Чтение онлайн

По неясной до сих пор причине в Мобиле, штат Алабама, публику охватила повальная страсть к рыболовным крючкам; многолетние запасы в скобяных лавках и магазинах спортивных товаров расхватали за каких-то два часа.

Книжные магазины и публичные библиотеки осаждались толпами, все вдруг почувствовали неодолимое желание просветиться насчет космоса и, в частности, Марса. Подобные страсти не смогло сбить даже появившееся в газетах известие, что Марс в данный момент находится вообще по другую сторону Солнца, а между Землей и созвездием Льва нет ни одной планеты Солнечной системы, нет, кажется, совсем ничего.

У редакций скапливались нетерпеливые толпы. Новости отныне черпались только из газет, и заведующие тиражом сбивались с ног в попытках удовлетворить спрос. Вразумительного объяснения происходящему пока не дал никто. Словом, творилось нечто непостижимое.

Перед смолкнувшими теле- и радиостудиями собирались небольшие группы. Они стояли чинно, словно на поминках, а если и переговаривались, то вполголоса. Вахтер в дверях «Юнион» пропускал только сотрудников научно-технического отдела, для остальных вход не открывался. Но те немногие, кто по роду службы оказался там, тщетно бились над загадкой и не спали уже более суток с того момента, когда радио пропикало первый раз.

Проснувшись к полудню, Джордж Бейли побрился и принял душ. От вчерашней попойки голова немного побаливала, но после чашечки кофе он почувствовал себя человеком. Просмотрев несколько утренних газет, он довольно усмехнулся. Предчувствие не обмануло его — творилось что-то потрясающее.

Оставалось разобраться, что именно.

Ответ появился в вечерней газете, где аршинными буквами был набран заголовок:

УЧЕНЫЙ УТВЕРЖДАЕТ:

МЫ ПОДВЕРГЛИСЬ НАШЕСТВИЮ ИНОПЛАНЕТЯН!

В этот вечер ни одна газета не попала по адресу. Едва разносчики выходили из типографии, на них тут же набрасывались возбужденные толпы. Газеты буквально вырывали из рук. Причем самые сообразительные из разносчиков беззастенчиво драли доллар за оплаченную уже газету.

С точки зрения наборщиков шапка утренних газет изменилась незначительно. Но звучание во сто крат усилилось:

УЧЕНЫЕ УТВЕРЖДАЮТ:

МЫ ПОДВЕРГЛИСЬ НАШЕСТВИЮ ИНОПЛАНЕТЯН!

Единственное число стало множественным и только, но пронимало это значительно сильнее.

Лекция, не объявленная заранее, состоялась около полуночи в Карнеги-холл за несколько часов до утреннего выпуска. Эффект ее оказался не хуже взрыва бомбы. Из поезда на Нью-Йорском вокзале за полчаса до полуночи вышел профессор Хелметц. Вмиг его окружила толпа репортеров. Хелметц, профессор Гарвардского университета, первым из ученых выступил с заявлением о вторжении инопланетян.

Навстречу Хелтметцу, рискуя жизнью, сквозь бушующую толпу, лишившись шляпы и очков, но не присутствия духа, прорвался директор Карнеги-холла Харви Амберс. Схватив профессора за руку, он, перекрывая репортерский гвалт, крикнул:

— Пять тысяч долларов за одну лекцию! Всех интересуют пришельцы. Пять тысяч!

— Согласен. Но не ранее, чем завтра после трех.

— Какое там завтра? Сейчас же! Такси уже ждет!

— Послушайте…

— Аудиторию обеспечим! Поспешим! — Харви обратился к толпе. — Позвольте пройти! Все, кто хочет услышать профессора, двигайте в Карнеги-холл. По пути прихватите знакомых и друзей.

Слух о лекции стремительно облетел Нью-Йорк. Зал Карнеги-холл любопытные забили чуть не штабелями. Для менее везучих граждан на улице установили динамики.

Сколько компаний отдали бы последний миллион за трансляцию такой вот лекции, но радио и телевидение скончались…

— Можете задавать вопросы, — объявил ученый.

Поднялся репортер в первом ряду.

— Профессор, — спросил он. — Вы что-то говорили об ослаблении помех; якобы, оно началось сегодня утром. Подтверждают ли это армейские пеленгаторы?

— Да. Практически все. Слабеть сигналы начали в полдень, а к четырнадцати часам двадцати пяти минутам совсем пропали. Однако мы успели выяснить, что шли они из точки где-то в созвездии Льва.

— Звезду вы определили?

— Нет. Она отсутствует на наших картах. Кроме того она вообще не видна в наши телескопы, из чего мы предположили, что сигналы могли идти просто из точки пространства. Кстати, не стоит думать, что сигналы пропали.

Исчезла их направленность, и в данный момент они хаотически пронизывают нашу атмосферу. Пеленгаторы ничего не показывают, и поэтому я считаю, что вторжение завершено. Пришельцы захватили Землю. Но о них нельзя говорить, как о существах вещественных. Судя по всему, природа их электромагнитная, причем собственная частота этих существ совпадает с частотой земных радиоволн, что, возможно, и оказалось для них приманкой, причем весьма аппетитной.

— А все-таки, со звезды они или из точки пространства?

— Вероятнее второе. В каком-то смысле существа они не материальные, суть их волновая и в этом случае они свободно могут обитать в пространстве. Но допустим, что они со звезды. Учитывая, что она не видна в наши телескопы на расстоянии каких-то двадцати восьми световых лет, звезда эта может являться только «черной дырой».

— А расстояние как определили?

— Вначале помехи были копией первых сигналов, посланных с Земли пятьдесят шесть лет назад. Нетрудно подсчитать, что при движении со световой скоростью им понадобилось двадцать восемь лет туда и столько же обратно. Пришельцы, видимо, движутся с такой же скоростью. И если первые из них имели вид сигналов Морзе, то последующие, встречая на пути к Земле более поздние Сигналы, поглощали их и уподоблялись им. Я уверен, что сейчас эфир забит отрывками самых последних передач, перемешанных и неразборчивых.

— Что представляют из себя эти пришельцы? Вы можете их описать?

— Я попытаюсь. В конце концов, вряд ли кто знает о радиоволнах более моего. В принципе они являются радиоволнами, каким-то образом упорядоченными. Не имея своего источника излучения, они, тем не менее, питаются именно излучением. В данном случае мы столкнулись с волновой формой жизни. И если земная жизнь зависит от движения и вибрации вещества, то пришельцы — от колебаний электромагнитного поля.

— Что вы скажете об их величине? Похожи ли они друг на друга?

— Я думаю, наши представления о похожести и величине тут бессмысленны. Можно, конечно, измерять их по длине волны. От гребня до гребня синусоиды, к примеру. Но это только приемник ловит конкретные волны при конкретной настройке диапазона. Пришельцам же доступна любая длина волны и, кажется, они могут произвольно ее менять.

Можно попробовать определять размеры длиной передачи, поглощенной пришельцем. Например сигнал протяженностью в одну секунду, при распространении со скоростью света, имеет длину в пространстве около 187 000 миль, или одну световую секунду. Сообразите сами, что программа в полчаса растянется на половину светового часа. В милях можете подсчитать сами, если не лень, конечно. Но какой смысл в подобных расчетах?

Самый длинный отрывок, зарегистрированный нами, длится восемь секунд. Есть в десятые доли секунды. Таким образом длина пришельцев может меняться от нескольких тысяч миль до миллиона. Но что тут можно сказать о размерах, форме, похожести, если они вольны менять как частоту, так и протяженность?

— Способны ли они мыслить? Как вы думаете?

— Вопрос не менее бессмыслен, как и предыдущие. Мы настолько различны, как по сути, так и по форме, что практически не стыкуемся ни в пространстве, ни во времени. Учитывая сие, понятно, что вряд ли нам суждено найти общий язык.