Чтение онлайн

В холле министерского здания, куда они прошли, миновав молоденького милиционера, было торжественно тихо и мра-морно. Втроем прошли по длинному коридору и вступили в кабинет генерала Волкова, о фамилии которого Старцев предупредил Ньюмена заранее.

Генерал Волков произвел на Ньюмена приятное впечатление. Высокий, худощавый блондин в отлично сшитом костюме — сером с легким металлическим блеском, с энергичным загорелым лицом и легкой сединой на висках, он, казалось, сошел с рекламных страниц американского журнала мод. Ньюмен не часто встречал русских в таких количествах, как сегодня, и потому судил о них больше по портретам политических деятелей. Считал, что это в основном люди круглолицые, полные, с выражением масляной сытости в глазах, ленивые и самодовольные, прячущие хитрость и подозрительность за показным добродушием. Еще больше поразило Ньюмена то, что третий человек, встреченный им в Москве, превосходно говорил по-английски. Сам Ньюмен знал всего пять русских слов: спутник, водка, перестройка, гласность и давай-давай. Хотя последнее слово можно было считать за два, Ньюмен не допускал приписок и считал его в единицу. Поначалу Ньюмена несколько резанула откровенная манера разговора, которую предложил генерал Волков, но после некоторого размышления он принял ее как должное.

— Прошу понять меня правильно, суперинтендант, — сказал генерал, когда они расселись и перед каждым появилась чашечка кофе, — мы не ведем досье на британских офицеров полиции. Но когда нам стала известна фамилия человека, который к нам приезжает, мои ребята собрали газетные и журнальные публикации, в которых встречалось ваше имя. Мы знаем, что на вашем счету задержание руководителя героинового синдиката Бен Али. Вы блестяще провели дело по выявлению транспортных маршрутов кокаина из Колумбйи в Британию. Познакомились мы и с другими делами. Не станем выяснять, насколько наши знания точны. Газетные публикации часто искажают события. Однако главное — результаты говорят в вашу пользу. Нам приятно, что придется иметь дело со специалистом высокого класса. Очень приятно.

— Спасибо, генерал, — ответил Ньюмен с улыбкой. — К моему сожалению, я собирался в поездку так стремительно, что не сумел сориентироваться, с кем мне придется иметь дело. Я даже сейчас не представляю, где я. Это Лу-бьян-ка?

— Нет, мистер Ньюмен. Это не Лубянка. Тем не менее вам будет предоставлена возможность там побывать. Дело, которое мы ведем, касается безопасности сразу двух стран — СССР и Великобритании…

Генерал Волков в общих чертах изложил суть дела, связанного с появлением на советских железных дорогах контейнера, предназначенного для перевозки через Ленинградский порт в Англию.

— Если вы не против, мистер Ньюмен, — предложил полковник Старцев, — мы прямо сейчас можем проехать на товарную станцию. Именно там находится груз. Задерживать его не в наших интересах.

И снова гонка по городу под двумя красными мигалками. На этот раз они не раздражали Ньюмена. Он ощущал в себе привычную напряженность, которая возникала всякий раз, когда предстояло настоящее полицейское дело,

Груз, снятый с платформы, стоял на площадке, огражденной от чужих взоров высоким дощатым забором. Ньюмен обошел контейнер со всех сторон. Это был массивный прямоугольный ящик, сшитый из листовой стали и окрашенный в серо-голубой цвет. На торцевой части черными буквами были обозначены реквизиты:

MMMU 009480 SUX2210

Суперинтендант вынул из бокового Кармана записную книжку и старательно переписал в нее данные с контейнера. Потом отошел в сторону, отстегнул крышку чехла фотоаппарата и сделал несколько снимков. Окончив, аккуратно застегнул чехол. Вернулся к контейнеру. Постучал согнутым пальцем по его стенке. Сталь отозвалась тупым гулом. Снова обошел контейнер, будто измерял его шагами. Потом, обращаясь к Старцеву, сказал:

— Меня интересует документация, связанная с грузом.

— Что именно, мистер Ньюмен?

— Начнем с главного.

— Что они считают главным? — вполголоса спросил Старцев Латышева.

— Думаю, экспортную лицензию. Именно в ней дается подробный перечень отгруженного товара. Несоответствие номенклатуры и количества груза с лицензионными записями ставит под сомнение законность транспортировки.

Сказав это, Латышев поставил ногу на колесо автопогрузчика так, чтобы она согнулась в колене, положил на нее кейс, открыл его и достал оттуда нужную бумагу.

Ньюмен взял лист, развернул и быстро просмотрел, демонстрируя умение ориентироваться в подобных документах.

— Товар застрахован?

— Безусловно, — ответил Латышев. — Но страховка чисто символическая. Инвентарная ведомость, в которой номенклатура груза совпадает с той, что указана в экспортной лицензии, не дает возможности высоко оценить перевозимое. Тем не менее формальности соблюдены.

Старцев с удовольствием отметил, что Латышев свободно владеет предметом, и англичанин тоже видит это.

— Позвольте вас заверить, мистер Ньюмен, — сказал Старцев, — мы подошли к делу достаточно серьезно. Наши люди изучили путь следования груза — не вероятный или предполагаемый, а реальный. То есть маршрут, по которому наркотик проследовал до погрузки в контейнер в Хайратане. Нам известен первоначальный пункт, откуда груз двинулся. Выяснили его отправителя. Не фиктивного, что указан в транспортных документах, а того, чье имя даже не упоминается. Мы разобрались, кем и когда лицензия выдана. Установлено, что в ней подлинно, что фиктивно. Докопаться в короткий срок до всего было не так уж просто. Все же выяснили, что две печати и факсимиле трех подписей чиновников — подделка.

Ньюмен удовлетворенно кивнул. Он не ожидал, что дело здесь делается со скрупулезностью, которая свидетельствует о высоком профессионализме. С тем, как ведется розыск русскими, Ньюмен никогда не сталкивался. Первые впечатления оказались самыми благоприятными. Он не видел ничего, что могло бы насторожить, и радовался этому. С такими людьми можно было сотрудничать.

— Спасибо, джентльмены, — сказал англичанин искренне. — Но, коль скоро советская сторона придает операции международный характер, мы с самого начала обязаны строго придерживаться правил Интерпола.

— Что вы имеете в виду в данном случае? — спросил полковник Старцев.

— Прежде всего, я имею в виду, что аппарат Интерпола не зависит от правительственных учреждений или иных органов, которые не имеют отношения к его работе. В уставе прямо оговорено, что органы Интерпола «призваны сопротивляться любым действиям, которые могут препятствовать их международной миссии».

— В какой мере это приложимо к нашему делу?

— В полной мере. Кстати, мистер Старцев, ваше дело имеет кодовое название?

— Пока нет, мистер Ньюмен.

— Вы не будете против, если мы назовем его «Блу бокс» — «Голубой контейнер»? Нет? Отлично. Так вот, к операции «Блу бокс» не должны иметь касательства ни ваше посольство, ни консульства. Любое вмешательство этих организаций может нарушить статью тридцатую устава и создать юридические трудности в судебном преследовании преступников.

— Принято, — сказал Старцев твердо, хотя представлял, сколько трудностей может встать перед ними. Не так-то просто будет обойти посольство в случаях, когда речь идет о прямых связях с иностранным государством.