Чтение онлайн

Постукивание.

Постукивание.

Постукивание.

– Очень хорошо, - соглашается он. – Когда твоему первому ребенку исполнится два года, тогда мы сможем вернуться к этому предложению и посмотреть, заинтересованы ли ты в том, чтобы иметь еще детей. Деторождение и материнство не для всех. Возможно, ты решишь, что иметь одного ребенка достаточно сложно, и передумаешь. Мы с тобой оба знаем, какой ты можешь быть непостоянной.

– Справедливо, - стоически отвечаю я, гордясь тем, что мои щеки не пылают огненно-красным от воспоминаний, которые он только что вызвал в памяти о той ночи, когда я потеряла с ним девственность.

– О скольких детях ты думала?
– сухо спрашивает он, когда видит, что его маленькая подколка в мой адрес не возымела желаемого эффекта, на который он рассчитывал.

– Трое, - ровно заявляю я, глядя прямо на трех мужчин, сидящих передо мной.

У Тирнана отвисает челюсть, давая волю моей собственной улыбке триумфа, которая вызвала у него реакцию.

– Что еще?

– Думаю, теперь твоя очередь выдвигать требования, муж, - воркую я, хлопая ресницами.

– Когда все это закончится, ты уже не будешь жить под моей крышей, у меня будет все, что я захочу.

Я мило улыбаюсь, скрывая обиду, которую причинили его холодные слова.

– Очень хорошо. Тогда мое следующее требование: я не хочу, чтобы сделка происходила в квартире. Я хочу, чтобы это было на нейтральной территории. Для всех вовлеченных сторон.

– Я могу согласиться на это. В «Авалоне» есть несколько квартир, которые я сдаю в аренду. Одна из них сейчас свободна, так что ты можете использовать ее для своих собраний. Тебе нужно еще что-нибудь добавить, или ты удовлетворена своими переговорами?

– У меня есть еще только одна вещь, которую я хочу. Тогда я подпишу все, что ты положишь передо мной.

– Теперь, жена, нет необходимости в контрактах. Мир, в котором мы живем, не таков. Мое слово - это гарантия. Этого должно быть достаточно, - добавляет он с сардонической усмешкой.

– Так и есть.

– Хорошо. Тогда что это за последнее требование, которое ты хочешь?

Я смотрю на Шэй с пепельным лицом, затем на еще более ошеломленного Колина, и только потом бросаю последний взгляд на человека, который намерен дергать за все наши ниточки.

– Когда с Шэй или Колином я буду трахаться, ты должен будешь находиться в комнате и смотреть.

Я не уверена, шок ли это от того, что я произнесла слово «трах», или моя просьба, чтобы он был в комнате, когда я буду заниматься сексом с его кузеном или братом. Доказательством того, что я только что уколола ирландского короля и заставила его истекать кровью, служит то, как его руки тут же сжались в кулаки.

И с осознанием того, что я опрокинула корону с его головы, я подхватываю свою сумочку и начинаю пятиться к двери. Положив руку на ручку двери, поворачиваю голову через плечо и даю мужу несколько напутственных советов.

– Таковы мои условия, муж. Не выполнишь их, и я скажу семьям, что этот договор недействителен. У тебя есть время до полуночи, чтобы дать мне ответ. Тик-так, Тирнан. Тик-так.

Глава четырнадцать

Шэй

Я нетерпеливо жду, пока Роза выйдет из комнаты, прежде чем разорвать брата по новой.

– Ты, блядь, не можешь быть серьезным, Тирнан?! О чем ты, блядь, думаешь?

Мой брат полностью игнорирует меня, подходя к окну от пола до потолка, чтобы посмотреть на наш город.

– Тирнан?! Ты слышал, что я только что сказал? Это чертовски безумно. Даже для тебя, - кричу я, но все, что я получаю, это молчание брата и его спину, повернутую ко мне.

Я поворачиваюсь к своему угрюмому кузену, который склонил голову, думая бог знает о чем.

– Почему ты ничего не сказал, Кол? Ты ведь согласен со мной, верно? Это какое-то извращенное дерьмо. Я имею в виду, ты можешь честно сидеть здесь и говорить мне, что ты не против того, чтобы трахнуть жену Тирнана?

Его голова метнулась в мою сторону, ярость, подобной которой я никогда не видела, омрачила его черты.

– Не говорите о ней так. Она заслуживает нашего уважения.

– О да, придурок? Тогда скажи мне, как мы можем проявить к ней хоть какое-то гребаное уважение, набив ее тегами, как какую-то шлюху из «Ямы»?!

Когда он начинает рычать, как какой-то дикий зверь, я понимаю, что задел нерв.

К черту. За копейку, за фунт и все такое.

– Что? Ты думал, Тирнан хочет, чтобы мы напоили Розу вином и пообедали, прежде чем по очереди трахать все ее отверстия?

Колин встает со своего места, готовый броситься на меня и заставить меня проглотить все слова, которые я только что произнес – даже если для этого ему придется сломать мне зубы.

– Думаешь, ты меня пугаешь, ублюдок?
– Я смеюсь, вытаскивая свой любимый клинок и играя рукояткой по костяшкам пальцев. – Я бы вырезал твое сердце из груди, прежде чем ты хоть пальцем меня тронешь.

– Хватит, - окликает Тирнан позади меня, его тон звучит более раздраженно из-за моего дерьма, чем из-за хреновой сделки, которую он только что заключил со своей женой.

– Пошел ты, dhearthair– брат. Я скажу, когда будет достаточно. А сейчас ты не сможешь меня заткнуть, даже если захочешь. Это один хреновый сценарий, в который ты нас втянул. Розу тоже.

– Скажи мне, Шэй. Выглядела ли моя жена хоть сколько-нибудь обеспокоенной тем предложением, которое я ей сделал?

– Она не прыгала от радости, если ты это имеешь в виду.

– Но она тоже не сказала «нет». Вы слышали, как она согласилась на мои условия. Она даже согласовала свои собственные. Если у тебя действительно есть проблемы с чем-то из этого, то я уверен, что Колин может пойти на это один.

– Если это правда, то зачем было приводить нас обоих сюда сегодня? Почему бы просто не выбрать одного из нас и не избавить другого от необходимости знать об этом дерьме?

– Может быть, я хотел увеличить ее шансы забеременеть.

– Ну и хрен с тобой, - горько фыркнул я. – Ты хотел шокировать ее. Заставить ее переосмыслить твое так называемое решение о нежелании быть отцом ребенка. Ты думал, что, предложив нас с Колином в качестве кандидатов в няньки, она уступит и не пойдет на это. Твой безотказный план укусил тебя за задницу, брат. И теперь ты в заднице. Или, в данном случае, твоя жена.

– Ты в деле или нет, Шэй? Это все, что я хочу знать.

– Конечно, я в деле. Кто-то должен быть там, чтобы убедиться, что с Розой все в порядке. Или, что еще лучше, чтобы собрать куски оболочки женщины, в которую ты собираешься превратить ее, когда это дерьмо взорвется у нее перед носом.