ЖАНРЫ

Переливы тёмно-фиолетовой души
Шрифт:

– Что ты такое говоришь! – Хочу возмутиться, но дрожащий голос выдаёт моё волнение.

– Я говорю, что хочу прикасаться к тебе.

– Но ты же говорил, что тебе достаточно просто быть рядом.

– Я соврал.

Ах, ты ещё и соврал!

– Согласна, что по договору взамен на защиту, я восполняю твои силы. – Я выскальзываю из рук, что ослабили хватку. – Однако ты даже не дал мне возможности защититься самой.

– Ха! Ты считаешь, что справилась бы с ними. Даже с такой падалью, как они, у тебя не хватило бы силёнок.

– Теперь мы этого не узнаем. Так, что данная попытка не засчитывается.

– Да, ты нашла маленькую неубедительную лазейку. – Его хитрый взгляд сейчас явно превосходит мой. – Я соглашусь с подобной поправкой, если ты сможешь остановить меня.

– Да запросто! – Выпаливаю я.

Отлично, я отвлекла его внимание в определённом плане от себя и от людей. Правда, как действовать дальше, я не обдумала.

Дейтевиан отходит на дорогу и, скрестив руки на груди и выставив ногу вперёд, с интересом наблюдает за мной.

– Хорошо, я дам тебе фору. – Объявляет липовый джентльмен.

Я же никогда ещё глупее себя не чувствовала. Пробую закрыть глаза и сконцентрироваться, но не могу позволить себе неосторожность, и поэтому приходится стоят с одним приоткрытым глазом. Дышу ровно, и, кажется, впитываю в себя энергию, а затем делаю резкий выпад вперёд.

– А я думал, что нелепее ты уже не можешь выглядеть.

И так тошно, а он вдобавок ещё издевается надо мной!

– Так и быть. – Дейтевиан закатывает глаза, будто собирается сделать одолжение. – Лис сказал, что ты очень рьяно защищает сестру. Как ты думаешь, может мне наведаться к ней?

– Не смей! Даже пальцем не вздумай её тронуть! – Я срываюсь на крик.

Она не заслуживает таких мучений, как я.

– Пожалуй, я не буду обращать внимание на твои жалкие угрозы и предпочту опробовать на вкус её пухлые губки.

Что-то кольнуло в груди, когда я представила, как он целует Иту. Неужели в такой ситуации я думаю о ревности, вместо того, чтобы защищать сестру. Я не хочу быть такой!

Дейтевиан исчезает.

– А ну вернись, проклятый демон! Иначе я тебе рога поотшибаю!

– А с чего ты взяла, что у меня есть рога?

Мягкий голос для меня сейчас раздаётся словно гром. От внезапности я вздрагиваю, но стараюсь не показывать волнения.

– Ну, ты же демон, я подумала, у тебя они есть.

Дейтевиан смеётся. Я опять ляпнула глупость.

– Прекрати хохотать! – Я поворачиваюсь и ударяю его ладошкой по торсу.

Дейтевиан перестаёт ухмыляться, и его блеск в глазах вновь приобретает хищнический настрой. Не такого эффекта я хотела достигнуть.

– Ты ещё за прошлый удар не расплатилась, а уже наносишь новый.

Мне нельзя было смотреть в его глаза. Страх, злость – куда вы пропали? Вернитесь! Лучше я буду ненавидеть, чем осознавать, что меня безумно тянет к нему.

– Я победил. – Дейтевиан заковывает мои запястья в свои аккуратные пальцы. – Значит, я получу то, что хочу.

Он выше, чем обычно, запах металла окружает плотной оболочкой, а мои руки приподняты, но они бесполезны. Моё сердце должно колотиться от страха, но я знаю, что оно волнуется не по этому. Это он не двигается или время застыло на месте? Я смотрю в лиловую даль, и мне до них не дотянуться, и боюсь, что никогда не получится разгадать эти глаза. Я перевожу взгляд, когда слегка алые губы, вытягиваясь, становятся тоньше. Влечение без согласия с разумом заставляет меня приподняться и прижаться к нему. Почему сейчас? После того, что я видела, что он делал и даже, зная, что кроме как еда я для него ничего не значу, и, не смотря на всё ужасное и пугающее, мне невыносимо хочется почувствовать тепло его губ. Дейтевиан наклоняется мне навстречу. Сердце вот-вот выпрыгнет из груди, но сможет ли он его поймать, я не уверена. Я всё сильнее чувствую жар от его крепких рук, что парализовали меня. Его губы всё ближе, и теперь я сама не могу остановить охватившее меня желание. Я закрываю глаза. Ожидание тянется слишком долго и мучительно. Я больше не выдерживаю и сама подаюсь вперёд.

Я ощущаю тёплую кожу, но не такую мягкую, как я ожидала.

– Ты что творишь?! – Оглушающе кричит он, а я чуть не падаю, но вовремя открываю глаза, чтобы удержать равновесие. – Ещё немного бы и!..

Светло-фиолетовые глаза широко открыты и ошарашенно смотрят на меня, а я вижу в них испуг. Дейтевиан может испугаться? Он стоит весь взъерошенный и держит ладонь на щеке близко от губ.

– А ты разве не собирался сделать тоже самое?

Пока я в шоке, что меня оттолкнули, но неловкость начинает проявляться всё отчётливее.

– Ты умереть захотела?

Что за реакция? Он что бережёт поцелуй для своей единственной, или я ему настолько противна?

– Ты бы меня убил, если бы я тебя поцеловала?

Вопрос смешон сам по себе, но зато я немного расслабляюсь и начинаю восстанавливать дыхание.

– Да.

Леденящая дрожь пробегает по телу, и я замираю. Он серьёзен как никогда.

– Демоны с помощью физического контакта, в том числе поцелуя, скрепляют договор обязательствами. Но это те демоны, что занимаются выполнениями желаний и через определённый срок забирают души, как плату. Я же другой демон. Я демон разрушения. Я просто забираю душу и не даю ничего взамен. Если я поцелую тебя, ты тут же умрёшь. Твоя душа и жизненная энергия послужит мне источником силы.

Как я и хотела, я узнаю о нём всё больше, но все эти откровения вовсе не радуют.

– И сколько душ ты уже съел таким образом?

– Неважно. Но я делал такие вещи, которые заставляют всех живых существ дрожать от страха, реагируя на меня как на приближение смерти. Ты можешь меня бояться и должна! Но знай, что я никогда не сделаю ничего подобного, никогда не заберу твою душу, не поцелую тебя.

Ужас смешался с … досадой? Он говорит о таких важных вещах, а я думаю о том, что его губы никогда не прикоснутся к моим. Не зря меня считают ненормальной.

– То есть вместо того, чтобы убить меня быстро, ты собираешься мучить меня, высасывая жизнь постепенно, но всё же оставишь мою душу при мне.

– Именно так.

– Ты ужасен.

– Я знаю.

Ничего ты не знаешь! Я гораздо ужаснее тебя! Осознавать, что передо мной стоит беспощадное чудовище, зацикленное на смерти, но при этом стараться увидеть в нём проблеск милосердия и доброты – это высшая степень безрассудной надежды. Во всём виновато обилие лиловых оттенков.

Глава 8. Карие глаза, растапливающие бесстрастное сердце

Весь вечер я думала о его словах. Он убивал людей или делает это до сих пор. Но не хочет убивать меня, возможно, он всё же смог переступить через свою натуру.

И вдобавок неловко, что я пыталась его поцеловать, он-то всего лишь хотел наклониться, наверняка сказать какую-нибудь гадость, а я на него набросилась. Однако я теперь знаю, как его останавливать. Я злорадно потираю руки.

– Ты вынашиваешь коварный план?

– Ита? Ты давно здесь? – Я подпрыгиваю на кровати.

– Уже минут пять смотрю, как ты жестикулируешь.

Поделиться с друзьями: