Чтение онлайн

Может, кстати, без шуток, он так и сделал. Кто его знает, что потом было у них. Но прежде Стас все же мне прислал:

«Возможно, все так. Ладно, ложись спать». «И прости, пожалуйста, за весь этот грёбаный треш».

Конечно же я ему тут же ответила:

«Пока. Доброй ночи», - но меня еще долго мучил вопрос:

«Что же Стас мне так долго печатал, но в итоге так и не отправил?».

Вернулась домой в час ночи, спать легла в два, уснула из-за впечатлений прошедшего дня и мыслей, естественно, вообще не знаю когда, а встала ни свет ни заря. Внизу в столовой были слышны голоса родителей. Суббота. Вчера я удачно сдала свой единственный отправленный на допсессию предмет и, соответственно, теперь у меня начались каникулы. Мама тоже отдыхала, а вот отец и Настька собирались уходить. Начальство с ненормированным графиком - на работу, ученица - в школу.

Налив себе чай, я присоединилась к завтраку.

– Ты во сколько пришла?
– едва только я попала в поле зрения мамы, она сразу прицепилась ко мне.

– Не знаю. После двенадцати, - отмахнулась я.

– Так долго кино шло?

– Нет, еще посидели потом.

– С кем?

– С одногруппниками…

– До часу ночи? Что за посиделки такие?

Мне устроили допрос, словно я малолетка какая-то. А настоящая малолетка сидела рядом и, как ни странно, даже не отреагировала на мое заявление о друзьях из института. Не поинтересовалась о составе компании, с которой я вчера развлекалась до поздней ночи. Перегорела, что ли, после рождественского купания в бассейне к «красавцу» Протасову. Прозрела. Разочаровалась. Или…

Я покосилась на сестру — она с усердием, оторвавшись от бренного бытия, ковырялась в телефоне, точнее с кем-то перекидывалась сообщениями.

...Или нашла себе новый объект для воздыхания. Может, реально не врала она о поцелуях у елки. И теперь строчила мальчику признания в любви.

Я заглянула в свой телефон. Мне с ночи так больше ни одного сообщения и не пришло.

«Спит, наверное», - подумала я. Заходил последний раз в «ВК» Стас ровно после пожелания доброй ночи — я проверяла. Явно дрыхнет, тем более после пива. И хотелось надеяться, что Янка на него нетрезвого так и осталась обижена.

Я Назарову, конечно, ночью с дуру советов нагородила и, кстати, вполне рабочих. Но, чтобы он воспользовался ими у меня желания не было. Честно говоря, лучше бы он так и не помирился со своим Малышом. И тогда…

– Тогда все уже. Смысл сейчас кого-то искать? Летом уже Юра придет…

Упоминание мамы о Юрке вырвало меня из задумчивости, и я прислушалась к разговаривающим между собой родителям.

– Сколько тут осталось?
– продолжала размышлять мама.
– Три-четыре месяца…

– Ну да, - согласился отец и посмотрел на меня, - можно пока ремонт сделать. Как считаешь, Юль?

– Что? Чего?
– я так и не врубилась, о чем они.

– Квартиранты к марту съедут.

Квартиранты… Ах, вон оно к чему. Квартира, которая предположительно после свадьбы должна была стать нашим с Юркой жильем, но пока сдавалась в аренду, к марту освобождалась. В июне же, после возвращения служивого, нам, получается, пора было начинать жить вместе.

Вот так сразу? Уже летом? Я растерялась.

– Не знаю. Я у Юрки спрошу… - ответила неуверенно. Завтра воскресение и он мне должен был позвонить. Как раз можно решить. Но… Но почему об этом надо думать уже сейчас?
– А, может, лучше, когда придет?
– предложила я.
– Там и посмотрим. Зачем торопиться? Это так срочно? Потом никак?

Отец с непониманием пожал плечами. Мое замешательство его немного удивило. В чем я увидела проблему до него никак не доходило.

– Можно же пока потолки натянуть, полы поменять. Их же все равно надо будет делать… - уставился на меня.

Я и сама не могла объяснить, из-за чего так всполошилась. В самом деле отделку можно же было и подготовить, а с интерьером потом уже вместе с женихом бы разобрались.

– Ну да, можно, - в ответ тоже пожала плечами и заглянула в телефон. Конечно же за эти пять минут, что я не заглядывала в «ВК», Назаров онлайн не появился. Он же не дурак, как некоторые, вскакивать с утра пораньше.

– А почему Юльке квартира?
– вдруг, вернувшись в наше измерение, возмущенно влезла в разговор Настя. Вот теперь мы точно в недоумении все уставились на нее.
– Может, я там буду жить со своим парнем, - заявила она.

Я подавилась чаем, родители обескураженно переглянулись, но всерьез, естественно, бред, что несла их младшенькая, не восприняли. В нашей семье было в порядке вещей пропускать мимо ушей Настькину ахинею. Ну обделила умом девочку природа, что теперь поделаешь. Кого уж родили себе, того и приходилось выращивать.

– Так, давай, поела и быстро в машину, - в нетерпении махнул ей отец, - с парнем она жить собралась…

Нет, ну а что, - словно от вопиющей несправедливости возмутилась Настя, - Юлька со своим Юрой уже в семнадцать лет вместе спали, а мне почти восемнадцать.

Действительно. Почему?

Мама неодобрительно зыркнула на меня. Да-да, из-за моего дурного примера еще дурнее мысли забегали в пустой голове моей сестры. Но ведь дело в том, что у меня-то все изначально серьезно было с моим парнем, а кто там у этой бестолковой? Что за сопляк? Он ведь наверняка с ней просто развлечется и свалит за горизонт.

Стас в сети появился после обеда. Сначала на пять минут выглянул. Потом где-то через час завис минут на пятнадцать. И лишь к вечеру зелененький кружочек возле ушастой аватарки загорелся надолго. Очень надолго. С семи вечера и где-то до десяти. За это время точно можно было бы успеть настучать на клавиатуре мне пару слов, но я их не получила. Он мне ничего не написал. Даже смайлика не отправил. В это же время Янка тоже была онлайн, правда, с телефона. Да, я заглянула и к ней. Непонятно, то ли она все еще сидела у Стаса дома, то ли, наоборот, не с ним рядом, но писала ему, или не ему. Я по-всякому передумала. И все просмотрела. Ни у одного из них на страничке не было отмечено, что они влюблены или хотя бы встречаются. Но это ни о чем совершенно не говорило — у нас с Юркой было абсолютно так же. Еще я не нашла ни одной их совместной фотографии. У Стаса, в принципе, вообще, кроме аватара не имелось никаких фоток. Янка же себя любимую обожала — селфи-снимков нащелкала предостаточно. Под одним из них я нашла комментарии:

«Люблю тебя», - подписался Стас.

«И я тебя тоже», - ответила Яна, еще и сердечко воткнула.

Подписи имели полуторагодовалую давность. Больше ничего интересного мной не обнаружилось.

Я бесконечно открывала нашу ночную переписку, которую перепиской-то смешно было называть. Так лишь пара фраз от Назарова и мои философские трактаты на тему: «Как доказать девушке, свою любовь». Наутро эти мои откровения выглядели глупо, а к вечеру просто ужасно. Мне так хотелось вернуть все на сутки назад и не отвечать Стасу вообще ничего, даже не сообщать ему, что я добралась. Так было бы правильней. И еще ни в коем случае не стоило целоваться с ним. Ни в кино, ни в машине… Никогда.

В обед воскресения я порывалась написать ему сама. Долго придумывала чего бы сочинить такое легкое и ненавязчивое, но ничего подобного не нашлось. Что можно сказать человеку, которому никогда в жизни не писала, не звонила и не имела ничего общего, кроме случайного перепиха? И, чтобы это выглядело между прочим, и не так, словно я его надоедливо преследую. Мне очень хотелось написать Стасу, но я действительно не нашла повода.

А потом позвонил Юрка. И я, наплевав на ушастого козла, решительно забила на него. Разве стоило из-за такого придурка не находить себе места и безвылазно сидеть, глазеть в молчащий телефон и бесконечно ставить в мозгу отметки: «онлайн», «не онлайн», «не онлайн», «онлайн», «онлайн» …