Чтение онлайн

А в Туркманчайском договоре 1828 г. в статье VII император всероссийский обязался принца Аббас-Мирзу «по вступлении его на престол почитать его законным государем сей державы» [67] .

Эту статью в Петербурге трактовали так, что только Россия имела исключительное право вмешиваться во внутренние дела Персии.

В мае 1873 г. шахиншах Наср ад-Дин прибыл с визитом в столицу империи. На перроне Николаевского вокзала его встречал Александр II с великими князьями. Шах побывал в Мариинском театре, где давался балет «Царь Кандал». Он был в восторге от танцев балерин и от их нарядов. По возвращении в Тегеран шах переодел... весь свой гарем. Жены облачились поверх цветастых панталон в короткие пышные юбки по типу балетных пачек, которые в Персии назвали «шалитех», а также жилетки, белые или черные носки и атласные туфли. Единственное, с чем правоверные шиитки не захотели расстаться, были платки, покрывавшие голову так, чтобы ни шея, ни уши не были видны. А поскольку Наср ад-Дин еще в 1858 г. увлекся фотографией и устроил во дворце фотостудию с лабораторией, то шах лично запечатлел для потомства самых любимых жен.

Но больше всего в Петербурге Наср ад-Дину понравилась джигитовка лейб-казачьего полка. В беседе с императором шах попросил оказать содействие в создании в Персии казачьих частей. Александр II ответил на просьбу шаха согласием. Вскоре в Персию был направлен полковник Генштаба Домантович с несколькими отобранными им урядниками Кубанского войска — виртуозами в джигитовке, стрельбе и владении холодным оружием. Согласно шахскому указу, 1 июля 1879 г. в Персии была сформирована Персидская казачья Его Величества шаха бригада, командиром которой назначался полковник Домантович. При этом последний оставался на русской службе и регулярно отправлял в Россию отчеты о своей деятельности.

Статус, состав и обучение бригады принципиально отличались от всех других частей персидской армии. Командиром бригады численностью 1750 человек обязательно был русский офицер Генерального штаба, а сама бригада содержалась исключительно за счет России. Военной подготовкой казаков-персов занимались только русские инструкторы.

Подготовка же офицеров производилась при бригаде в кадетском корпусе. Обучение велось шесть лет и по всем предметам на русском языке, за исключением персидской литературы и религиозных дисциплин. Выпускники кадетского корпуса отлично говорили по-русски, знали русскую историю, культуру, традиции. По окончании корпуса кадетов производили в офицеры. Получить образование в кадетском корпусе считалось очень престижно, так что кадетами становились сыновья высокотитулованной персидской знати

Казаки бригады несли караульную службу при шахе, при всех губернаторах и министрах, при необходимости подавляли восстания недовольных центральной властью племен. По словам персидского командования и зарубежных военных специалистов, казачья бригада являлась единственной дисциплинированной, отвечающей требованиям времени частью персидской армии.

Казаки бригады носили форму Кубанского казачьего войска, а русские офицеры-инструкторы — Терского. Инструкторы — офицеры и Урядники — могли носить вне службы свою полковую форму (донцов, уральцев и т.п.), но ношение ими штатской одежды не допускалось. Входивший в состав бригады гвардейский полк был одет в красные черкески и белые папахи. Из его казаков состоял конвой только двух лиц в Персии — шаха и командира бригады. Вооружение казаков состояло из кавказского кинжала и сабли, а также винтовки системы Бердана.

Может возникнуть провокационный вопрос: ну, какую роль 1750 человек могли играть для столь огромного государства?

Дело в том, что Персия до 1914 г. не имела регулярной армии, разумеется, по европейским понятиям. У шаха была стража из нескольких сотен человек. В военное время сельские общины должны были выставлять ополчение. До двухсот тысяч всадников должны были выставлять вожди кочевых племен, номинально подчинявшиеся шаху.

Персия в силу Полистанского договора с Россией (1813 год) не имела права содержать военные суда на Каспии. Но этот запрет в принципе и не был нужен. На юге Персия не имела никаких ограничений, но ее флот в Персидском заливе состоял только из одного парохода, купленного в Пруссии в 1855 г. и совмещавшего функции флагмана персидского флота и яхты шаха.

Завоевание Россией Средней Азии и, в частности, Туркестана привело к дальнейшему укреплению стратегических позиций России у северных рубежей Персии. Русское влияние доминировало во всех северных провинциях страны: в Персидском Азербайджане, Гиляне и Мазендеране. Утверждение России в Туркмении значительно усилило русское влияние в Хорасане, прекратились набеги туркменских феодалов на эту провинцию, и была проведена четкая граница. 9 декабря 1881 г. в Тегеране была подписана конвенция о разграничении между русскими и персидскими владениями к востоку от Каспийского моря. Персы, находившиеся в рабстве у туркменских ханов, вернулись на родину.

Русские власти завербовывали в свои агенты ханов и вождей племен Хорасана. Для этого все средства шли в ход: подкуп, запугивание, поддержка и протекция, скупка земли и феодальных прав. Центром такого рода деятельности в Хорасане стал Ашхабад — резиденция администрации вновь созданной Закаспийской области. Затем таким центром стал Мешхед, где в 1889 г. было учреждено русское генеральное консульство.

Экспансия России в Хорасане способствовала получению концессий на строительство шоссейной дороги от Ашхабада до Кучана. Дорога была закончена в 1882 г. и обеспечила связь русских владений с Мешхедом. Русская торговля вытесняла из Хорасана английскую. В северных провинциях, а затем и во всей Персии стали преобладать русские товары. Персия стала важным рынком для русской текстильной, сахарной и нефтяной промышленности.

С середины 50-х гг. XIX века все побережье Персии от Астары до Горгана было занято русскими рыбными промыслами. В 1908 г. уже упомянутое «Товарищество Южно-Каспийских рыболовных промыслов Г.С. Лианозова» было крупнейшим промышленным предприятием на территории Персии, принадлежавшим русским промышленникам. В «Товариществе...» работало около 800 человек — российских подданных, и более трех тысяч персиян. Сумма инвестиций товарищества в годы Первой мировой войны составляла 9 млн. рублей.

Денег Наср ад-Дину постоянно не хватало, поэтому приходилось брать займы под большие проценты. Шах брал деньги даже у русского царя. Чтобы рассчитаться с долгами, он стал продавать иностранцам лицензии на различные виды предпринимательства, в том числе учреждение банков. В результате зависимость Персии от иностранного капитала резко возросла. Монопольное право на выпуск банкнот было отдано английскому банку, который вскоре стал проводить политику в интересах Британии. Затем Наср ад-Дин отдал лицензию на табак английскому майору Тальботу, на 50 лет предоставив ему монополию на производство, продажу и экспорт табака. От этого пострадали тысячи землевладельцев, выращивавших табак, что привело к волнениям и выступлениям народа против засилья иностранцев, а также возникновению антишахских тайных организаций.

1 мая 1896 г., во время церемонии празднования пятидесятилетия царствования Наср ад-Дина, шах был убит. Убийца — Мирза-Реза Кермани — был духовным последователем видного мусульманского политического деятеля Сейида Джамал ад-Дина Асадабади (Афгани). На престол вступил сын убитого хана Мозаффар ад-Дин (1896—1907).

Новый шах превосходно знал французский, по его повелению на персидский язык были переведены десятки французских, английских, немецких и русских книг. Мало того, он решил персидскую азбуку перевести с арабской вязи на... кириллицу.

В начале 1902 г. британский бизнесмен Вильям Нокс д'Арси получил у шаха концессию на добычу нефти. Статья 6 концессионного соглашения гласила, что д'Арси получает монопольное право разрабатывать и эксплуатировать месторождения нефти, газа, асфальта и битума по всей территории Персии в течение 60 лет. Не распространялась концессия только на пять северных областей и провинций: Персидский Азербайджан [68] , Гилян, Мазендеран, Астрабад и Хорасан. Эти территории были исключены из соглашения по требованию русского посланника.

После нескольких лет неудачных поисков нефти англичанами, 26 мая 1908 г. в районе Месджеде-Солеймана (Майдане-Нафтун) из скважины глубиной около 340 м забил нефтяной фонтан. С этого момента и началась промышленная добыча нефти в Персии.

14 апреля 1909 г. в Лондоне была учреждена Англо-персидская нефтяная компания (АПНК), эксплуатирующая нефтяные месторождения в концессионной зоне. Первоначальный капитал компании составлял 2 млн. фунтов стерлингов, большая часть этой суммы принадлежала компании «Бирма Ойл Компани». АПНК скупила все акции ранее действовавших в Персии английских компаний и стала единственным обладателем концессионных прав, в свое время полученных Д'Арси.