Чтение онлайн

— Слушай, а полетели со мной?

— Куда?

— Там одно место есть, называется «Царство живых облаков».

— И что я там делать буду?

— А здесь ты чего делаешь?

Проф взглянул на батарею спирта, на «Одиссея» и махнул рукой.

— А действительно! Что я тут делаю? Поехали!

Ветер бил в лицо каплями так, что приходилось отворачиваться. Это уже было не похоже на ветер с дождем. Это больше походило на ураган с острыми иголками. Именно так ощущались капли с безумной скоростью, брошенные в лицо.

— Проф! Дай тяги! — кричит Александр, едва удерживаясь за штурвал.

Профессор у двигателя, что-то невнятно произнес и достал из инвентаря бутылку с изображением черепа и перекрещенных костей. Он выдернул тугую пробку зубами и понюхал содержимое.

Втянув аромат подозрительной жидкости, он сморщился, но это ему не помешало опрокинуть в себя бутылку и сделать пару больших глотков.

— У-у-уа-а-а-а-а! Хороша чертовка! — проревел старик.

Держась одной рукой за борт, второй он откручивал крышку бака небольшого двигателя. Как только он справился с крышкой, то тут же перевернул в бак загадочную бутылку.

«Одиссей» дернулся от внезапно прыгнувшей вверх мощности. Ветер начал хлестать по лицу еще сильнее. Саша буквально «шел по приборам». Он нагнул голову, чтобы ветер не бил по лицу, и ориентировался по внутриигровой карте, которая висела у него перед глазами. В какой-то момент, парень обнаружил, что кольцо, с компасом начало сходить с ума. Маленькая стрелка начала просто вращаться, как безумная.

— Проф! Мы на месте! Поднимаемся! — кричит Александр и выжимает рычаг набора высоты на максимум.

От того, что нос «Одиссея» задирается кверху на сорок пять градусов, профессор едва не вываливается за борт. Он кое-как цепляется руками за раму двигателя и матерясь прижимается к нему, словно к последней надежде. Сам же летательный аппарат начинает набирать высоту. Сначала он поднимается к тучам. Там его встречает шквалистый ветер, а затем он скрывается в них.

С оглушающим грохотом недалеко проскальзывает разряд, чудом не попав в «Одиссея». Видимость снижается до отрицательных значений. Саша понимает, что профессор на борту, только по его трехэтажному мату. Туман от облаков был настолько плотным, что от штурвала просто не было видно кормы.

Но в какой-то миг, «Одиссей» словно вынырнул из туч. Это было настолько резко, что яркий солнечный свет просто напросто ослепил воздухоплавотелей.

Пилигрим сначала не понял, в чем дело и попытался окликнуть замолчавшего профессора. Затем он начал приоткрывать глаза и попытался привыкнуть к яркому освещению. Сначала удалось сфокусировать взгляд на полу под ногами, потом на Профе, который смотрел куда-то вперед с открытым ртом, а потом на том, что творилось вокруг.

— Чтоб я свой профессорский билет съел… — произнес профессор, вытирая слезы. Не привыкшие к резким перепадам освещения глаза, отозвались градом слез и резью.

Александр оглянулся. И…

Никакого ветра, словно под ногами не идет ливень с грозой. Облака абсолютно белые, насыщенное голубое небо, солнце у самого горизонта и они.

Величественные гигантские замки с флагами, высокими стенами и подъёмным мостом, огромные мужественные воины, в броне, при оружии в героических позах, могучие маги с витиеватыми посохами, молниями и потоками воды, злобные драконы, с пастью полной зубов, и водопады. Настоящие водопады и горы из белоснежных облаков.

И все это великолепие огромно и находится в мелком движении. Вот флаг, на вершине замка шевелится. Тут воины трясут мечами, там маги вскидывают руки с посохами, а вот там дракон изрыгает поток белоснежных облаков, словно огонь, а здесь с горы текут белые облака, словно воды уходя куда-то вниз. И все это живое, словно оно не из облаков, а на самом деле. Протяни руку и дотронься!

А тут еще солнце, подобравшись к горизонту меняет свет, и он становится теплым, с желтоватым оттенком, как топленое молоко. И облака, повинуясь, словно солдат генералу окрашиваются в такой же цвет.

К солнцу оборачиваются воины. Они отдают ему честь. Маги отвешивают ему поклон, затем вскидывают руки, посылая потоки воды и огня из облаков вверх, словно салюты. Драконы расправляют крылья и припадают на передние лапы, склоняя голову, а водопады… Те самые водопады, которые текли как самые настоящие, вдруг замирают и начинают течь в обратную сторону.

Вибрация пола становится еще сильнее, пара секунд и двигатель глохнет. Набиравший все это время высоту корабль начинает терять скорость, а затем и вовсе берет крен на борт и устремляется вниз.

А Саша с Профом и не думали отрывать взгляда от заката и представления. Они понимают, что ситуация вышла из под контроля только когда падающий корабль оказывается в облаках.

— Саша! Мы падаем! — кричит старичок, вцепившись в раму двигателя.

— Стартер! Дергай стартер! — в ответ кричит Александр, так и не выпустивший из рук штурвал. Он пытается стабилизировать падающий летательный аппарат.

Профессор дотягивается до ручки стартера и как обезумевший принимается ее дергать. Раз, за разом, словно это последнее желание в его жизни. Двигатель чихает, фыркает, но не желает заводиться.

— Давай, родной! Давай! — сжимая зубы бормочет Проф. — Одиссей не утоп, и мы не разобьемся!

Корабль пролетел тучи и уже снизился до такой степени, что было видно землю и парочку небольших гор.

Дргзынь-дрынь-бах!

Двигатель подал первые признаки жизни, за ним еще раз и еще!

Спустя несколько секунд старичку удалось запустить его. По началу неровная работа прерывалась чиханием, но в итоге он вышел на стабильный газ

— Хахаха! Мы сделали это! Сашенька! МЫ ЭТО СДЕЛАЛИ! — кричит раздухарившийся профессор у двигателя. Он с трясущимися от адреналина руками достает из инвентаря последнюю бутылку и откупорив делает пару глотков. — Саша, это было полнейшим безумием! Это было чертовски страшно и безумно… красиво! к.н.и.г.о.е.д.н.е.т

Парень, все это время не выпускавший из рук штурвал, обернулся к профессору. Когда они падали у него с головы сорвало капюшон. В итоге он весь промок до ниточки. Не смотря на это его глаза горели, а на лице было ошалевшее выражение.

— Давай еще раз, — тихо произнес он.

— Туда? Еще раз? — переспросил Проф и отхлебнул из бутылки. — Саш, «Одиссей» не предназначен для таких высот. Мы поднялись только на тяге двигателя, а он на такую высоту не рассчитан. Там обычные двигатели работать не могут. Хотя, там и летатющие петы крыльями махать не смогут. Наверное именно поэтому и нужен вот такой вот корабль…