Переплет розы
Шрифт:
– На моей крови и на крови моих братьев мы тоже клянемся защищать и заботиться о женщине, которая обеспечит жизнь Братвы. Пусть ее самоотверженность принесет союз всем нам.
Слова звучат машинально, как будто ему все равно, что он только что официально подтвердил, что Айрис будет не только его, но и для братьев его.
Алексей садится обратно на свое место, а Вадим пьет свою победу над Athair - отцом и мной, как будто это лучшее сладкое вишневое вино, которое он когда-либо пробовал.
– Не волнуйся, Келли. Мои ребята позаботятся о ней. Мы теперь одна семья. Разве не в этом смысл всего этого?
– Волков подначивает, пытаясь добиться от меня ответа.
Я не знаю, что меня больше бесит.
Торжествующая усмешка Вадима или полное безразличие и пренебрежение Алексея.
– Он прав. Все кончено, - ровно бормочет Алехандро напротив меня, в его тоне нет ни капли эмоций.
– Скажи мне, Келли. Хочешь ли ты пойти на войну из-за одной маленькой девочки?
Вадим обращается с вопросом к моему отцу, который сидит и смотрит так же хладнокровно, как и всегда.
– Если ты причинишь ей боль, я убью тебя, - отвечаю я, когда мой отец отказывается признать насмешки Волкова.
Его надменная ухмылка леденит мне кровь.
– Мы можем все это отменить, если хочешь? Мы более чем готовы продолжать эту войну, если хочешь.
– Эта война закончится здесь. Тебе это может не понравиться, Тирнан, но если ты помешаешь этому, то мы все сделаем так, что твой последний вздох увидит каждый из присутствующих, - предупреждает Росси. – А ты, Волков, если мы услышим, что с девушкой обращаются менее уважительно, чем с матерью твоих будущих наследников, тебя постигнет та же участь. Подумайте хорошенько, господа, потому что вот что на самом деле означает этот договор. Теперь мы все связаны. Один неверный шаг, и вам придется воевать уже не с одной или двумя семьями, а со всеми нами.
– Мы понимаем, - мрачно говорит Athair - отец. – Волков, для нас большая честь, что ты принял нашу Айрис в свой дом и семью. У вас не будет от нас никаких проблем. Я даю вам свою торжественную клятву.
Слова отца прожгли дыру в моей груди.
– А ты, Тирнан?
– спрашивает Росси.
Скрипнув зубами, я киваю, не в силах словами выразить согласие с мрачной судьбой моей сестры.
– Хорошо. Это... господа, - начинает Росси, кладя ладони на стол и глядя в глаза каждому из присутствующих, – это начало нового рассвета. Где мы процветаем и преуспеваем в бизнесе, зная, что старые вендетты оставлены в стороне ради общего блага. У вас есть десять лет, чтобы освоиться в новом образе жизни и выполнить свои требования. Мы все это выполним. Теперь это наше будущее. Наше выживание. И если здесь есть человек, который поставит это соглашение под угрозу, то смерть не только постучит в его дверь, но и поприветствует каждого члена семьи, о котором он когда-либо заботился.
Другими словами, покорись или умри.
Моя семья может пережить войну с двумя семьями, может даже с тремя. Но со всеми пятью? Мы все были бы мертвы в течение недели. И то же самое можно сказать о каждой семье здесь, если они тоже против. Я просто надеюсь, что угрозы смерти будет достаточно, чтобы все они сохранили честь. Если нет, то предыдущие мафиозные войны будут меркнуть по сравнению с возмездием в будущем.
Какой бы ни была наша судьба, сегодня здесь никто не выиграет.
Но настоящее поражение будет означать наше исчезновение.
Десять лет.
Это все, что есть у нас с Айрис.
Только время покажет, будет ли у нас еще много лет после этого.
И пока внешний ветер продолжает дуть, а буря набирает новые обороты, я даю клятву самому святому Брендану, прося его дать мне силы и стойкость, чтобы сразить каждого человека здесь, если судьба, которая нас ожидает, будет наполнена кровью Келли.
Если моя жизнь и жизнь моей сестры будет заплачена за мир, то мне жаль того глупца, который попытается его нарушить.
Его смерть будет кошмаром.
Я позабочусь об этом.
Глава один
Тирнан
Наши дни
Я прислонился к дверной раме, скрестив руки на груди, и смотрю, как моя младшая сестра собирает свой багаж, заполняя до отказа ручную кладь и два больших чемодана, разложенных на ее кровати. Я молча смотрю, как она складывает не только одежду, но и свои самые ценные вещи. Какое-то нехорошее чувство внутри меня нашептывает, что этих маленьких безделушек не хватит, чтобы доставить Айрис хоть какую-то радость, а тем более смягчить боль от того, что ее оторвали от всего, что она когда-либо знала, и отправили в чрево зверя.
Айрис продолжает покачивать бедрами влево-вправо в такт песне, звучащей в наушниках, совершенно не обращая внимания на мое присутствие и мои тревожные мысли. Весь сценарий выглядит для меня таким ужасно обыденным. Как будто она просто собирает свои вещи, чтобы отправиться в один из своих далеких экзотических отпусков, пообещав, что вернется домой, как только насытится сангрией и песчаными пляжами.
Но на самом деле все обстоит совсем не так.
Если посмотреть на нее - этого не скажешь, но сегодня начнется жизнь, о которой моя сестра никогда не просила. Жизни, в которой ей придется самостоятельно искать новые пути, не опираясь на нашу фамилию, поскольку к концу недели она будет уже не Келли, а Волкова.
От осознания этого у меня защемило в груди. У меня нет другого выбора, кроме как похоронить свое нежелание при этой неблагородной мысли глубоко в глубине души, чтобы не совершить непостижимое и не похитить свою сестру прямо здесь и сейчас и не увезти ее в безопасное место, где руки Братвы не смогут ее коснуться.
Не то чтобы я не думал о том, чтобы поступить подобным образом бесчисленное количество раз раньше. Фактически, последние десять лет я не думал ни о чем другом. При одной мысли о том, что Айрис придется каждую ночь отбиваться от трех братьев Волковых, у меня к горлу подступает желчь.
– Ты собираешься просто стоять там весь день, dhearthair - брат? Или выручишь девушку и закроешь для меня этот чемодан?
– спрашивает Айрис, не отрывая взгляда от неподатливого чемодана, который отказывается застегиваться.
– Я не ожидал, что ты увидишь меня, стоящим здесь, так как ты была слишком увлечена танцами.
– Я дразняще улыбаюсь и подхожу к ней, чтобы протянуть руку помощи.
– Я все вижу, dearthair mor - брат мой, - самодовольно отвечает она. – Кроме того, ты слишком упрощаешь мне задачу. Твой хмурый взгляд я могу почувствовать из любой комнаты.
– Ты говоришь обо мне, как о старом озабоченном пердуне.
– Если тебе туфелька не жмет, - подначивает она, игриво подталкивая меня своим плечом.
– Это смешно. Ты смешная, - саркастически отвечаю я, дергая за один из ее диких рыжих локонов.
– Ну, тебе лучше насытиться сейчас, старший брат. Через несколько часов тебе больше не придется терпеть, как я над тобой смеюсь.
Блядь.
Для чего ей нужно было это говорить?
Я разворачиваюсь к ней боком и кладу руки ей на плечи, останавливая ее от продолжения начатого дела только для того, чтобы я мог взглянуть на нее в последний раз. В изумрудно-зеленых глазах Айрис светится озорство и столько жизни. Мое сердце сжимается от мысли, как долго этот блеск продлится в доме Волковых.