Чтение онлайн

— Мне у тебя очень понравилось, — сказал Гаврюша, когда животик его стал круглым и тугим.

— Я тоже очень рад, что ты пришёл ко мне в гости, — ответил козлёнок. — Если ты не очень устал, мы можем немножко поиграть во дворе.

Посреди двора сушилось бельё. На веревке висели рубашки, платки и наволочки хозяйки Васёны. С них стекали капельки воды, и от этих капелек на земле получались маленькие ямки.

— Смотри, как интересно! — сказал козленок и дернул за завязку наволочки. Все белье переполошилось: рубашки замахали рукавами, платки забегали взад вперед, как будто за ними кто-то гнался…

— А теперь ты дёрни!

Гусенок тоже потянул за завязку. И белье снова смешно запрыгало на веревке.

— Если хочешь, можешь съесть кусочек, — предложил козлёнок. — Оно прохладное и вкусное, как капустный лист.

— Не хочу, — испугался Гаврюша. Никто из жителей птичника никогда не ел белья на веревке.

— А я съем, потому что очень люблю капустные листы.

Козлёнок подошёл к пододеяльнику и проел у него в середине круглую дырку.

— Видишь, как красиво? — бормотал он, дожёвывая белую тряпочку. — Можно теперь смотреть, как в окно. А то совсем ничего не было видно. — И он просунул в дырку свою мордочку.

— Вон в той будке спит пес Гавот. Слышишь, как он ворчит во сне? — И Циркуль уступил место Гаврюше.

Теперь сквозь пододеяльник просунулся гусиный клюв.

— Он ужасно сердито ворчит во сне, и я очень боюсь, что мы его разбудим…

— Не разбудим, — успокоил друга козлёнок, — он просыпается, когда возвращается домой хозяйка Васёна. Тебе не кажется, что это обидно — нас двое, а дырка одна? Пожалуй, я проем еще одну, специально для тебя. И мы будем смотреть вместе.

Через минуту в пододеяльнике уже было две дырки. Как два портрета на белой стене виднелись в них голова гусенка и бородатая козлиная мордочка.

К тому времени куры откопали всех червяков под смородиновым кустом и прогуливались по двору. Увидев незнакомую птицу, они стали внимательно рассматривать ее по очереди каждым глазом. Петух — черный, с синим отливом, гребешок на бок — сделал шаг вперед, он готов был драться до последнего пера в хвосте, защищать своих кур.

— Кто ты, кто ты, кто ты? — закудахтали хором куры.

— Нехорошо совать нос в чужие дела, — пристыдил кур козлёнок. — Это мой гость гусенок Гаврюша.

Гусёнок вежливо поздоровался, а куры от смущения заскребли землю лапами, зачесались, закудахтали. Петух посмотрел на них строго и увёл за угол дома. И уже оттуда раздавались куриные голоса:

— Какой вежливый…

— Какой воспитанный…

— Какой красивый…

— Какой нарядный…

Только хотел козлёнок пригласить друга в огород на капустную грядку, как зазвенел цепью пёс Гавот и в калитке появилась женщина.

— Хозяйка пришла, — испугался Циркуль, — хорошо, что Гавот ничего не видел и ему нечего будет наябедничать.

— Мне так хочется на неё посмотреть, — вытянул шею гусёнок. — Ведь ты сказал, что она похожа на меня.

— Пойдём, я тебя с ней познакомлю.

И козлёнок пролез под пододеяльником. И Гаврюша пролез вслед за ним и сразу увидел хозяйку. Она не была похожа ни на гуся, ни на кошку, ни на бабочку. Она была в три раза больше шкафа в гусиной квартире. Она носила такие громадные калоши, что они оказались бы велики даже индюку.

— Что это за гости бродят по чужим дворам? — неприветливо сказала хозяйка Васёна, взглянув на Гаврюшу. — А ты что не пасешься на лугу?..

И она огрела хворостиной козленка.

«Лучше бы мы пошли в гости в птичник», — испуганно подумал Гаврюша.

А когда хозяйка увидела изжеванный пододеяльник, она стала так кричать и топать ногами, что пес Гавот забился от страха в будку.

Потом Васёна больно схватила козленка за рожки, гусёнка за лапки и потащила под навес. Каждого она привязала верёвкой к большому гвоздю крепким узлом. А сама побежала к соседкам — Даше, Малаше и Фросе — узнать, не пропал ли у кого-то из них гусёнок. Вернулась Васёна вечером, когда куры, гусёнок и козлёнок уже спали. Конечно же, увидела она безобразие в своём доме — открытые кастрюльки, разбросанные подушки и гусиные лапки на покрывале. Наверное, ей хотелось отругать гусёнка с козленком. И, может быть, даже побить. Но хозяйка Васёна боялась темноты и поэтому поскорее легла спать.

У мамы Гамаши тесто уже стало вылезать от нетерпения из кастрюли, а Гаврюши всё не было.

— Куда запропастился этот гусенок? — спросила Гамаша сама себя. — Может быть, он встретил во дворе утят и теперь они все вместе играют в курицыну мельницу?

Она выглянула в окно. Утята строили из песка крепость. Петушки что-то отнимали друг у друга, за ними с любопытством наблюдал индюшонок Гобелен. И больше во дворе никого не было.

Гамаша отшлёпала тесто. Так сильно, что оно послушно спряталось в кастрюлю. Сняла фартук и отправилась к рыжей курице Кудате.

Кудата сидела на солнышке возле дома и ставила разноцветные заплатки на штанишки своим петушкам.

— Добрый день, соседка, — поклонилась ей гусыня, — не приходил ли к тебе мой Гаврюша?

— Здравствуй, Гамаша! Я сижу здесь уже целый час, а гусёнка не видела. Может, я увлеклась рукоделием и не заметила, как он прошел?

— Я посылала его к тебе за мельницей. Но он мог все перепутать и пойти в птичью поликлинику. А туда мы собирались после обеда… Куда он мог запропаститься?

И Гамаша побежала к белому селезню так быстро, что не услышала, как спросила её рыжая курица — что она собирается стряпать.

Белый селезень ходил по кабинету и полотенцем выгонял в окошко мух.

— Здравствуйте, доктор, — расстроенно сказала гусыня. Она уже увидела, что и здесь Гаврюши тоже нет.

— Проходите, пожалуйста, — пригласил её белый селезень. — Я поджидаю вас с самого утра. Хочу успокоить. Медицинская энциклопедия пишет, что ничего страшного нет в том, если гусёнку снится, что он летает. Это значит, он растёт. Так что пусть ваш малыш спит, как ему больше нравится — на спинке, на животе, даже на одной ноге…

Гамаша растерянно поблагодарила белого селезня и заспешила в парикмахерскую. Последняя надежда была — застать гусенка у Гагата на работе.

Гагат стриг петуха Пелликуля. Петух был повязан белой салфеткой. Он важно сидел в высоком кресле и смотрелся в большое круглое зеркало. Гагат ходил вокруг и щёлкал ножницами. Кончики разноцветных перьев, кружась, опускались на пол.

Гамаша, от волнения забыв поздороваться, бросилась к Гагату. Но только хотела раскрыть клюв, как Гагат строго сказал: