Чтение онлайн

– Нет, нет, - торопливо выпалила Лори. – Лучше сегодня.

– Не боитесь, что ваш разум этого не выдержит?

– С чего бы? Всё, что я услышала, только радует.

– Ну-ну, - пробормотал Хамид.

– А что такое «адаптация»? – спросила итальянка, пригубив необычную жидкость.

Не то чтобы этот вопрос был в «топе» тройки важных вопросов, просто ей нужно было время, чтобы привести в порядок свои мысли, размякшие после вкусного обеда.

Хамид немного задумался.

– Как бы вам…- неуверенно заговорил он. – В Аравийский Союз входят новые страны, которые не знают о том, что происходит под Куполом. Сообщать им о тех же «коконах» или ещё о чём-либо приходится очень осторожно. Первым делом, людей нужно привести в чувство, ведь многие из них только-только перестали слышать стрельбу и прятаться от бомбёжек. Бандиты, которые ничего не умеют кроме как с автоматом наперевес рыскать в поисках наживы… они ведь не станут в один день законопослушными гражданами. Их приходится держать в информационной изоляции и много работать с ними. Наши психологи лечат их искорежённые души, пытаясь минимизировать последствия ужасов войны… - Хамид замолчал, прикрыв глаза. – Это мы и называем карантином, - глухим голосом заговорил он вновь. – Легче всего с детьми, их забирают в закрытые школы, где обучая, развивают интеллект… Я ведь говорил вам, что лучше всего поддаются молодые? После пары лет обучения и студенты, и школьники получают возможность выбраться из карантина…

– А взрослый человек… он когда?.. – невразумительно спросила Лори.

Но Хамид её понял:

– Первое, что от него требуется – это искренне поверить в Бога, - ответил он. – Не внешне проявлять это, крича на каждом углу, что совершил сотню молитв, а сердцем и душой осознать и полюбить Господа… Это первый шаг. Дальше, уже проще.

– А я?..

– А вы должны были оставаться в карантине, - строго сказал Хамид.

– И почему же не оставили?

Аравиец сцепил пальцы рук.

– Я не уклоняюсь от ответа, - предупредил он. – Но об этом вам расскажет тот, по чьему указу вы здесь.

Лори заволновалась.

– И кто же он? – спросила она, не особо надеясь услышать исчерпывающий ответ.

Хамид молчал некоторое время, за которое итальянка успела потерять надежду.

– Этот человек – птица высокого полёта, - объявил мужчина, откровенно удивив этим Лори. – Он Советник.

– Чей советник?

– Он член Совета. Чтобы вы понимали, Совет состоит из восьми человек. Именно эти люди управляют всей Аравией. Кемаль Наим расскажет вам всё, что связано с вашим пребыванием здесь. И я готов отвезти вас к нему, как только мы закончим с вашими вопросами.

Лори была впечатлена статусом человека, заинтересовавшегося ею. Правда, это не помешало любопытству:

– Он какой-нибудь принц? Или как тут их называют? Шах? Раджа?

– У вас какая-то каша в голове, - не удержавшись, рассмеялся Хамид. – Шах, раджа… Были у нас шейхи, но… Кемаль и остальные Советники не относятся к правящим семействам. То есть к «бывшим правящим».

– Что значит «бывшим»? Их что, свергли? – округлила глаза Лори.

– Нет, но правят нами другие. Это особые люди. Мы их называем Новыми.

– Новыми?!

– Может быть, когда-нибудь им дадут другое название, - продолжал свои пояснения Хамид. – Но сейчас их называют так.

– А что это значит – новые?

– Ну… это ДРУГИЕ люди, - с нотками благоговения произнёс Хамид. – У них другие потребности, другие мысли… они вообще… на другом уровне.

– Не понимаю, - Лори даже головой замотала.

– Ну, например, есть те, кто имеют статус КИМ-один, - терпеливо пояснял аравиец, - они очень умные, быстро всему учатся и используют восемь-десять процентов своих возможностей. Те, у кого КИМ-два - процент использования достигает двенадцати-пятнадцати. А Новые… они уже подбираются к двадцати процентам. И способны на такие вещи, которые для простых людей являются чем-то из области фантастики.

– А этот Кемаль… он тоже из этих?

– Да, - просто ответил Хамид.

– И я должна выполнить какое-то задание?

– Кемаль сам расскажет об этом.

– А когда всё закончится, я останусь здесь или вернусь в Европу?

– Это зависит от вас. Как вы сами захотите.

– А работать здесь можно?

– Что значит можно? Нужно, если хотите прокормить себя и дочь. Ну, или выходите замуж, и тогда вашим обеспечением займётся ваш муж.

– А не имея мужа и будучи одинокой женщиной, я буду подвергаться дискриминации?

– Стереотипы, Лори, стереотипы. Вы никак не хотите избавиться от них. Наши женщины учатся, работают, строят карьеру. Только не забывают о своём предназначении.

Лори вопросительно изогнула бровь.

– Дети, сеньорита. В феминистическом угаре и в погоне за непонятным равноправием, западные женщины забыли о своём священном долге – продолжение рода человеческого.

– Ну, конечно, - саркастично хмыкнула Лори, - нам положено сидеть дома, драить полы в ожидании своего господина, который об нас ноги будет вытирать.

– Стереотипы, - повторил Хамид, укоризненно качая головой. – Лори, мы все ошибались. Если западные дамы, уничтожив устоявшийся миропорядок, добились так называемого равноправия, то восточные женщины, позволили загнать себя в какие-то жуткие рамки мужского шовинизма. На самом деле, женщина – сакральный сосуд, несущий в себе бессмертие рода людского. Как я говорил, люди зацикливаются на каких-то одних вещах, забывая учитывать их в общем контексте. В Коране сказано, что женщину нужно заслонять от чужих взглядов, укрывать её в доме… Но люди, а именно мусульмане, забыли, что укрывать её нужно оберегая, защищая, как самое ценное в своей жизни. А не запирать, лишая какого-либо общения. Но это уже в прошлом, Лори. Сегодня наши женщины образованны, работают, но при этом мужчины не забывают, что их нужно беречь и заботиться о них.

– Обо всех?
– насмешливо спросила Лори. – Умаются, наверное, пока о трёх-четырёх благоверных позаботятся.

– Да, западники высмеивают и осуждают многожёнство и не хотят понять, что в своё время оно было спасением для многих женщин. В Средние века мужчины умирали молодыми, оставляя своих жён наедине с жестоким миром. Для многих это означало голодную смерть или проституцию. Разрешив мужчинам иметь несколько жён, наш Пророк подарил вдовам шанс на нормальную жизнь. Лучше уж быть третьей-четвёртой женой, чем торговать своим телом за кусок хлеба. Это было мудрое решение. Ведь сказано, что всех жён нужно обеспечить одинаково, а это означало, что позволить себе такое могут только состоятельные люди. У нас обходились без разводов. Если супруга оказывалась бездетной, не было нужды мучиться с нею, мечтая о ребёнке, или разведясь – обречь на одинокую старость. Можно жениться ещё раз. Правда, и это благое начинание сумели исказить до невозможности, приводя в дом по нескольку женщин без всякой на то необходимости. Нынче с этим покончено. Поскольку голодная смерть сегодня никому не грозит, наши девушки не идут вторыми или ещё какими-то жёнами… Разве что старшее поколение всё ещё мыслит по старинке и среди них немало ярых сторонников прежних обычаев. Но будущее в руках молодых и им решать в каком мире им жить.

Хамид замолчал.

Лори поторопилась задать следующий вопрос:

– А какие у вас здесь цены? Я смогу снять жильё? Сколько, например, будет стоить новый планшет?

– Айкомм, - сказал Хамид. – Наши последние модели называются айкомм. Его вам преподнесут в подарок.

– А если я захочу купить эту… как её… виману?

– Возьмите кредит.

– Ага, - саркастично протянула Лори, - а потом всю жизнь выплачивать проценты?

Хамид посуровел.

– Забудьте, - посоветовал он. – Наша религия запрещает ростовщичество. Наживаться на процентах – прямая дорога в ад. У нас кредиты выплачиваются в рассрочку.

– Что, вообще без «накрутки»? – поразилась Лори.

– Вообще, - последовал ответ. – Вещи, относящиеся к предметам первой необходимости, берёте в рассрочку прямо в магазине, а на всё что относится к предметам роскоши можно взять кредит в банке.

– И прям без процента?

– Я же сказал, - поморщился Хамид.

– Ну как же?.. Совсем-совсем без…

– Если вы ещё раз произнесёте слово «процент», я оставлю вас здесь и… - мужчина запнулся.
– Постойте, да вы мне просто голову морочите, - озарило Мехди.