Перерождение
Шрифт:
В помещении опять воцарилась напряжённая тишина.
– Это шутка какая-то? – заговорила она, наконец. – Кто? Зачем? Что за бред?
– Госпожа Аттика, – заговорил претендент на престол низким уверенным волнующим баритоном. – Я альфа полярных волков, одного из сильнейших кланов оборотней. Меня зовут Кун Маррт и я бы очень хотел с вами познакомиться.
– С какого хрена!? – вспылила девчонка, вызвав у Гвилима улыбку, которую он мастерски скрыл.
– Это не телефонный разговор, госпожа Аттика, – учтиво ответил претендент, несмотря на гонор ведьмы.
«Что бы это ни было, то, что ему от неё нужно, весьма важно», – подумал мэр.
– Я занята, мне очень жаль, встреча не состоится, всего доброго, – затараторила девушка и отключила связь.
Хор чуть не рассмеялся в голос, видя, как потрясённо и обескуражено вытянулось лицо оборотня. Тот явно не привык к отказам. И со стороны женского пола в том числе.
Маррт порывисто развернулся и покинул офис мэра.
– Камеры! – приказал Гвилим айкору и перед ним всплыли полупрозрачные виртуальные голубые экраны, отслеживающие передвижения претендента на престол.
Оборотень двигался поразительно. Быстро. Перескакивая через автомобили, людей. Тех, которых не отшвыривал в сторону.
Он явно был зол.
В поле зрения появилась ведьма, вдруг ставшая всем необходимой.
Она увидела его издалека, потрясённо замерев и наблюдая за его приближением.
Наверняка альфа произвёл на неё впечатление. Подобное не каждый день увидишь.
– Госпожа Аттика, – громко раздражённо заговорил он, будучи ещё на приличном расстоянии. – Впервые я сам иду к женщине.
– Не стоило так утруждаться, – парировала она, вновь изумив претендента.
И не только его.
– У вас какие-то предубеждения относительно оборотней? – поинтересовался он, подойдя.
– У меня предубеждения относительно того, с чего вдруг я вам понадобилась, – по–прежнему неприветливо ответила она, сверкая зелёными глазами и задрав голову, чтобы смотреть собеседнику в лицо.
– Я хотел лишь с вами познакомиться, – ответил Маррт. – Вы единственная ведьма, появившаяся со времён истребления.
– Отлично, – недовольно поджала она губы. – Познакомились. Очень приятно и всего доброго.
Она развернулась чтобы уйти.
Он схватил её за руку.
– Теперь я не могу вас отпустить, – заговорил он, пока она удивлённо смотрела за своё запястье, удерживаемое цепкими пальцами. – Вы вызвали у меня интерес. Я хочу узнать вас лучше.
– Мне это не интересно, – твёрдо ответила девушка, подняв волевой зелёный взгляд. – Немедленно отпустите меня.
На какую-то долю секунды Хор думал, что оборотень сорвётся. Мэр слышал, что из-за второй животной сущности оборотни весьма вспыльчивы.
Но нет.
Возможно, не этот.
Отменное самообладание.
Это далось ему с трудом, но он подчинился.
Девушке.
Человеку.
Мэр испытал в этот момент удовлетворение и лёгкую радость за свой род, ощущение расплаты за своё оскорблённое самолюбие и ущемлённую гордость. Он улыбнулся.
Гвилим не помнил, когда в последний раз так часто улыбался, как за последние дни.
Радовался чему-либо.
Жизнь уже давно превратилась в предсказуемую рутину и бесконечные проблемы, которые требовали немедленного решения.
Всегда.
– Ты чего быкуешь? – появилась на мониторах голограмма айкора ведьмы, стремительно удаляющейся от оборотня. – Офигенный же образчик. Сильный, влиятельный, богатый. Сексуальный, – немного поколебавшись добавила она.
– О сексуальности-то что тебе может быть известно? – улыбнулась Аттика, не сбавляя шаг.
– Ну… – отвела глаза голограмма, засмущавшись. – Существуют среднестатистические данные, – нашлась она, натянув на лицо чопорную маску. – Господин Маррт один из тех, кого предпочитают женщины. Прекрасная партия.
– Мне не нужна партия, – отозвалась ведьма. – И куда же делся твой высший интеллект? Не возникает вопроса, с чего вдруг он примчался?
Дива растерялась. Задумалась.
– Любопытство, – предположила она, пытаясь оправдаться. – Его слова вполне могут оказаться правдой…
– Дива, – разочаровано посмотрела на неё Аттика.
– Мо-гут, – настаивала искусственный интеллект, размякшая от собственной влюблённости.
– В любом случае, мне не нужна пара, – решила не спорить Атти.
– Аттика, – сочувственно начала искусственница. – Ты же не из тех, кто гребёт всех под одну гребёнку и разочаровывается с одного раза.
– Да. Я сама всегда поражалась, глядя на таких людей, но… – ведьма запнулась. – Ты не представляешь, как мы любили друг друга, Дива, – вдруг с болью начала она. – Как он… А всё закончилось таким ужасом… Как такое вообще могло закончиться? Я была абсолютно уверена, что это настоящая любовь. Та самая. На всю жизнь. Если это была не она… Впереди всё равно конец… Я просто не хочу. Мне больше этого не надо. Я не хочу. У меня уже другие цели, приоритеты, интересы… Я больше не наивная маленькая девочка. Я наконец–то выросла. Всё. Хватит.
– Это никогда не изменит того, что ты человек, Аттика, – серьёзно отозвалась Дива. – Из плоти и крови, как минимум.
– Буду держаться до последнего, – твёрдо отозвалась она. – И уж точно не с этим.
– Что тебе в нём так не понравилось? – искренне удивлялась айкор.
– Такие не умеют любить. Быть искренними, преданными, настоящими, заботливыми. Он не видел ме-ня. Лишь цель. Я нужна ему зачем-то.
Дива ничего не ответила, углубившись в размышления над словами хозяйки, анализируя данные, поведение, сопоставляя, изучая личность оборотня.
– Да, – согласилась она серьёзно. – Ты права.
Девушки вышли в ворота и покинули доступную для наблюдения зону.
Гвилим разочаровано «потушил» мониторы, задумчиво потерев подбородок.
Новоприбывшая становилась всё занимательнее и занимательнее.
Кто этот «он»?
Она уже бывала в городах людей?
Жила?
С человеком?
Может, поэтому её и изгнали?
«И совсем не глупа, – подумал Лим напоследок. – Совсем».
Этой ночью он не спал.
И впервые не из-за государственных дел.