Чтение онлайн

— А мне тоже интересно,— неожиданно сказала Жанна.— Особенно хочу знать, почему бабка про эту Диану стала спрашивать. Может, это действительно как-то с нами связано. Вдруг тайна какая-нибудь.

— Детектив идёт по следу,— ухмыльнулась Ксения.— Включай, теперь и я заинтригована. Мое слово «ВОДКА»: две буквы с удвоением очков. Миша, теперь ты.

Парень недовольно буркнул и уткнулся в собственные фишки, напряжённо размышляя, что бы такое поставить, пока хозяйка пристраивала ноутбук на табуретке и запускала видеоролик. Пошла передача, и вначале вся компания не прекращала игру, изредка обращая внимание на трансляцию. Но уже минут через десять, по мере нарастания гневных выкриков, все три девушки, к нарастающему раздражению Миши, завороженно уставились в экран.

— Блин, вот стерва-то! — нервно воскликнула Лена.— Реально парня законопатила, а сама «на донышке». Кошмар просто, жуть берёт, особенно если вспомнить, что с парнем сделают в тюрьме за такое. Понятно, что народ разволновался, слов цензурных просто нет.

— Да у нас такие сплошь и рядом,— усмехнулась Жанна.— Просто зарабатывать на этом не научились, по-старинке работают. Я знаю двух таких, на класс младше учатся. Ксения, ты у них, кажется, ведёшь, а вот Лена — нет.

— Выключите уже эту мерзость,— не выдержал Миша.— Зачем вы её вообще включили? Как такое смотреть можно, только вопли одни, и ничего не понятно.

— Зря ты так, очень интересная передача, нужно иногда её смотреть,— внезапно очень серьёзно сказала Ксения.— Может, не все выпуски хороши, но этот вот очень показательный. Не я одна это почувствовала, но это же прямо шедевр.

— Ты о чём? — с непониманием спросила Лена.— Тут просто несправедливость, прямо налицо, вот у народа и бомбануло в самом прямом смысле.

— Слишком очевидная несправедливость,— спокойно сказала Ксения.— Это очень прямой посыл, местами слишком топорный, но по-своему шедевральный именно своей топорностью. И в то же самое время отвратительный и очень опасный.

— Я тебя не понимаю! — воскликнула Лена.— Ведь действительно идиотская ситуация. Парень сел ни за что. А ведь такой случай не один может быть. Что плохого в том, что они привлекли внимание к этому случаю? Может, хоть парня из тюрьмы вытащат.

Жанна поставила видео на паузу, и за столом возникла неловкая заминка. Ксения задумчиво смотрела на друзей и молчала, будто подбирая слова. Лена и Ивова смотрели на неё с напряжённым вниманием, а недовольный Миша поглядывал на телефон, жалея, что они с Жанной не пошли просто прогуляться. Ксения вздохнула и принялась объяснять:

— На первый взгляд всё вполне очевидно. Телевизионщики нашли горячую тему, которая многих касается, и вроде как топят за справедливость. И если все изложенные факты — правда, то вроде бы они правы. Крайне неприятная девочка подставила милого сына учительницы — ужас! кошмар! и всё такое прочее…

— Так, а в чём же подвох? — внезапно вмешалась Жанна, не выдержав затяжного вступления.

— Телевидение — мощный инструмент пропаганды,— серьёзным тоном продолжила Ксения.— Оно выполняет две важные функции. Отвлекает народ от личных проблем — тут не могу спорить: передача на высоте. Но, кроме этого, телевизор передаёт населению информационный посыл, а в данном случае он и грязный и отвратительный.

— Да какой посыл! Скажи уже прямо, ты не профессор на лекции,— возмутилась Лена.— Что ты начинаешь чёрт-те откуда. В чём суть?

— Возвращение к архаике,— ответила Ксения.— К «Домострою», домашнему насилию, сарафанам в пол и платочкам на голову. Такие передачи создают в обществе настроение, при котором то, что с тобой, Лена, произошло, воспринимается как норма. Ну подумаешь — муж избил и изнасиловал: вроде как право имеет. Это такой противовес европейским ценностям, правам женщин и всему такому прочему. Противовес борьбе с сексуальными домогательствами и половой дискриминацией. Да просто со свободой. Вы посмотрите, как они смакуют видео с девушкой, обсуждают её внешний вид и поведение. По нему её судят. Понятно, что тут она не права; для передачи подобрали однозначно вопиющий случай. Но суть не в этом. Они создают прецедент, настроение в обществе. И ты, Жанна, когда оденешь короткую юбку или, не дай бог, придёшь заявлять об изнасиловании — тебя многие окружающие будут принимать за такую Шурыгину. Вот что страшно!

— Да ну, тут не так всё! — не выдержал Миша.— Все же знают, что Жанна не такая. В этой передаче девушка с самого начала так себя вела, у неё уже репутация была такая, и вообще… Парня только жалко в этой истории, если он и правда в тюрьме, а остальное — туфта полная.

— Это ты знаешь, что Жанна «не такая», а вот чужие люди с радостным визгом бросаются распространять слухи, только дай повод! — возразила Ксения. — Если человек ведёт себя не как все, то тут же попадет под неприятные слухи и осуждение окружающих. Вот со мной точно так же произошло, я — жертва этого отката в архаику и мрачное Средневековье. К нашему «особому пути».

— Ксюш, мне кажется, ты чересчур драматизируешь! — воскликнула Лена.— Передача и передача — пройдёт и все забудут. Давай я выключу — и продолжим нашу игру.

— Мне кажется, это не просто так,— задумчиво сказала Жанна.— Ксения правильно сказала: такие программы хорошо работают на отвлечение. Интересно понять, от чего?

Глава 37. Алый парус

Игра в тот вечер как-то не задалась. Хотя передачу быстро выключили, все пребывали под неприятным впечатлением; наверное, Лена — сильнее всех. Миша чувствовал крайнюю неловкость и мысленно ставил себя на место пострадавшего парня. Если разобраться, у него тоже есть готовое уголовное дело. Заманил одноклассницу и изнасиловал дома, прямо на полу возле компьютера. Разум вроде бы понимал, что Жанна никогда не поступит подобным образом, но опыт с лживым заявлением неугомонной бабки зарождал тень сомнения. Жанна непредсказуема и эмоциональна. Кто знает, что ей завтра в голову взбредёт?..

— По всему выходит — я победила сегодня,— объявила Ксения Олеговна после часа вялотекущей баталии.— Может, кто чаю хочет?

— Мы пойдём, наверное,— сказала Жанна, взглянув на настенные часы.— Там снежок выпал и мороз несильный, можно погулять.

— Ну как хотите,— отозвалась хозяйка с заметным облегчением и стала собирать фишки.— А так могли ещё в «Престолы» партейку затеять.

— В другой раз,— сказал Миша.— Я тоже прогуляться хочу, а то всю неделю дом-школа, школа-дом, и всё.

— «Центр подготовки к ЕГЭ» забыл,— улыбнулась Ивова.— Он у нас теперь вместо модного клуба, туда вся школа ходит тусить.

— Вот-вот, центры, блин…— вздохнула Лена.— А репетиторы в итоге клиентов не могут найти.

— Давай не будем,— сказала Ксения, мягко погладив подругу по руке.— У всех свои проблемы сейчас. Ребята, спасибо, что зашли.

— Вам спасибо,— ответила Жанна.— Хорошо, что ролик этот посмотрели. Хоть и пакость конкретная, но заставляет задуматься.

— Думать вообще полезно,— кивнула Ксения Олеговна.— Вы там со своим ЕГЭ не расслабляйтесь совсем, я историю ещё буду спрашивать.

— Да пожалуйста! — улыбнулся Миша.— Давайте хоть дебаты какие устроим, а то по одному отвечать скучно, когда дискуссия — гораздо веселей. Главное — Жанне первой слово не давать, а то остальные сидят, боятся и помалкивают.

— Вот я тебе дам сейчас, чтобы и ты помалкивал! — ухмыльнувшись, воскликнула Жанна и попыталась схватить Мишу за ухо, но тот легко увернулся и поспешил к выходу.

— До свидания, аккуратнее там, долго не гуляйте,— крикнула им вслед Елена Андреевна, когда ребята уже спускались по лестнице.