Чтение онлайн

– А вот и не получится нам передохнуть, – вдруг сказал Стас, остановившись и пристально вглядываясь в даль.

– Ты самый зоркий среди нас. Что там? Волки? – обеспокоенно спросил Егор.

– Они, родимые, они. Что делать будем, Егорка?

– Что-что. Отбиваться будем. Тормози людей, – он громко свистнул, привлекая к себе внимание впереди идущих людей, замахал руками, давая им знаки остановиться.

Трое дозорных бодрым шагом нагнали колонну людей.

– Парни, будите остальных мужиков. Женщины, дети, без паники. Ставим кругом нарты с вещами. Вы с собаками находитесь внутри круга. Мы, мужчины, будем охранять вас снаружи.

Не было ни причитаний, ни стонов даже от самых маленьких детей. Все дружно кинулись исполнять приказание Егора. Вскоре все нарты с вещами были поставлены в импровизированное кольцо. Внутри собрались все, кроме мужчин. В руках подростков и женщин были копья, направленные остриями в сторону множества лазеек, неминуемо образующихся в результате столь поспешного возведения оборонительного укрепления. Внутри небольшого круга было очень тесно. Люди вплотную сгрудились, на первый взгляд, в бесформенную кучу. Детей разместили ближе к центру, среди собак, которые, чуя страшную опасность, сами тесно прижимались к людям и друг другу. Каждый волк был почти в два раза больше самой крупной из них. Нет, если бы им дали команду атаковать непрошенных гостей, они покорно выполнили бы свой долг и, вероятнее всего, погибли бы. Но люди не хотели жертвовать своими помощниками, приказав тем оставаться на том месте, где они были сейчас. Мужчины снаружи ждали приближение врага, уже отчетливо различимого даже стариками с их слабым зрением.

– Ты смотри. Умные твари. Опять берут нас в кольцо. Будто бы мы бежать собираемся, – проговорил Степаныч.

– Сколько их? – спросил Петрович.

– Около тридцати. Отборные все. А еще злые и голодные, – за Степаныча ответил Олег.

– Егор, плохая идея встречать их снаружи. Здесь мы ничего не сможем им противопоставить, – заметил Васильевич.

– Согласен. Давайте все внутрь. Держим щели, через которые нас могут достать. Олег, стрелять будешь, когда скажу. Хорошо?

– Как скажешь.

Десять мужчин пробрались внутрь ненадежного убежища. Стало еще теснее. Хорошо размахнуться копьем не представлялось никакой возможности, разве что, предварительно подняв его высоко над головой для последующего удара.

– Жаль, что нельзя повторить ту историю с огнем, что мы устроили им сегодня ночью, – пожалел Степаныч.

– Да, жаль, – согласился Егор, – Удерживаем щели и сами нарты, чтобы их не растащили снаружи.

– Сделаем. Не беспокойся, Егор.

Через несколько минут вокруг людского укрытия, пригнув головы и что-то вынюхивая, сновали матерые звери. Их размер поражал. В холке они достигали около или немногим более метра. Судя по огромной голове с большими мощными зубами, широченной груди, весил самый маленький из них около ста килограммов. И это при том, что звери были далеко не сытыми. Это было понятно по их впалым животам. Обходя заграждение, они постепенно сужали свои круги. Вот один, видимо, самый смелый, вплотную приблизился к оборонному кольцу и попробовал на зуб вкус одной из нарт. Укус, и зверь отскочил назад, нюхая воздух перед собой, словно бы изучая запах будущих жертв, спрятавшихся за тщедушной преградой. Второй подход. Укус более длительный, совмещенный с попыткой рывком отодвинуть в сторону предмет, мешающий добраться до еды. Препятствие поддалось, но кто-то изнутри тотчас восстановил его прежнее положение. В следующий миг уже два волка ухватились за деревянные полозья и мощно потянули их на себя. Нарты отодвинулись почти на метр, образовывая достаточно широкую брешь в кольце укрепления.

Двое оборонявшихся мужчин, Стас и Степан, изнутри потянули изо всех сил преграду на себя, возвращая ее на место. В образовавшемся проеме показалась огромная оскаленная пасть серого монстра, пытающегося пробраться внутрь. Никто из людей не проронил ни слова. Даже дети, казалось, не проявляли никаких признаков паники. Они прижимались к дрожащим псам, закрыв глаза и сами дрожа от страха, но сохраняя гробовое молчание. Еще один тридцатилетний мужчина, Михаил, с глухим выдохом со всего размаха опустил свое копье, изначально поднятое высоко над головой, на морду зверя. Послышался громкий визг, пасть скрылась снаружи. Михаил вновь поднял вверх копье. Брешь под усилиями защитников закрылась.

Снаружи по снегу катался серый неудачник, прижимая лапами морду на месте глаза, выбитого острием копья. Снег обагрился первой кровью. Остальные волки словно бы не заметили, что добыча тоже может укусить. Они вплотную приблизились к ограде, осознав, что с ней необходимо делать. Попытались повторить предыдущее действие с другими нартами. Это им удалось. Образовался еще больший, чем в первый раз, промежуток для проникновения внутрь. Сразу два волка попытались протиснуться в него. Но их нетерпение помешало им это осуществить. Они столкнулись своими могучими телами, застряв в проходе. Рыча и клацая зубами, они рывками продирались вперед.

Егор ударом копья глубоко вогнал металлический наконечник в раскрытую пасть одного из пробирающегося к людям волков. Зубы зверя сомкнулись на древке, но уже рефлекторно. Он умер мгновенно, его тело обмякло, расслабилось, лапы подкосились. Но это позволило второму зверю протиснуться глубже. Степаныч, находившийся рядом, обрушил на него свое оружие. Копье глубоко вошло в бок волка, прочно там застряв. Волк взвизгнул от боли и возмущения такой наглостью будущей жертвы. Тем не менее, он умудрился вцепиться в ногу Егора, стоящего к нему ближе всего. Тот в этот момент с трудом выдернул свое копье из пасти пораженного волка и заносил его над головой для второго удара. Толстые пимы смягчили укус, но ненамного. В следующую секунду Егор потерял равновесие от сильнейшего рывка за лодыжку. Он обязательно упал бы, не поддержи его кто-то из сзади стоящих соплеменников. А волк продолжал сжимать свои челюсти и тянуть Егора к выходу за спасительное кольцо. Каждый оберегал свой участок обороны, поэтому не мог прийти человеку на помощь. Да и не смог бы быстро это сделать в такой тесноте. Лишь Степаныч все дергал и дергал на себя свое оружие, пытаясь освободить его из тела одолевающего Егора волка. Но вот Степанычу удалось-таки высвободить копье. Он без особого замаха ткнул зверя в морду, стараясь попасть по глазам. Волк выпустил свою добычу и отскочил за периметр ограды, обильно поливая своей кровью снег вокруг себя. Егор облегченно выдохнул. Брешь тотчас закрыли. Снаружи слышался яростный рев обезумевшей от схватки стаи.

– Олег, попробуй кого-нибудь подстрелить, – обратился к другу Егор, заметив, что не в состоянии опереться на покусанную ногу, – Только не торопись. Целься тщательнее. Патроны береги, – Егор почувствовал, что его пима наполняется кровью, он опустился на колено раненой ноги, выставив перед собой копье, уперев древко в утоптанный снег.

– Ага, счас попробую, – отозвался Олег.

Все мужчины (Слава и Евгений тоже были активными участниками обороны) время от времени тыкали копьями в постоянно образующиеся все новые и новые бреши заграждения, заставляя своим уколами уклоняться прорывающихся к ним внутрь хищников, дружно сдвигали назад разрушаемую ограду, восстанавливая хлипкую защиту. Олег взвел курки, просунул ствол ружья сквозь небольшую щель наружу. Тотчас какой-то из волков попытался схватить вновь появившийся предмет своей пастью. Олег нажал на курок. Раздался оглушительный выстрел.

Ретивого зверя отбросило на несколько шагов назад, полностью разворотив голову. Остальные от неожиданности дружно прекратили рычать и отступили от защитного сооружения на несколько шагов назад. Один из волков подошел к трупу сородича, понюхал его, не понимая, что с ним произошло. В это время раздался еще один громкий хлопок, словно бы гром среди ясного неба. Неведомая сила подкинула стоящего возле своего мертвого друга волка, больно ударив его в бок, и развернула на сто восемьдесят градусов вокруг оси. Зверь не удержался на ногах, заваливаясь в снег, быстро меняющий свой цвет с белого на красный. Остальные в недоумении застыли на своих местах, служа отличной мишенью. С определенной методичностью начали раздаваться громовые хлопки, повергающие все новых и новых представителей большой стаи на окрашиваемый их кровью снег. В какой-то момент волки осознали опасность, грозящую им от близости с, казалось бы, легкой добычей. Они нехотя, поджав хвосты, бросились прочь от неведомого грома, несущего смерть. Вскоре остатки стаи скрылись вдали.

Убедившись в том, что опасность, пусть и на некоторое время, оставила их, люди, немного сдвинув в сторону свою ограду, начали выходить наружу. Вокруг их временной цитадели на снегу беспорядочно были разбросаны мертвые тела жутких хищников, поражающих своими размерами. Некоторые из них еще были живы и старались куда-то уползти с поля боя. Их жизнь прерывали выверенными ударами копий. Всего было убито пятнадцать зверей, лишь двое из которых были заколоты. Остальных поразили меткие выстрелы Олега.

– Олеж, ты самый большой молодец, какого я знаю, – похвалил друга Егор.

Он сидел на голом снегу. Его раненую ногу осматривал Петрович. Ольга помогала ему, Маленькая Настюшка обхватила Егора за шею и плакала, уткнувшись ему в бороду.

– Не плач, малышка, – успокаивал девчушку Егор, целуя ее в макушку, – со мной все хорошо. С нами со всеми теперь все будет хорошо. Успокойся, маленькая.

– Не все хорошо, – пробурчал Петрович. Помимо своей роли учителя детей точным наукам и грамматики, он был еще и врачевателем, – Явного перелома нет, – продолжал он, накладывая тугую повязку на лодыжку Егора, – но трещина, скорее всего, имеется. Ходить какое-то время не сможешь. Значит, дальше поедешь на нартах, – остановил Петрович попытавшегося возразить Егора, – И это не оспаривается, мальчишка, – уже более добродушно произнес он, укутывая раненую ногу в тряпье, чтобы уберечь ее от холода.