Пересечение реальностей
Шрифт:
– Гибнет природа, мир её праху. Люди уроды, пошли они на… – Тоскливо сказал Тёмыч. оглядываясь.
Тёмыч посидел, выкурил сигарету, и встал. Взялся за грабли, и начал сгребать мусор в кучу.
Он убирался на поляне до вечера, почти шесть часов. Сгрёб весь мусор в кучу, потом сжёг. Стекло и камни унёс на помойку. Сходил домой, по пути унеся грабли, ведро, и метлу, и дома взял картонную коробку. Вернулся. Поставил её под стол, под мусор. Сел на лавку.
– Блин, всё же грязное! Надо помыть.
Опять пошел домой, набрал ведро тёплой воды, взял тряпку. Пришел обратно, сел на лавку, покурил. Бычок выкинул в коробку, предварительно затушив. Встал, и на три раза помыл лавки, и стол.
– Уф, вроде всё. – Сказал Тёмыч, оглядываясь. Полянку было не узнать – чистая, светлая, удивительная. И даже птички как будто благодарили его, красиво чирикая над ним.
Он взял ведро с тряпкой, и поплёлся домой. Вроде бы ничего тяжелого он не делал, но уборка утомила его.
Дома он взял чистый лист формата А4, и красиво написал на нём – Огромная просьба – НЕ МУСОРИТЬ! Я убирался здесь один, извольте уважать мой труд! Спасибо за внимание!
Взял этот лист, и пошел к выходу.
– Мам, у нас скотч есть?
– Тебе зачем?
– Смотри, что сделал. – Протянул он маме лист. Та посмотрела, и с улыбкой вернула. – Хочу на стол прилепить.
– На холодильнике возьми. Ножницы в столе.
Тёмыч взял скотч, ножницы, и пошел на поляну. Там он положил лист на стол, и полностью обклеил его скотчем, чтобы не размокал.
– Ничего себе… Как тут чисто. – Тёмыч оглянулся – сзади стояла мама, и улыбалась, глядя по сторонам. – Это всё ты один?
– Ну да, я один. Да надоело, блин – такая красота, и вся в грязи, в мусоре.
– Молодец… – Она села на скамейку. Всё уже высохло. – Загадят же опять…
– Не загадят. Буду сюда каждый день ходить, смотреть. Мусорка вон ещё. – Показал пальцем под стол. Улыбнулся. – Буду егерем данной полянки!
Они засмеялись.
Мама с удивлением смотрела на сына. Он сильно изменился, после больницы. Он полностью ушел в себя – общался только с мамой. С “друзьями” не пересекался. Мало говорил, стал очень задумчивым. Всё свободное время проводил за компьютером – интернет, музыка, фильмы.
– Мам, я хочу учиться поступить. В техникум. На очное отделение, на первый курс. – Серьёзно сказал Тёмыч.
Мама подняла на него удивлённые глаза:
– Учиться? На первый курс? Ты же уже большой для первого курса.
– Ну да. А почему нет? – Его три раза отчисляли из одного и того же техникума, за прогулы. – Образования у меня нет, а без него работу найти очень трудно. А на первый курс потому, что хочу восполнить пробелы в образовании.
– Ты уверен? – Мама с удивлением смотрела сыну в глаза. – Опять ведь выгонят.
– Не выгонят. – Он улыбнулся. – Я хочу поступить не для того, чтобы прогуливать, а чтобы учиться.
– Я только за, ты знаешь. – Она встала, и пошла к выходу с поляны. – Если ты сам этого хочешь – поступай.
Она ушла. Тёмыч остался в одиночестве. Последнее время он очень много думал, анализировал своё поведение, и пришел к выводу, что живёт неправильно. И осознание этого приводило его к недовольству собой, к сильному замешательству. Ему было горько осознавать то, как он жил.
Настало время перемен – подумал Тёмыч. Бросил бычок в мусорку. Спохватился, достал его, затушил, и снова бросил туда же. Встал, и пошел к выходу.
– Тёмыч, братан! – У выхода он встретил Кирюху. – Как сам?
– Да ничего, потихоньку. – Он пожал руку Кирюхе. – Домой иду. Ты это, Кирюх, не мусори там. Я убрался, под столом мусорка. Лады?
– Братишь, не хотишь дунуть? – Кирюха лыбился. – Планчик чума!
– Не, спасибо. Давай, Кирюх, увидимся. – Он махнул рукой, и пошел в сторону дома.
Его друг стоял, и не мог придти в себя – Тёмыч отказался покурить. Потом махнул рукой, и пошел на поляну.
За кулисами
Они?
Полностью тонированная тёмно-синяя девятка остановилась у гостиницы.
– Коля, на два часа свободен, – открывая дверь, бросил через плечо заросший, как Робинзон Крузо, мужчина, – будь на телефоне. Можешь понадобиться.
Вышел из машины, взял с переднего пассажирского сиденья кейс, и неспеша направился ко входу в гостиницу. На крыльце остановился, достал трубку, в которой уже был насыпан табак, и прикурил спичками. Наслаждаясь хорошим табаком, постоял, покурил. После вошел в гостиницу.
– Где здесь ресторан? – Спросил он у девушки, которая сидела за стойкой ресепшена, и играла во что-то на компьютере.
– Направо. – Коротко бросила она.
Он повернул голову вправо, и увидел дверь, за которой слышалась музыка.
Вошел, окинул взглядом зал, и увидел нужного человека, который сидел в одиночестве, в глубине зала.
– Вы позволите? – Спросил он, подойдя к столику.
– Степан Николаевич, конечно, присаживайтесь, – заулыбался, – я долго вас жду. Надеюсь, вы принесли всё, что нужно?
– Не сомневайтесь, Игорь Сергеевич. Всё здесь. – Похлопал по кейсу.
Степан Николаевич сел на стул, положив кейс на колени. и открыл кейс:
– Что бы заказать… Я нечасто здесь бываю, может подскажите что-нибудь?
– Здесь отличный борщ. И пельмени. Советую.
– Чтож, поверю вам, – улыбнулся, – официант!
Подошел молодой человек с натянутой улыбкой:
– Я вас слушаю. Что будете заказывать?
– Мне борща со сметаной, и пельмени с кетчупом, – посмотрев на официанта, сказал Степан, – и черный чай. Игорь Сергеевич, вы что будете?
– То же самое.
Официант записал заказы, и ушел.
– Степан Николаевич, могу я называть вас просто Степан? – Облокотившись на стол, спросил Игорь Сергеевич, – а вы меня тогда называйте Игорем?
– Так будет намного удобнее, – с улыбкой ответил тот, – дивная погода, не так-ли, Игорь?
– Да. Вы включили коробочку? – Коробочкой он называл устройство анти-прослушки.
– Обижаете.
– Тогда к делу. – Официант расставил тарелки с чашками на столе, отошел от стола – как поживает тройка?