Чтение онлайн

Так, я тяну, тяну штаны на себя, еще чуть — чуть…внезапно леггенсы поддаются моему напору и вместе с ними я заваливаюсь на спину. И вот лежу я такая раскоряка в мультяшных трусах, ноги еще кверху, штаны вообще на голове и все бы ничего…не будь у меня свидетелей.

— Ах — ха — ха — ха! Я щас уписаюсь! Лерка, ну ты даешь, мать! — заржали рядом.

— Ааааааа, мать ёё, малину! — заорала от испуга я, размахивая головой в штанах. — Лёх, какого хрена! Ты что тут делаешь? — спросила всё ещё злая я.

Его голос я бы узнала из тысячи. Это мой друг детства Алексей Богатырёв. Мы знакомы еще с детского сада, можно сказать, на одном горшке сидели. Смуглый, худенький, темноволосый мальчишка с зелеными глазами очень быстро нашел со мной общий язык. С тех пор мы — не разлей вода.

Сначала после детского сада, а потом уже и после школы он приходил к нам домой поиграть и всегда оставался до вечера, мы даже уроки вместе делали, так как дома ему уже некогда будет, ночь на дворе.

Богатырёв был милым и в детстве, но сейчас стал очень привлекательным парнем с нереальной харизмой и обалденной фигурой. Он — моя первая и пока что единственная любовь, но я в жизни не осмелилась бы ему признаться в этом. Боюсь, что если чувства не взаимны, мы уже не сможем так же дружить, быть такими же открытыми друг с другом. Появится неловкость и это, в конечном счете, сведет наше общение на нет.

— В данный момент? Утираю свои слёзки — снимаю твои штанишки! — раздался довольный голос этого не в меру наглого парня с двойственными формулировками.

С моей головы действительно осторожно потянули леггенсы и через секунду я уже тонула в его зеленых глазах. Он был так близко, что я, забыв обо всем, мечтала о поцелуе. Лёха внимательно посмотрел мне в глаза, потом на губы, и когда я прикрыла глаза — с придыханием выдал нечто неожиданное:

— Микки Мауса дашь поносить? Он и Дональд Дак — мои любимые герои! — сказал он, невинно хлопая ресницами.

И тут я поняла, что все еще не оделась. Сижу на полу в трусах с Микки Маусом, а передо мной парень, перед которым мне меньше всего хотелось опозориться. Щеки вспыхнули, бросило в жар. Мне давно так не было стыдно! А Леха взял меня за подбородок, погладил по щеке и с тяжелым вздохом сказал:

— Такая страшненькая, лохматая, еще и на ногах не стоит! Как же мы тебя замуж отдадим?! Ох, горе мне, горе, — дурачился он, делая позу рука — лицо.

— Убью! — взревела я, вскакивая с пола.

Лёха с диким хохотом начал удирать от меня по всему залу. Отвесить ему пинка стало главной задачей в моей жизни. Прикрывать трусы уже не имело смысла, он уже все видел. Мне казалось, что все…

Набегавшись по залу и не сумев догнать этого супостата, я повалилась на диван отдышаться. Леха, даже не запыхавшись, сел рядом и улыбнулся своей самой милой улыбочкой «ты ж все простишь».

— Фух, зараза бессовестная! Хоть бы раз поддался! — даже не огорчилась я. На него просто невозможно долго сердиться. Никогда не ссорились больше, чем на пять минут. Он делал все, чтобы мои скулы сводило от смеха. Даже подуться нормально не дают!

— Так неинтересно! Знаю я тебя! Догонишь — одним пинком не ограничишься, еще и защипаешь бедненького до синячков, — всхлипнул этот горе — актер.

— Не отрицаю! Такая у меня натура подленькая, — улыбнулась я. — Очень рада тебя видеть! Но почему ты здесь? Ты же в Москве учишься!

— Да, учусь. Но преподов нашего курса отправили в командировку для повышения квалификации, так что на неделю приехал у бабушки погостить, а там староста группы скажет, возвращаться или еще каникулы нам продлят. Странно, что раньше они не чесались. Уже диплом скоро писать, а они со своей квалификацией. Будто без нее они не справятся с нами! — фыркнул парень. — Но зато появился незапланированный отдых, еще и с тобой встретились. Кругом одни плюсы! — его улыбка просто обезоруживает.

— Понятно. Ладно, пойду оденусь и спущусь. Ты уже завтракал или как всегда? — заботливо спросила я.

— Как всегда! — с готовностью ответил Лёха.

— Хорошо! Щас на кухне что — нибудь найдем или приготовим, — я мысленно усмехнулась и направилась одеваться в свою комнату. Только вот дойти мне не дали. Я и думать забыла, что он не всё на мне разглядел. Сзади раздалось восхищенно — восторженное:

— Ути, Бозе мой! Какой халёсий хвостик! — и за этот хвостик меня как дернули, аж резинка от трусов шлепнула по ягодицам. Морда Микки Мауса спереди показалась сразу такой мелочью, по сравнению с его хвостиком на попе! Я была не права, считая, что уже достаточно опозорена. Вот теперь точно могу сказать, что большего стыда еще не испытывала.

Взревев как бешеный медведь, рявкнула:

— Прибью придурка, чтоб не мучался! — резко развернулась, а он уже с диким хохотом скатывался по перилам лестницы на первый этаж.

— За что?! Непостоянная ты женщина! То накормить пытаются, то прибить! Как трудно выживать прекрасному мне в этом суровом мире! — продолжал разыгрывать комедию, но уже снизу.

Вот же ж! Чучелко! Ему двадцать три года, а ведет себя на подростковые пятнадцать! Блин, как же щеки горят. Как ему в глаза теперь смотреть? Небось всю мою много — куда — влипательную задницу успел рассмотреть. Детский сад! И зачем я тогда эти трусы с приколом купила?! Думала, раз парня у меня нет, то и раздевать никто не будет. Ага, и не пришлось, блин — банан!

Ладно, успокойся, выхохни. Я прошла в свою комнату и остановилась перед шкафом — купе. Зеркало на нем отразило светловолосую девушку с взлохмаченными волосами «а — ля воронье гнездо», лихорадочным румянцем на все щеки и яркими зелеными глазами. Ну, не такое уж я и пугало, — подумала я, рассматривая этакую бабайку в зеркале в растянутой майке. Хотя бы стройная, — пыталась оценить себя адекватно.

И чего я так стесняюсь! Я, на минуточку, уже взрослая двадцати — двухлетняя девушка, не голышом же перед ним разгуливала. И вообще, у многих моих одноклассниц уже по ребенку есть и даже не одному, а я все в девках хожу. Да и Лёха не монах! Небось уже покорил не одно женское сердечко. Так что, чего он там не видел? Он никогда не был моим, но как же я ревную! С такими, не очень радостными мыслями, пыхтя как ёжик, я оделась и спустилась вниз.

Лёха, как приличный мальчик (ага, если бы) сидел за столом, сложив ручки на коленях. Ну прям сама невинность! Поза — то расслабленная, да глаза выдают: ждет нападок с моей стороны, напряженно следит за мной и готов в любую минуту сорваться с места и драпать от такой нерадивой хозяйки.

Я медленно прошла мимо него к холодильнику, заглянула внутрь и поняла, что завтрак придется готовить. Холодильник был забит от и до, но ко всем продуктам требовался какой — нибудь гарнир.

— Ну — с, хозяюшка, чем порадуешь? — подал голос расслабившийся парень.

— А что бы ты хотел, Великий князь Всея Руси? Чем вас потчевать изволите? — подыграла я. Лёха долго думать не стал:

— Лер, а блинчиков нажаришь? Сто лет не ел, а ведь это — лучший затрак! Особенно со сметанкой или начинкой внутри, — размечтался парень.

— Окей, хорошая идея. Я и сама хотела блинов напечь. Аж слюнки от твоих рассказов потекли. Щас воплотим мечты в реальность. Побуду твоей феей со сковородкой!