Переплетенный
Шрифт:
— Ты не можешь говорить со мной. Просто не можешь. Ты… ты же… ты же не человек.
— Какая ты сообразительная, что заметила. И ты также права насчет того, что я не разговариваю. Вслух.
Этого не могло быть. Его резкий голос эхом отдавался в ее голове, девушка застыла в изумлении.
— Это нелепо. Невозможно.
— Однажды ты рассмеешься над тем, что сейчас сказала, потому что, детка, я собираюсь открыть тебе глаза на целый новый мир. И оборотни — это только начало.
— Заткнись! — Мэри Энн потерла виски. Это было более чем невозможно, это было сумасшествие. Полнейшее безумие. Или, скорее всего, она действительно сошла с ума. И этот волк был галлюцинацией. Тогда это все объясняло. Какой-то волк — или точнее оборотень — провожающий ее до школы и поджидающий ее. Какой-то оборотень, голос которого она слышит у себя в голове.
Чтобы на это сказал ее отец?
Она догадывалась, какой будет ответ. Что она слишком много учится и слишком мало отдыхает, не давая себе расслабиться, и это такой сигнал о том, что мозгу нужен перерыв. На самом деле, об этом он и пытался предупредить ее утром.
Что если все настолько плохо, что ей нужно лечение? Эта мысль напугала ее, и девушка нервно рассмеялась. Она не хотела, чтобы такие сведения появились в ее медицинской карте. Весьма вероятно, это преследовало бы ее всю оставшуюся жизнь, лишая шанса попасть в интернатуру, чего она так хотела. Кто обратится к ней за помощью в решении проблем, если она сама не в состоянии справиться со своими.
Прощай пятнадцатилетний план.
Но вдруг, возможно, это все реально, сказала она себе. Какая-то ее часть цеплялась за надежду. И был только один способ выяснить все.
Мэри Энн медленно двинулась вперед и остановилась почти перед самым носом этого создания.
— В чем разница между волком и оборотнем? — неуверенно произнесла она, нарушая тишину. Сделай это. Просто сделай это. Затаив дыхание она протянула руку.
— Конечно, разница есть. Один всего лишь животное, другой может превращаться в человека. Что это ты делаешь?
Несмотря на то, что она ожидала на этот раз, что зверь заговорит с ней, девушка все равно удивилась и, взвизгнув, отшатнулась. Если она была неправа, если он был больше, чем галлюцинация, то мог укусить ее. Покалечить ее. Убить. Только не надо трусить сейчас.
— Разве ты уже не знаешь, что я делаю? Ты не можешь читать мысли? — Плод ее воображения был бы способен прочитать ее мысли, ведь так?
— Нет, я не умею читать мысли. Но я могу видеть ауру, цвета, исходящие от тебя. По цвету я могу понять, что ты чувствуешь, а дальше не составляет труда понять, о чем ты думаешь. Но сейчас в твоей ауре столько цветов, что я ничего не могу понять.
— Ну, я собиралась коснуться тебя. Только не двигайся, пожалуйста. — Отлично, теперь она еще и раздает ему указания, ожидая, что он их поймет. Могло ли все это быть шуткой? Мог кто-то снимать это на камеру, намереваясь потом посмеяться над ее доверчивостью? Конечно, нет. Никто не смог бы заставить слышать голос в ее голове. — Если ты меня укусишь, то я… я…
Зверь даже закатил глаза.
— Ты что? Укусишь меня в ответ? Этими мелкими зубами?
Мэри Энн не нашла достойной реплики, которая могла бы запугать зверя, поэтому предпочла промолчать. Волк не двигался, даже не моргнул, когда она снова потянула к нему руку, чтобы коснуться указательным пальцем. Девушка дрожала и все не решалась дотронуться. Наконец, она почувствовала под своей рукой мех. Мягкий, шелковистый мех.
— Ты — настоящий, — затаив дыхание, побормотала она. Это не было галлюцинацией. Волк был настоящий и, черт возьми, она слышала его голос в своей голове, и он мог читать ее ауру. Но как это все возможно? И, что более невероятно, зверь заявил, что он — оборотень, то есть может превращаться в человека. Это… это… Господи Боже.
Послышался стон.
— Почеши мне за ухом.
Все еще потрясенная тем, что сейчас происходило, она автоматически повиновалась его голосу.
Волк издал еще один стон, который резко привел ее в чувство.
«Эй. У тебя все дома?» — мысленно спросила себя девушка. — «Добровольно продолжаешь касаться этой зверюги».
Мэри Энн убрала руку, внезапно осознав, что ей тяжело это сделать.
— Ты — настоящий, — повторила она снова. Это значило, что она все-таки не сумасшедшая. Казалось бы, ей надо было запрыгать от счастья, но тело ей не повиновалось. Она разговаривала с оборотнем, с кем-то или чем-то, из-за кого ее реальность уже не станет прежней. А это был не такой уж повод для праздника.
Некоторое время волк никак не реагировал — не открывал глаза, видимо, все еще наслаждаясь эффектом ее прикосновения. Затем, наконец, веки открылись, и зверь проворчал, уставившись на нее зеленым глубоким и сверкающим взглядом.
— Давай лучше перейдем прямо к делу? Что ты знаешь о том парне?
Он. Настоящий.
— Парень? Что за парень? Я не знаю, почему ты преследуешь меня, но прекрати. Ты выбрал не ту девушку. — Были ли еще такие, которые могли следить за ней? Были ли они здесь, способные разговаривать, и о существовании которых она просто не подозревала? Девушка дико осмотрелась по сторонам. Не увидев там никого и ничего, она попятилась назад, пока не уперлась в шершавый ствол дерева. — Серьезно, ты можешь идти.
— Последний раз я спрашиваю по-хорошему, девочка, а затем я стану более настойчив. Ты же не хочешь этого, Мэри Энн. Доверься мне.
Во-первых, он знал ее имя. Это знание потрясло ее. Во-вторых, его слова сами по себе были угрожающими. Но то, как он их произнес, так буднично и без обиняков, холодило все внутри. Если она не ответит, он заставит ее. Когтями, зубами. Всем, что для этого потребуется.
Он надвигался на нее медленно и уверенно, сокращая расстояние между ними.
— Что ты знаешь о том парне?
Он подошел, поднялся на задние лапы, а передними уперся в дерево, лишая девушку возможности двигаться.
Кровь ударила Мэри Энн в голову и накатила дурнота, ноги подкосились и налились тяжестью.
— Что за парень? — выдавила из себя девушка, задыхаясь.
— Я полагаю, его зовут Эйден.
Он спрашивал об Эйдене?
— Зачем тебе он?
Оборотень пропустил вопрос мимо ушей.
— Ты говорила с ним. О чем?
— Ничего личного, клянусь. Я знаю только то, что он новый ученик в моей школе. Ты же не собираешься с ним что-то сделать?
Он снова проигнорировал ее вопрос.
— Что насчет другого парня? Того, которого ты провожала до стадиона.
— Это Такер. Я встречаюсь с ним. Вроде того. Возможно. Мы можем расстаться. Я так думаю. Ты с ним собираешься что-то сделать?
Внезапно волк зарычал, тем низким и угрожающим рыком, что словно треп крыльев пробежал по ее нервным окончанием и привел девушку в отчаяние. Затем она поняла, почему зверь внезапно приготовился убивать. Кто-то шел по траве, ступая по опавшим листьям и желудям. Зверь напрягся всем телом и развернулся, готовый встретиться с опасностью.