла бы довериться; повиснуть, короче. Расслабиться, что ли… Ну как-то так я думаю.

— Исповедь,— внезапно сказал Миша, любуясь профилем девушки.— Это как исповедь в храме. Нормальная проблема — выговорится; от этого людям становится легче. У тебя же тоже такая проблема, наверное, есть?

— Ну я с родителями разговариваю, они меня поддерживают во всём,— отозвалась Жанна.— Не то чтобы это прям проблема…

— Но нельзя же обо всём с родителями говорить,— возразил Миша.— Я тоже с мамой много общаюсь, но всего рассказать не могу. Вот ту же историю Ксении Олеговны ты им перескажешь?

— Нет, они же про неё меня не спросят. Промолчать можно: не спрашивают — я и не рассказываю. Это не моя тайна, она не сможет так давить, ну как своя, в общем. А врать я не могу, прямо вот физически тяжело, особенно на прямой вопрос,— сказала Жанна, доставая из кармана телефон.

— Ты меня любишь?

От неожиданности девушка выронила смартфон, и он едва не упал на асфальт дорожки. В последнюю секунду она резко сомкнула кроссовки и поймала стопами за мгновение до того, как он коснулся земли. Жанна обернулась и пронзительно посмотрела на парня. От этого взгляда в животе появился какой-то холодный комок, сердце снова бешено заколотилось, да так, что его удары отдавались в ушах. Жанна смотрела на него секунд сорок, он не отвёл взгляд.

— Сейчас — нет,— выдохнула девушка и нагнулась за телефоном.— Потом посмотрим.

«Вывернулась,— подумал Миша,— и ведь не скажешь, что соврала. Интересно, что бы детектор лжи показал, будь она к нему подключена?».

— Извини, я не удержался,— неуверенно произнёс он.— Просто давно хотел спросить.

— А ты? — резко спросила Ивова, снова уставившись ему прямо в глаза.— Ты меня любишь?

— Сейчас да, а там посмотрим.

— Какой хитрец! — ухмыльнулась девушка.— А что будет потом?

— Потом, может, астероид рухнет, и станет некому любить, да и некого даже,— ответил Миша.— И вообще это другой вопрос. Я точно знаю, что ты — самая невероятная из тех, кого я вообще встречал. Вот взять сегодняшний день. Я не то что из друзей — я из взрослых никого не знаю, кто был бы способен на такой дерзкий поступок!

— Дурацкий план! — возразила Жанна.— Я сама не знаю, что на меня нашло, как я на такое решилась. Ведь будь он в квартире не один — и нам пиздец, по-другому не скажешь. Прикинь, мы его вытолкали, а с кухни собутыльники,— ещё два тела,— вываливают: один с ножом, другой с табуреткой. Вот бы весело было!..

— Но ты же учитывала такой вариант?

— Я только у двери послушала, тихо там или нет, и всё.— отмахнулась Жанна.— Конечно, был второй баллончик, но гарантий никаких, да и действует гель не сразу. Ладно! Считай — я удачливая, но на этом всё не закончилось. Ты готов продолжать?

— С тобой — да! — уверенно сказал Миша.— Что надо делать?

— Отличный настрой,— улыбнулась Жанна.— Пойдём пока дальше, а то мне мама уже сообщения шлёт.

Миша вспомнил, что так и не включил свой телефон, но и сейчас не стал этого делать, хоть и испытал угрызения совести. Мать подумает, что он работает, и не станет переживать, а клиенты… фиг с ними, ради такой прогулки можно и бoльшим пожертвовать. Они снова зашагали рядом, и на сей раз Миша взял Жанну за руку, продолжая другой нести злополучную дверцу.

— Нельзя оставлять Елену Андреевну,— уверенно заявила Жанна.— Месяца два-три… а может, вообще полгода. Она может не выдержать и простить этого мудака. Я тебе не говорила, что это уже не впервые — и в первый раз она просто смолчала?

— Нет.

— Ну это вчера, в общем, было, когда я…— Жанна осеклась, вспомнив, о чём ещё говорила ей учительница вчера.— В общем, перед тем, как к тебе пришла, я же ещё раз там была. Мы чай пили и разговаривали. Короче, нам нужно и у неё дома бывать, и сопровождать её, если она куда выйти соберётся.

— Думаешь, он опять нападёт? — неуверенно начал Миша.

— Нет, скорее придёт извиняться и уговаривать,— предположила Жанна.— На дочку будет уповать и вообще. Проблема Лайки в том, что она слишком мягкая и добрая. Даже в школе строит из себя строгую, но стоит чуть надавить на жалость — и всё, она уже не может сказать «НЕТ».

— А нам-то что делать?

— Просто быть с нею и поддерживать. Я думаю, всё как-нибудь образуется. Главное — развод пережить и первое время привыкнуть. Надеюсь, и Ксения Олеговна нам поможет, она тоже нашла в Лайке родственную душу.

— Такой у тебя, значит, план…— задумчиво сказал Миша.

— Да не то чтобы план, просто…— Жанна замолчала, подбирая слова.— Просто я не могу по-другому. Вот вокруг столько всякой фигни творится, что вот мимо этой я просто не смогла пройти. Могу помочь, вот и вписалась. Кто-то кошек кормит по подворотням, а я вот так…

Они некоторое время шли молча, думая каждый о своём, но не разнимая рук. Миша всё равно пребывал в радостном расположении духа, реально чувствуя себя рыцарем, готовым броситься в битву ради спасения прекрасной дамы. Жанна чувствовала, что запуталась: слишком много всего произошло, теперь стоило успокоиться, «поиграть в кубик Рубика», разложить всё по полочкам и решить, как поступать в дальнейшем.

Так они и подошли к подъезду.

— Спасибо тебе за помощь, сама я бы не справилась.

Миша кивнул, не зная, что сказать, и нехотя отпустил её руку. Он ожидал, что сейчас сможет её поцеловать, но Жанна отпустила его руку и отступила на шаг:

— В школе — молчок, соблюдай осторожность, лишний раз со мной не говори. Завтра к часу идём сразу на квартиру, и лучше разными дорогами: я — напрямик, а ты — дворами, понял?

— Конечно,— разочарованно кивнул Миша.— В час — у Елены Андреевны.

— Если что — пиши,— подытожила отличница.— Коротко и по делу, я на связи! Пока!

— До свидания!

Отсутствие связи не стало для Миши критичным. Перезвонив только одной клиентке, понял, что её проблема заключалась в том, что кошка опрокинула на клавиатуру вазу с водой. Михаил пообещал на днях купить новую, принести вместе с чеком, и на этом закончил беседу. Мать тоже, конечно, беспокоилась, но он сказал, что уже идёт домой, а уж там всё объяснит.

— Ну и что ты хотел объяснить,— спросила она, изображая строгость, когда Миша переступил порог.